back b
image

В Доме Новой Культуры поселится культура старая

Общество
19:10
В Доме Новой Культуры поселится культура старая

Дом новой культуры, призванный стать средоточием актуальных и новаторских творческих идей, уже полгода как занимается поисками себя. Нет еще не только здания, но даже макета или эскиза строения, которое должно появиться по соседству с музеем космонавтики, а проект уже вышел «в массы». Под эгидой ДНК проведено уже более двадцати мероприятий: выставки, мастер-классы, презентации, спектакли — все это было призвано «включить» вялую провинциальную публику, ни много ни мало, в процесс «изменения культурного кода» (именно так была заявлена миссия проекта). Логическим завершением подобного «разогрева» стала серия круглых столов, на которой организаторы и общественность совместно пытались сформировать стратегию развития проекта. Но мирного обсуждения никак не получалось: калужская интеллигенция раскололась на два противоборствующих лагеря, каждый из которых упрямо тянул одеяло на себя.

Первые — прогрессивные, молодые (не по возрасту, а по состоянию души), инициативные и истосковавшиеся по свежему воздуху. Для них ДНК — это долгожданное чудо, которое наконец-то расшевелит замшелое болото, где волей судьбы копошатся художники, музыканты и писатели - все как один остро ощущающие свою оторванность от мирового контекста и непризнанные современниками, ибо нет пророка в своем отечестве. Они с неподдельным удовольствием ходили на фестивали, лекции, перформансы, внимая с распахнутыми очами провозвестникам светлого будущего. Они и сами уже стоят одной ногой в будущем - слишком смутном, странном, неожиданном и оттого пугающем.

Вторые — консерваторы и традиционалисты, твердо стоящие на охране взглядов, вкусов и заветов, проповедуемых без малого уже тысячу лет. Непреклонные и несокрушимые, они критично восприняли призыв «перекодировать всё и вся» - уж слишком похожий на радикальный порыв «сбросить классиков с парохода современности». И избыток прилагательного «новый» в программном документе к ДНК доверия не прибавляет. Публика, творцы, площадки, инструменты — все это почему-то должно быть передовым и прогрессивным. Но что такое новая культура, какие идеи и смыслы она содержит, уместно ли вообще делить непреходящее на старое и молодое, отжившее и современное?

Спор, казалось бы, вертится вокруг одного слова, но противоречие лежит гораздо глубже лингвистических вкусов. Одни возвышают определение «новый», другим оно категорически не нравится...так уберите его вообще из названия, и дело с концом! Откуда оно вообще взялось, что за странная формулировка «Дом новой культуры»? Без сомнения придумали ее все те же эффективные управленцы, которые советуют учителям заменить старую добрую «тетрадь» на расплывчатое «информационное поле». Вроде бы, поспорили и разошлись, но если от перестановки слагаемых сумма не меняется, то от перестановки букв меняется сущность. Самый простой способ изменить сознание человека — изменить язык, на котором он говорит и мыслит. Не думаем, что среди адептов ДНК все настолько дальнозоркие и хитрые злоумышленники; без сомнения, большинство из них свято верит в новую культуру, избранность, свет, чистоту, глубину и высший смысл. Но именно такие идеалисты и могут с легкостью превратиться из творцов в разрушителей. Без злого умысла, а исключительно из добрых побуждений, незаметно подсовывая публике суррогат вместо живой воды. Да, «зрелищно, вызывающе, шокирующе» или «умело, оригинально и технологично»...но больше ничего.

На одной из встреч Екатерина Гиршина, куратор калужского проекта ДНК, видимо, измученная навязчивыми приставаниями борцов за традиции, призналась: «Я свою роль вижу как фасилитатора этого процесса. Потому что есть министерство культуры, которое выделило деньги и сказало: идите и сделайте центр, где будут происходить гении. Дальше что это означает — непонятно. Я пришла сюда, и мне нужно организовать процесс так, чтобы понять, чем должен стать этот центр. И моя основная задача — это поиск людей, помощь в профессиональном развитии и фасилитация этого разговора между вами». И эта фраза кардинально расходится с вызывающей претензией на «перекодирование культурного пространства и социальной среды».

Наверное, негодование «ретроградов» после серии ожесточенных схваток было-таки услышано в верхах, и риторика организаторов ДНК изменилась. Возможно, это стало следствием «антропологических и социокультурных исследований», которые подспудно проводятся кураторами ДНК. По крайней мере на последнем круглом столе собрались спикеры с регалиями и речи были уже не столь шокирующими. Губернатор Анатолий Артамонов, хоть и признавал, что не будет диктовать свои правила художникам, но заметил: «Если делается что-то вредоносные, если что-то идет вразрез с нашими культурными ценностями и миропониманием, то тогда я включаюсь и вместе с другими людьми объясняю, что так нельзя». В том, что надо беречь традиции и опираться на сложившуюся ментальность, согласились и Александр Мамут, предприниматель и куратор калужского ДНК, и Александр Типаков, министр культуры Калужской области, и Максим Казак, ректор КГУ.

Либеральный проект всеми силами пытаются «заземлить», делая упор на то, что культура должна быть доступна не только избранным новаторами, жаждущим ярких впечатлений. Понятно, что все новое часто отторгается с брезгливостью и страхом, но едва ли можно обвинить калужан в ксенофобии. Если мы говорим о культурном просвещении, образовании, формировании личности исключительно в духе новаторства — то что делать с богатым наследием? Признать старую культуру достоянием прошлого, махнуть на нее рукой, а потом, спустя полсотни лет броситься возрождать загубленное сгоряча? Или у нас так хорошо обстоят дела с традиционной культурой, что она не нуждается в дополнительных площадях и инфраструктуре? Будем надеяться, проект ДНК, заявляющийся как «часть социальной политики», не станет насаждаемым сверху и оторванным от реальности проектом, а будет воплощаться в жизнь, как озвучивали участники диалога, «под контролем общества» - для которого, собственно говоря, он и создается.