back b
image

Переписала квартиру на двоюродную внучку, так родная обижается. Но если какая помощь мне нужна, то от нее не допросишься

мнение читателей

Внучка родная, дочь моего сына, мне свое "фи" высказала, когда я свою квартиру на двоюродную внучку переписала. Сама обиделась, сын с женой тоже за нее обиделись. Но когда мне помощь нужна была не Лера ко мне на помощь спешила, родная кровь, а Таня, которая для всех "приблудная".

У меня был родной брат, старше меня на три года. Он с самой юности по наклонной катился. В милиции его в лицо каждая собака знала, еще когда он в школе учился. Родители на заводе пахали, им особо некогда было нашим воспитанием заниматься, вот брат и куролесил.

Семья у нас была непьющая, отец даже по праздникам себе не позволял спиртного, боялся, что сопьется, как и его отец. Алкоголя в доме никогда не было, даже для гостей не держали. Отец не спился, а вот гены деда проявились на моем брате. Пьяным бывал чуть ли не каждый божий день.

Отец с матерью пытались что-то изменить, да не получалось у них. У них была надежда, что армейская служба из брата дурь выбьет. Сразу после армии брат на самом деле как-то собрался, стал серьезнее, но потом опять загулял со старыми дружками и покатилось по старинке.

Жену он себе нашел в той же компании, девку разбитную, выпивающую, но они хотя бы дома вдвоем выпивали, вроде как в рамках разумного. Когда дочь родилась, на какое-то время совсем бросили, но скоро развязались. Я в то время доучивалась в институте и своей семьей не обзавелась.

Когда брат с женой веселились, девочка часто оставалась у нас, бабушка с дедушкой занимались внучкой, стараясь дать воспитание. Но гены пальцем не размажешь, уже с четырнадцати лет дочь пошла по стопам родителей. Плохие компании, алкоголь, даже срок получила за кражу. 

Я к тому моменту уже сама стала мамой, с мужем жили в том же городе, родили сына. У него с двоюродной сестрой разница была в пять лет, она постарше. Между собой они не общались, мы вообще не поддерживали общения с той семьей, потому что они совсем опустились и выплывать не хотели.

Долго я про них ничего не слышала, у нас уже сын женился, ребенка они родили, когда мне с опеки позвонили, сказали, что у племянницы тоже родилась девочка, мать вот прав лишать собираются. Полетела я туда, все-таки родная кровь. Дело повернулось так, что прав мать не лишили, она вроде и на работу устроилась, комнату какую-то снимала, оставили ребенка с ней.

Я стала по возможности помогать, брата с женой тогда уже в живых не было, а племянница вроде как пыталась за ум браться. Я к себе ее дочь забирала, когда нужно было, занималась с ней, дарила одежду. Часто мы гуляли втроем - я и две внучки, родная и двоюродная. Меня Танюшка тоже называла бабушкой.

Сын моего рвения не поддерживал, говорил, что я себе на шею обузу сажаю, а потом слезы буду лить, когда Таня пойдет во стопам матери и деда с бабкой. Я же верила в лучшее. 

Девочки уже в школе перестали общаться между собой, ссор не было, просто они как с разных планет были. Леру родители содержали, а Таню кое-как мать, когда не уходила в запой, да я. Очень я к этой девочке привязалась. 

Сейчас уже обе девочки взрослые, Таня работает, Лера заканчивает вуз. Я общаюсь с обеими, но у Леры все времени нет даже позвонить, а Таня ко мне через день ездит, чтобы помочь приготовить, убрать, в магазин сходить да и просто чаю выпить вместе. 

Когда я зимой упала и ушибла поясницу, то сын с невесткой настаивали, что мне надо в больницу лечь.

- Там за тобой уход будет, а дома чего? Нам после работы через весь город кататься тебя проведывать? Это долго, да и мы не врачи, что мы сделаем? - Убеждал меня сын.  

Но мне в больницу не хотелось. Дома-то и стены помогают, а в больнице сейчас и так народу полная коробочка. Но нужны были уколы, которые я сама себе ставить не могла. Выручила Таня, она почти жила у меня две недели, ставила уколы, все по дому делала, во всем помогала. Мне было неудобно, что молодая девушка со мной, старухой, возится, но она и слышать ничего не хотела. 

- Баб, да мне не в тягость. Нагуляться-то я успею, - убеждала она меня. 

Лера же со мной общалась только по телефону, да и то не баловала своими звонками. Сама я ей не звонила, не хотела портить настроение. Ей как не позвонишь - она занята, да еще таким тоном, что неприятно становится. Сын с невесткой тоже приезжали только по праздникам, да и то не каждый раз.

Я давно подметила это, но ситуация с больной спиной совсем все расставила по своим местам. Сразу стало окончательно ясно, кто и как ко мне относится. Сын в больницу отправляет, внучка Лера даже не позвонила, не спросила ни разу, как я себя чувствую. Только Таня приезжала и помогала, хотя по сути-то я ей никто, седьмая вода на киселе.

Подумала я, да и решила, что отпишу свою квартиру Тане. Сходила и оформила все бумаги, теперь квартира после меня ей достанется. Никому ничего не говорила и не собиралась, пока сын не поднял разговор.

Лера-то у нас выросла, теперь хочет свою квартиру. У сына с невесткой таких денег нет, вот он и предложил, чтобы я отдала свою двушку Лере, а они мне в ипотеку возьмут в области квартиру. Мне же на работу не ездить, какая разница. 

Я и сказала, что вопрос с квартирой уже решен, она Тане достается. Сын сначала не поверил, даже приехал вместе с невесткой и Лерой. Разговор не получился. Они убеждали меня, что я с ума выжила, а Таня ко мне только из-за квартиры и подлизывается. Говорили, что есть родная внучка, а я квартиру какой-то приблудной отдала. Много говорили, но я уже все решила.

Сын заявил, что раз я так все для себя решила, то пусть Таня мне теперь и помогает. А она и так помогала мне, от сына только обещания, с Лерки же и того не было. Не общаются они со мной месяц, так и не поменялось в моей жизни ничего, а Таня как ездила ко мне, так и ездит, тут тоже ничего не поменялось.

В рубрике "Мнение читателей" публикуются материалы от читателей.