– Детям столько не надо, – каждый раз говорит свекровь, когда видит игрушки внучек

Когда Максим сообщил, что его мама снова пожалует в гости, я внутренне насторожилась. Не могу сказать, что мои отношения со свекровью напряженные, просто мы с ней слишком разные. Я не привыкла жить в режиме жесткой экономии. А у Галины Сергеевны это было основной идеей.

– Как в магазине игрушек! – проворчала мать мужа, когда пришла в гости. – Детям столько не надо.

И неодобрительно посмотрела на три пластиковых ящика, доверху набитых игрушками. Сверху лежал любимый медведь Киры и набор строительной техники Захара.

Мне оставалось только вздохнуть. Галина Сергеевна в своем репертуаре. Эти споры о покупке игрушек, разных приспособлений для упрощения домашнего быта бесконечны. Свекровь всё это считает дурацкими тратами. И переубедить ее не получается.

– Галина Сергеевна, детям нравится, – улыбнулась ей. – Да и ничего лишнего я им не покупаю.

– Ну зачем им столько игрушек, не понимаю, – не слушала меня свекровь. – Поиграют недельку и забудут, или еще хуже – сломают. Вы деньги печатаете, что ли? Игрушки нужно только по праздникам покупать, чтобы дети знали их ценность.

Начала меня поучать, что Кира и Захар - погодки, им должно быть интересно друг с другом. А игрушки этому только мешают.

Потерла виски, потому что уже болела голова от бессмысленных споров. И не объяснить же маме мужа, что это нормально. Кире четыре года, она любит возиться с разными пазлами, мягкими игрушками и пластилином. Захару два с половиной года – он истинный фанат машин и разной техники.

Ну и с игрушками я знаю меру. Покупаются только нужные вещи для лучшего развития творческого мышления и воображения. Смешно же давать малышам одну погремушку на двоих. Пусть у них будет выбор. И вовсе они их не ломают и не забывают.

Пока мы со свекровью пили чай на кухне, дети бегали туда-сюда. Демонстрировали бабушке свои сокровища. Но у Галины Сергеевны никакого умиления это не вызвало. Многозначительно оглядывала каждую игрушку и качала головой.

Максим давно мне говорил, что его мама - человек старой закалки. Суровый нрав – это результат трудного детства. Ее семья всегда жила небогато, да и Максим не с золотой ложкой во рту родился. Поэтому у свекрови жесткая экономия стала второй натурой. Или, скорее, вредной привычкой, которая усугубляется с каждым годом.

Муж же не ограничивал меня в тратах. Он всегда радуется, если видит у детей новые игрушки или наряды. Наша семья не нуждается – обычный средний класс. Максим работает, я пока в декрете, но сдаю бабушкину квартиру, то есть немного денег в общий бюджет вношу. Галина Сергеевна об этом не знает - ей необязательно.

– Вот эту машинку большую можно и продать, – предложила свекровь, указав в угол, где стояла игрушка. – Захар из нее уже вырос, а Кира - девочка. Ей эти машинки ни к чему.

Она предлагала продать и другие детские вещи. Прогулочную коляску, люльку, подвесные качели, стульчик для кормления, набор кубиков и некоторые мягкие игрушки.

– Ну зачем им столько всего? – приводила доводы Галина Сергеевна. – Ты столько денег спускаешь на игрушки. У тебя всё нормально с головой?

Мы тогда чуть не поругались. Не понимаю, зачем приходить в гости к внукам и сливать на меня весь негатив? Свекровь ведь даже с детьми не играет. Может провести с ними в комнате минут десять, а потом идет ко мне и капает на мозги. Это такая попытка вытянуть из меня энергию?

Следующий визит Галины Сергеевны был, когда Максим находился дома. Я прямо вздохнула с облегчением. Рано обрадовалась.

– Милая, мама спрашивает, можно забрать тот контейнер с игрушками с балкона, – громко сказал Максим.

Я в это время прибиралась в спальне и была сильно удивлена. В том контейнере лежали игрушки, из которых дети уже выросли. Ну там, погремушки, разные сортеры, пищалки и другая ерунда. Я не выкидывала ничего и не передаривала, просто хранила. Где-то в глубине души надеялась, что через несколько лет мы с мужем решимся на третьего ребенка.

– Не надо, пусть лежат, – спокойно ответила Максиму.

Он только мотнул головой. Хорошо, что зоркий глаз свекрови не мог отсканировать кладовку. Там тоже лежало много детских вещей – одежда, обувь, постельные принадлежности. Я ничего не хотела выбрасывать.

– Что это? – удивилась я, когда Галина Сергеевна засобиралась домой.

У дверей стоял плотный пакет, из которого торчала нога плюшевого медведя Киры.

– Я немного игрушки перебрала. Это лишнее! – сообщила свекровь и уже хотела уйти.

Пришлось ее остановить. Муж даже не сказал ничего в мою поддержку. Просто решил остаться нейтральным – стоял рядом и глядел на происходящее.

– Это же мой мишка! – вырвалась вперед Кира и притянула к себе любимую зверюшку.

– У тебя куча других игрушек! – жестко ответила Галина Сергеевна.

Но вырывать игрушку из рук ребенка побоялась.

– Пакет оставьте, – попросила маму мужа. – Не вы покупали - не вам и распоряжаться.

– Ну, мам, действительно. Зачем тебе они? – промямлил Максим.

Оказалось, что она хотела раздать игрушки по своим знакомым.

– Сынок, я ведь хочу как лучше! – ответила ему свекровь. – Игрушек очень много. Ну чему дети научатся? Никаких ценностей!

Отправила Киру обратно в детскую, чтобы она не слышала наших разборок. Хорошо, что Захар сюда не прибежал. Он любил быть в центре событий.

Галина Сергеевна кинула пакет прямо мне под ноги. Со злостью и яростью. Откуда в человеке вообще столько негатива? Ну покупаем мы детям игрушки, что в этом такого? Мы же не заваливаем весь дом дешевой китайской мелочевкой! Специально выбираю качественные товары, которые точно будут интересны сыну и дочери.

Поставила мужу ультиматум: его мать приходит в гости к внукам, но ни слова по поводу игрушек. Если не может держать свое мнение при себе, то пусть лучше не приезжает.