Один простой звонок родным делает любой день лучше

Алексей снова посмотрел на телефон. Среда, половина девятого. Вполне подходящее время, чтобы позвонить. Но на экране компьютера мигало уведомление о новом письме, а завтра предстояла встреча с клиентом. Можно было разобрать документы сегодня, чтобы завтра не торопиться.

Он отложил телефон в сторону.

В прошлые выходные помешал ремонт у соседей. Дрель работала до позднего вечера, и Алексей решил, что при таком шуме разговаривать бессмысленно. В понедельник он задержался на работе, во вторник встречался с друзьями, которых не видел месяц. Сегодня, в среду, вроде бы ничто не мешало. Но усталость навалилась после рабочего дня, и захотелось просто посидеть в тишине.

Ничего срочного же не было. Родители знали, что у него всё в порядке. Он писал маме пару сообщений на неделе. Коротких, но вполне информативных.

Алексей открыл письмо, пробежался глазами по тексту. Потом встал, заварил чай, вернулся за стол. За окном стемнело окончательно, в комнате стало уютно от света настольной лампы. Он допил чай, посмотрел в потолок. Документы не открывались сами собой, но и особого желания в них вникать не возникало.

Телефон лежал рядом. Экран потух.

Алексей взял его, разблокировал. Нашёл контакт "Мама". Палец завис над кнопкой вызова. Он представил, как сейчас сядет разговаривать, а говорить особо не о чем. Работа, погода, обычные дела. Может, правда, в выходные спокойнее поговорить, когда будет больше времени?

Но он уже нажал вызов.

Гудки. Раз, два, три.

— Алёша! — голос матери прозвучал тепло и удивлённо. — Как хорошо, что ты позвонил!

— Привет, мам. Как дела?

— Да всё нормально, нормально. Пап, это Лёша! — мама слегка отстранила трубку. — Он сейчас телевизор смотрит, я ему кричу, а он не слышит. Погоди секунду.

Алексей услышал отдалённые голоса, шаги.

— Вот, он идёт. Ну рассказывай, как ты там?

— Да всё хорошо. Работаю. Завтра встреча важная, готовлюсь.

— Не перерабатывай только. Ты же знаешь, здоровье дороже.

— Не перерабатываю, мам, нормально всё.

— Кушаешь хорошо?

Алексей усмехнулся. Вопрос был предсказуем.

— Кушаю. Не беспокойся.

— А то я тебе могу борща сварить, привезти. Или мы к тебе на выходных заедем? Давно у тебя не были.

— Можно, если хотите. Я не против.

Послышалась возня, и в трубке раздался голос отца.

— Привет, сын!

— Привет, пап.

— Как жизнь молодая?

— Потихоньку. Работы много, но справляюсь. У вас как?

— Да ты знаешь, тут такое дело, — отец понизил голос до шутливо-заговорщического тона. — Я решил балкон застеклить. Мать говорит, зачем, а я говорю, надо. В интернете посмотрел, там вроде ничего сложного. Думаю сам попробовать.

— Пап, может, лучше мастеров позвать?

— Да ладно, я разберусь. Руки ещё не отвалились.

— Ну смотри. Только осторожнее там.

— Не маленький, — отец рассмеялся. — Слушай, а ты случаем не знаешь, какой герметик лучше взять? А то я в этих силиконах не разбираюсь.

Алексей задумался.

— Вообще, надо смотреть для каких работ. Погоди, я сейчас найду статью, скину тебе ссылку.

— Вот и хорошо. А то я уже третий сайт читаю, везде по-разному пишут.

Они ещё минут пять обсуждали балкон, потом отец вернул трубку матери.

— Лёш, а помнишь Светку Орлову? Ну, вы вместе в школе учились.

— Помню, да.

— Так вот, я её вчера встретила в магазине. Она уже двоих детей родила, представляешь? Работает теперь в той новой аптеке на площади. Спрашивала про тебя.

— Передавай привет.

— Передам. Она такая милая стала, повзрослела. Я ей говорю, ты к нам как-нибудь зайди, чаю попьём. Она обещала.

Мама рассказала ещё про соседей, которые завели щенка и теперь не спят по ночам, потому что тот скулит. Потом вспомнила, что в их дворе наконец-то отремонтировали детскую площадку, и теперь там красиво. Алексей слушал, изредка вставляя короткие реплики, и почувствовал, что напряжение рабочего дня потихоньку уходит.

— Мам, а как у тебя с давлением? Ты же собиралась к врачу.

— Ходила на прошлой неделе. Он таблетки другие выписал, новые. Я уже пью, вроде лучше стало.

— Это хорошо.

— Да, и знаешь, он мне ещё посоветовал больше ходить пешком. Я теперь с отцом каждый вечер гуляю. До парка доходим и обратно.

— Молодцы. Это полезно.

— Ага. Отец, правда, ворчит иногда, говорит, устал после работы. Но я его всё равно вытаскиваю.

Алексей услышал возмущённое бурчание отца на фоне и улыбнулся.

— Ты уже ужинал? — спросила мама.

— Не ещё. Сейчас доделаю дела и поем что-нибудь.

— Смотри, не голодай. Я серьёзно насчёт выходных, хочешь, приготовлю чего-нибудь и привезём? Или ты к нам с папой сам приезжай, отдохнёшь, воздухом подышишь.

— Давай я сам к вам приеду в субботу. Давно не был.

— Правда? Ой, как хорошо! Приезжай, я пирогов напеку.

— Только не надо много печь, мам.

— Да ладно, я немножко. С капустой любишь? И с яблоками сделаю.

— Хорошо, — Алексей засмеялся.

Они ещё немного поговорили о том о сём. Мама вспомнила, что в их городе открылся новый книжный магазин, и она туда хочет сходить. Отец снова взял трубку и спросил про машину Алексея, не пора ли масло менять. Обычный разговор, без особых новостей, без важных событий. Просто вечер среды, телефонный звонок, родительские голоса.

Когда они прощались, было уже около десяти.

— Ну ладно, сынок, не будем тебя задерживать, — сказала мама. — Ты там отдыхай, не переутомляйся.

— Хорошо, мам. Вам тоже спокойной ночи.

— Спокойной ночи. Целую тебя.

— И я вас.

Алексей положил телефон на стол и откинулся на спинку стула. В комнате стало тише. Он посмотрел на компьютер с открытым письмом, потом снова на телефон.

Звонок занял почти сорок минут. Он и не заметил, как пролетело время. В груди было приятное, спокойное тепло. Алексей открыл мессенджер, нашёл ссылку про герметик и отправил отцу. Потом написал маме: "Спасибо, что вы у меня есть".

Ответ пришёл почти сразу: "И тебе спасибо, что позвонил. Мы тебя любим".

Алексей встал, потянулся. Завтрашняя встреча уже не казалась такой напряжённой. Он пошёл на кухню разогревать ужин, насвистывая какую-то мелодию. За окном шумел ветер, раскачивая ветки деревьев. В субботу он поедет домой, будет пить чай с пирогами, слушать отцовские истории про балкон и мамины новости про соседей.

А сейчас был обычный вечер среды, который стал чуточку лучше.