«Рожать будешь по звёздам!» — свекровь притащила астролога, чтобы выбрать дату моего кесарева

Когда я выходила замуж за Антона, знала, что его мама — женщина со странностями. Но масштаб этих странностей осознала только во время беременности.

Тамара Ивановна увлеклась эзотерикой лет пять назад, после развода. Сначала это были безобидные гороскопы в журналах, потом карты таро, потом личный астролог. К моменту нашей свадьбы свекровь уже не принимала ни одного решения без консультации со своей «духовной наставницей».

Мы с Антоном старались не обращать внимания. Ну увлечение у человека, что такого? Пока это касалось только её жизни, я относилась снисходительно. Пусть женщина развлекается.

Беременность моя была непростой с самого начала. Токсикоз до шестого месяца, давление скачет, ребёнок лежит неправильно. На тридцатой неделе врач сообщила, что естественные роды слишком рискованны. Назначили плановое кесарево на четырнадцатое мая.

Я выдохнула с облегчением. Наконец-то конкретная дата, можно готовиться морально. Антон взял отпуск, мы купили всё необходимое для малыша, даже выбрали имя. Казалось, что самое сложное позади.

А потом Тамара Ивановна узнала про дату операции.

— Четырнадцатое мая? — переспросила она по телефону таким тоном, будто я сообщила о конце света. — Это же категорически неподходящий день!

Я сначала решила, что она шутит. Но свекровь была абсолютно серьёзна.

— Я консультировалась с Мариной Александровной, — продолжала она. — Это мой астролог, очень сильный специалист. Так вот, четырнадцатое мая — крайне неблагоприятная дата. Ретроградный Меркурий, напряжённые аспекты Сатурна. Ребёнок, рождённый в этот день, будет иметь тяжёлую судьбу.

Я молчала, не находя слов. В голове билась только одна мысль: это действительно происходит?

— Марина Александровна составила список благоприятных дат, — не унималась свекровь. — Двадцать первое мая идеально. Нужно договориться с врачами о переносе.

Вечером я рассказала всё Антону. Он потёр переносицу — этот жест означал, что ему очень не хочется вмешиваться в конфликт.

— Может, просто проигнорируем? — предложил он. — Мама успокоится.

Но Тамара Ивановна не успокоилась. Следующие две недели она звонила каждый день. Сначала уговаривала, потом давила на жалость, потом перешла к угрозам — мол, если не послушаем астролога, она не будет участвовать в жизни внука.

Мне было уже всё равно. Девятый месяц беременности — не лучшее время для подобных споров. Я просто перестала брать трубку.

Тогда свекровь явилась лично.

Открыв дверь, я обомлела. На пороге стояла Тамара Ивановна, а рядом — высокая женщина в развевающемся фиолетовом платье, увешанная серебряными украшениями. В руках она держала папку с бумагами.

— Это Марина Александровна, — торжественно объявила свекровь. — Она специально приехала, чтобы объяснить вам всё лично.

Я стояла, держась за дверной косяк, и чувствовала, как во мне закипает злость. Огромный живот, отёкшие ноги — а мне притащили астролога на дом.

— Тамара Ивановна, — начала я, стараясь говорить спокойно. — Дату операции назначает врач. Не астролог.

— Врачи не понимают тонких материй! — взвилась свекровь. — Речь идёт о судьбе моего внука!

Астролог тем временем уже доставала из папки какие-то графики.

— Давайте я покажу натальную карту, — начала она медовым голосом. — Видите, здесь Луна в оппозиции к...

— Стоп. Меня не интересуют натальные карты. Меня интересует моё здоровье и здоровье ребёнка.

В этот момент из комнаты вышел Антон. Увидев мать с астрологом, он застыл на месте.

— Мама, что происходит?

— Сынок, я пытаюсь спасти твоего ребёнка от несчастливой судьбы! А твоя жена отказывается слушать!

Антон посмотрел на меня — бледную, с трясущимися руками. Посмотрел на мать с фанатичным блеском в глазах. Посмотрел на астролога в нелепом платье.

— Мама, уходите.

— Что? — Тамара Ивановна опешила.

— Уходите, — повторил он твёрже. — Моя жена — беременная женщина, ей нельзя нервничать. А ты приводишь в наш дом постороннего человека и устраиваешь цирк.

— Это не цирк! Это наука!

— Это не наука. Наука — это то, что говорят врачи в больнице. А звёзды и карты — твоё личное развлечение. Я больше не позволю тебе навязывать его моей семье.

Свекровь открыла рот, потом закрыла. Астролог поспешно запихивала бумаги обратно в папку.

— Антон, ты пожалеешь, — процедила Тамара Ивановна.

— Возможно. Но это будут мои проблемы.

Он закрыл дверь. Я стояла посреди коридора, не веря происходящему. За пять лет отношений впервые видела, чтобы муж так решительно встал на мою сторону.

Следующие недели до родов прошли в молчании со стороны свекрови. Ни звонков, ни сообщений. Антон пытался с ней связаться, но она не отвечала.

Четырнадцатого мая, в назначенную дату, я родила здорового мальчика. Операция прошла без осложнений, малыш закричал сразу и набрал восемь баллов по Апгар.

Когда мы выписывались из роддома, у входа ждала Тамара Ивановна. Без астролога, без папок с графиками. Просто стояла с букетом ромашек и виноватым выражением лица.

Антон взял у неё цветы и молча пропустил к машине. Ехали домой в тишине, нарушаемой только сопением младенца в автокресле.

Со временем свекровь стала приезжать чаще. Об астрологе не упоминала ни разу — то ли поняла что-то, то ли боялась снова поссориться с сыном.

Иногда я ловила её взгляд на внука. В нём читалась растерянность — будто она до сих пор не может смириться с тем, что звёзды оказались неправы. Или с тем, что её мнение перестало быть решающим.

Сыну недавно исполнился год. Растёт активным и здоровым — совершенно не обращая внимания на то, в какой день ему угораздило появиться на свет.