Сестра купила такое же платье, как у меня, а мама попросила переодеться почему-то меня

Фотографию платья я отправила сестре сама. Мы обсуждали мамин юбилей, и Лариса спросила, в чем я собираюсь прийти. Я еще похвасталась, что нашла удачную модель: красивый синий цвет, нормальная длина, ничего не нужно переделывать.

- Тебе идет, - написала сестра. - Где брала?

Ссылку я прислала без задней мысли. У нас разные вкусы: Лара любит светлое, свободное, я обычно выбираю вещи по фигуре. Мне даже в голову не пришло, что она закажет такое же.

За три дня до праздника мама позвонила и сразу заговорила каким-то виноватым голосом.

- Олечка, у тебя ведь есть еще бордовое платье? Помнишь, ты в нем Новый год встречала?

- Есть. А что?

- Может, его наденешь? Лариса тоже синее купила. Не будете же вы как близняшки.

Я сначала рассмеялась. Нам уже за сорок пять, мы довольно разные, никто бы не перепутал. А потом мама объяснила, что Лара именно этого и боится: гости станут сравнивать, на ком лучше сидит.

Сестра недавно рассталась с мужчиной, с которым прожила несколько лет. Тяжело переживала, почти перестала фотографироваться. Я знала об этом и старалась ее поддерживать. Но при чем здесь мое платье?

- Мам, она видела, что я уже купила его.

- Ну понравилось человеку. Что теперь?

- Вернуть, если ей неловко.

- Она уже подшила. Оля, неужели тебе трудно ради сестры?

Вот эта фраза была мне знакома с детства. Мне всегда предлагалось уступить, потому что я спокойнее, увереннее и вообще старшая. Разница у нас четыре года, но иногда казалось, что Лара так и осталась школьницей, а я отвечаю за ее настроение.

Я позвонила ей сама.

- Слушай, давай без мамы разберемся. Ты правда хочешь, чтобы я переоделась?

- Не хочу. Просто странно будем выглядеть.

- Меня не смущает.

- Тебя вообще мало что смущает.

По тону я поняла, что дело уже не только в одежде.

Лариса сказала, что на семейных фотографиях я всегда выгляжу довольной. Муж рядом, работа стабильная, все хорошо. А она опять придет одна, и кто-нибудь обязательно начнет спрашивать, как у нее личная жизнь.

Мне стало ее жалко. Я уже почти согласилась достать бордовое платье, но сестра добавила:

- Тебе-то какая разница, что надеть? Ты замужем.

- Лар, я не в ресторан мужа искать иду. Мне тоже хочется хорошо выглядеть.

- Да никто не говорит, что тебе нельзя!

Мы обе повысили голос. Разговор закончился тем, что она предложила вообще не приходить, а я в сердцах ответила, чтобы не втягивала в это маму.

Разумеется, через полчаса мама уже знала все.

Она не ругалась, от этого было еще неприятнее. Говорила, что на семьдесят пятый день рождения хотела просто увидеть дочерей вместе, а не разбираться, кому важнее нарядиться.

- Мам, я приду. И с Ларисой ругаться не собираюсь.

- Тогда уступи. Ты же понимаешь, ей сейчас непросто.

- А когда мне непросто, кто-нибудь предлагает ей уступить?

Мама обиделась. Сказала, что я считаю старые обиды в такой неподходящий момент.

Вечером я перемерила оба платья. В бордовом было вполне хорошо. Можно было спокойно надеть его и забыть. Но я знала, что не забуду: весь праздник буду смотреть на сестру и злиться, хотя формально сама согласилась.

На юбилей пришла в синем.

Лара уже была у мамы. Увидела меня в прихожей и замерла с букетом в руках. Я заметила, как мама тревожно переводит взгляд с одной на другую, и первой сказала:

- Ну вот, теперь точно видно, что сестры. Пойдем фотографироваться, пока остальные не приехали.

- Очень смешно, Оля.

- Я не смеюсь. Мне правда нравится, как ты выглядишь.

Она не ответила, но букет отложила.

Гости, конечно, заметили. Кто-то спросил, специально ли мы договорились. Я сказала, что нет, просто обе нашли хорошую вещь. На этом разговор закончился. Никто нас не сравнивал и не обсуждал, кому следовало переодеться.

За столом Лариса постепенно оттаяла, рассказывала о работе, даже шутила. А когда мы после праздника собирали посуду, тихо призналась:

- Я его заказала, потому что на тебе красиво было. Думала, и мне подойдет.

- Так тебе и подходит.

- Просто потом испугалась, что рядом с тобой будет не так.

Мы еще долго разговаривали на маминой кухне. Не о платьях уже.

Мама потом прислала общую фотографию. Мы с Ларой стоим по обе стороны от нее, обе в синем. Подписала: «Красивые у меня девочки».

Впервые за несколько дней мне не захотелось ничего ей доказывать.