– Ну, можешь теперь сказать, кто настоящий отец нашего сына? – спросил муж недавно

Убирала посуду после грандиозного застолья, прокручивая в голове все счастливые моменты, связанные со старшим сыном. Выписка из роддома, первая улыбка, первые шаги, утренники в детском саду и школе, получение аттестата… Мой сын, которого я еще недавно учила ходить и считать в столбик, уже достиг совершеннолетия. Как летят годы…

Ну ладно… Один уже скоро выпорхнет из гнезда, зато у меня подрастает второй. Младшенькому Диме только-только исполнилось два года. Очень большая разница между ними, но что поделать.

Мы с мужем уже девятнадцать лет вместе. Скажу честно, что женились по залету. Так случается, не вижу в этом ничего плохого. Главное, что мы строим свою семью и держимся друг за друга.

Помню, как рассказала Грише о беременности. Он тогда долго не мог поверить в это. Все твердил, что я его разыгрываю. Даже обижалась первое время. Нет, ну конечно, не думала, что он запрыгает от счастья и сразу поведет меня под венец. Но и такого изумления не ждала. Словно он вообще был не в курсе, откуда берутся дети.

– Давай стол на место поставлю? – появился внезапно муж, когда я несла грязную скатерть в стирку.

Он у меня вообще очень заботливый. На часах было почти одиннадцать ночи, когда я наконец присела на диван после мытья посуды и уборки. Рядом на тумбочке лежал детский альбом Ильи, с грустью стала листать снимки. Даже не услышала, как подошел муж.

– Так и не скажешь, что это наш, – произнес он, указывая на младенческую фотографию. – Ну, можешь теперь сказать, кто настоящий отец нашего сына?

Я от изумления резко вскинула голову. Думала, что ослышалась. Но нет. Гриша смотрел на меня серьезно и без тени улыбки.

– Какой еще настоящий отец? – переспросила у мужа. – Илья - наш сын!

Но Гриша только усмехнулся.

– Ты думаешь, я не догадывался, что он не от меня? – спросил супруг. – Давно знаю всё, просто привязался к ребенку. Всё ждал, когда ты скажешь правду.

А я без понятия, какую правду ждет от меня Гриша. Старший сын точно от него. Стыдно сказать, но у меня, кроме мужа, других и не было никогда.

Муж стоял на своем. Всё требовал, чтобы я сказала настоящее имя своего любовника.

– Я вот уже девятнадцать лет гадаю, от кого ты тогда залетела, – заявил Гриша, усаживаясь рядом на диван. – Нина, мы уже не молоды, давай дальше жить без тайн?

А у меня нет никаких тайн! Никогда я мужу не изменяла, даже мыслей таких не было.

– Ты совсем сдурел, что ли? – Я растерялась от такого обвинения. – Иди, ДНК-тест делай! Мне скрывать нечего.

– Сделаю, ты уж не сомневайся, – хмыкнул Гриша. – Надоело ходить с рогами. Видно же, что Илья ни на кого из нас не похож. Значит, точно нагуляла.

Я даже представить не могла, что мужа гложут такие мысли. Ну да, старшенький наш внешне ни на меня, ни на отца не похож. Но разве это повод усомниться в моей верности? Сейчас куча детей, которые взяли черты лица от кого-то из дальних родственников. И что, всех их теперь считать приблудышами или бастардами?

– У него даже характер другой! – продолжал утверждать Гриша.

Тут я не могу не согласиться. Наш старший сын всегда был очень независимым и острым на язык. Его подростковый возраст вспоминаю с ужасом – мы тогда все чуть не передрались. Илья мог прогуливать школу неделями, огрызался нам, бунтовал на ровном месте. Более-менее пришел в себя только в шестнадцать лет, когда родился младший брат.

Но с Гришей у него отношения до сих пор напряженные – вроде не ругаются, но и особой любви между ними нет. И теперь я знаю истинную причину.

При этом младшего сына муж с рук не спускает. Сначала думала, что это из-за того, что мы долго ждали беременность. Если посчитать, то наши попытки зачать малыша длились лет пять. Всё получилось, когда уже потеряли надежду и махнули рукой.

Вот Димочка - вылитый отец. Там даже гадать не приходится – те же глаза и волосы, та же улыбка. Они даже ходят одинаково, чуть заваливаясь на левую сторону.

Если со старшим Гриша почти не помогал, отговариваясь работой, то с Димочкой вскакивает по ночам и играет по вечерам. Все-таки рождение ребенка в осознанном возрасте – это другое дело. Илья-то у нас появился еще во времена студенчества. Там нашей целью было выжить, а не постоянно трястись над сыном.

И тут такое заявление! Первой мыслью было стукнуть Гришу по лбу, чтобы мозги на место встали. Как с ним жить теперь вообще, если он сомневается в моей преданности? Еще и почти девятнадцать лет ждал, чтобы меня упрекнуть. Мол, заботился о ребенке, не хотел лишать его отца. А теперь Илье уже восемнадцать, взрослый парень, сможет пережить тот факт, что его воспитывал чужой по крови человек.

У меня сомнений нет, от кого рождены мои дети. Завтра же буду искать клинику, где делают генетические экспертизы. Вот только как взять материал для исследования? Илья же не дурак - сразу поймет, зачем я прошу сдать кровь. Вроде там можно слюну или волосы принести. Надо уточнить.

Очень жду, когда муж увидит результаты экспертизы и станет молить о прощении. Но сможем ли мы жить по-прежнему? В этом я сомневаюсь.

Надо и младшего заодно проверить, чтобы Гриша не мог отмахнуться. Сам же подозревает меня в неверности и обмане. Пусть потом ему будет стыдно за такие мысли.