25 сентября калужский драматический театр открыл новый 233-ий театральный сезон. Первый занавес поднимет премьерная комедия по пьесе Дж. Патрика «Дорогая Памела». Чем на этот раз удивит зрителя известный ярославский режиссер Анатолий Бейрак, ставший едва ли не самой обсуждаемой фигурой в среде калужских театралов, благодаря нашумевшей постановке комедии К.Гальдони «Венецианские близнецы»?
- Анатолий Александрович, почему «Дорогая Памела»?
- Во-первых, «Дорогая Памела» - это довольно известная пьеса, пьеса Григория Горина. В оригинале у Патрика она звучала примерно так «Какая странная леди» или что-то в этом роде. Горин же придал ей другую форму, совершенно иное звуковое звучание, и в этом его заслуга. А, во-вторых, театр должен существовать еще и как бы внутри, для людей театра, потому что это их судьба. И мне кажется очень важным, что помимо общественной и коммерческой функций, театр обязан заниматься судьбой людей, которые в нем работают. А как иначе?! Что такое судьба артиста? Это его роли. Артист живет от роли к роли и помнит свою жизнь по ролям, это так быстро все проходит.
- Вы уже второй раз открываете сезон. Все благодаря успеху первой премьеры?
- На первую премьеру, вы знаете, меня пригласил Александр Борисович. И вторая тоже самое, по его просьбе. Дело не в успехе. Это не от меня зависит. А от драматурга. Зритель прежде всего ходит на пьесу, на историю посмотреть, потому что никто не знает чем она закончится. Я отвечаю, головой отвечаю, никто не знает, чем заканчивается «Горе от ума». Но ничего страшного в этом нет, человек приходит, чтобы узнать, чем закончиться история, пьесу понять. Поэтому успех - это, прежде всего, успех автора.
.jpg)
.jpg)
.jpg)
- Хорошо, но в первый раз вы ставили комедию дель-арте. Сейчас будет трагикомедия. Что дальше?
- Вы знаете, есть только три жанра, остальные только от лукавого, все эти психологические драмы, трагикомедии. Запомните, когда человек борется с высшими силами или с самим собой – это трагедия. Когда человек борется с человеком – это драма, когда человек борется со своей физиологией – это комедия. Все! Есть слова великого человека Макса Борна: «Если теорию можно объяснить ребенку, значит она правильная». А, когда начинают что-то придумывать, это уже не то: либо для себя любимого умничаешь, либо, как в водевиле у Чехова: «они хочут свои знания показать». Знаешь - молчи, молодец. Скромнее надо быть.
- Некоторые режиссеры не пускают на свои репетиции. А Вы?
- Я тоже не пускаю. Есть такое правило: как репетируешь, таким и будет сам спектакль. Если на репетициях не было нормальной атмосферы, все постоянно ругались, значит и спектакль будет крикливым. С другой стороны, когда выходишь на большую сцену, тут же появляется огромное количество служб: костюмеры, декораторы, реквизиторы, осветители, бабушки, которые ходят мимо. Так что каждая репетиция в любом случае получается публичной: внутри театра уже возникает некая атмосфера. И говорить, что мы закрылись в комнатах и на премьеру выходим перед публикой первый раз тоже смешно. Конечно, для артиста очень важна премьера. Но что значат для артиста чужие люди? Если в зале появляется первый человек, не имеющий отношения к театру, все, привет, репетиция заканчивается. Артист перестает репетировать, он начинает выступать.
По материалам сайта Stylmode
Фотографии: Андрей Кутьин
