– У меня СДВГ! – брат мужа объяснял этим свое нежелание убираться в квартире

Сегодня с работы освободилась пораньше, но никакого удовлетворения от этого не получила. В квартире меня ждал форменный беспорядок. Опять! Как же это достало.

Сейчас мы с мужем временно живем в квартире его покойных родителей. Жилплощадь огромная – четыре изолированные комнаты, две лоджии, ванная и большая прихожая. Вообще переезд сюда был по инициативе свекрови три года назад. Она тогда лишилась мужа, скорбела, потом заболела онкологией.

Сейчас Олег занимается вопросами наследства. И только потом мы сможем вернуться в собственную ипотечную двушку с сыном. Скорей бы. Я не против жить в этой квартире, но тут еще обосновался брат моего мужа – Семен.

Семен – довольно своеобразный человек. Он вроде старший из братьев, но ведет себя как дитя малое. В свои сорок два года Семен ничем особенным похвастаться не может. Поступал два раза в университет, вылетал через пару лет. Помню, что свекров данный факт очень сильно огорчал: ведь именно они платили за учебу.

С личной жизнью у Семена тоже не все гладко. Он был женат официально четыре раза, а временных партнерш и вовсе не перечесть. Умеет родственник приседать на уши глупеньким женщинам. Хорошо, что детей не нажил пока.

С работой у брата мужа тоже затык – дольше года он нигде особо не задерживается. И везде он не виноват! То график неудобный, то начальник дурак, то платят копейки…

После смерти матери Семен объявил, что займет одну из комнат. Просто заявился с вещами на пороге, когда его выгнала очередная женщина. Олег тогда только вздохнул и согласился. Полгода со смерти матери не прошло, поэтому в наследство они с братом еще официально не вступили.

Вообще после смерти свекрови осталось две квартиры: четырехкомнатная и большая однушка в новостройке.

– Тань, надо потерпеть еще буквально пару месяцев, – уговаривал меня муж. – В права вступим, Семену отойдет однушка, его оставшуюся долю здесь выкупим. Я уже узнавал: мне ипотеку одобрят несколько банков.

Но до этого момента еще нужно дожить. А у меня уже нервы сдают. Готова хоть сейчас вернуться в нашу ипотечную двушку, но там другие жильцы. Если разорвать договор досрочно, то придется туго. А мы и так после похорон без финансовой подушки остались.

Кстати, Семен тот еще крендель. Он несколько лет назад объявил, что у него диагностировали СДВГ. Я даже гуглила, что это за диагноз. Это нарушение избирательного внимания. То есть человеку тяжело концентрироваться на чем-то одном, сложно расставлять приоритеты между задачами и действовать последовательно.

– Вот поэтому у меня с работой ничего и не выходит! – оправдывался Семен, когда мать очередной раз завела разговор о трудоустройстве.

Кто ему это диагностировал - непонятно. Никаких официальных заключений от врача я не видела, а брат мужа не распространялся. Только резко начинал строить из себя больного, когда требовалось что-то сделать.

Сейчас же мы живем вместе, и это какой-то ад. Семен словно специально игнорирует уборку. Даже в своей комнате никогда не наводит чистоту. В остальных комнатах, где он появляется, не лучше.

Сегодня на кухонной столешнице я обнаружила кучу фантиков от сладостей, у батареи красовалась лужа молока, на полу в ванной лежали влажной кучей полотенца.

– Сеня, ты что дома устроил? – спросила я у него, заглянув в комнату. – Неужели сложно убрать после себя мусор и грязь?

– Ой, Вика, я хотел, но постоянно отвлекаюсь. Ты же знаешь, что у меня СДВГ, – ответил Семен, не отрывая взгляд от телефона.

Почему-то внимание волшебным образом рассеивается только тогда, когда речь заходит о серьезных делах вроде уборки, готовки или стирки. Сидеть в телефоне или смотреть сериалы на ноутбуке диагноз Семену не мешает. Давно заметила эту хитрую особенность.

– Сеня, мне готовить ужин надо, а там куча мусора твоего. Встань, пожалуйста, и убери, – попросила я брата мужа.

Ответом было вечное «сейчас-сейчас». Разумеется, ничего не поменялось. Семен как лежал на своей кровати с телефоном в обнимку, так и продолжал это делать. И это взрослый человек, который уже пятый десяток разменял!

– Сеня, ну сколько можно просить? – меня начинала вся эта ситуация раздражать. – На кухне ходить невозможно. Как ты умудрился такой бардак развести?

С громким вздохом он встал с постели и потопал на кухню.

Я ушла в спальню от греха подальше. Не хотелось снова с ним ругаться. Через пятнадцать минут захожу на кухню, а этот балбес стоит около открытого окна и курит! Курит, мать его!

– Что за хрень? Ты офонарел? – накинулась я на Семена, который блаженно смотрел в окно. – Дома не курят!

– Ой, я что-то забыл, – простовато улыбнулся брат мужа и выкинул бычок в окно.

Свинтус! Это уже просто ни в какие ворота не лезет. Ну куришь ты, так выйди на улицу и дыми сколько хочешь. Зачем в квартире вонь разводить?

– Ну вылетело из головы, чего ты орешь! Я ж это не контролирую: внимание рассеивается, – возмутился братец мужа, а потом ушел к себе в комнату, хлопнув дверью.

Обидели деточку! Мусор на кухне, разумеется, он за собой не убрал.

Нацепив перчатки, собрала все фантики, огрызки фруктов и мокрые тряпки в один пакет. Не хотела до этого доводить, но мое терпение не безгранично. Пакет с мусором я закинула Семену прямо на кровать. Как же он вопил!

– Да убрал бы я потом все! Ты достала уже своими придирками! – началась истерика, словно у подростка. – Ну не могу я сосредоточиться на одной задаче: мозг работает иначе, чем у вас.

– Так вали в психушку, раз ты даже с одной задачей не можешь справиться, – ответила Семену.

Перепалка наша на этом закончилась, потому что родственник снова обиделся. Я ведь его психом назвала. По мне так Сеня просто оборзевший хам, которому удобно жить с нами. Мы ведь ответственные люди, которые и бытовуху на себе тянут, и бюрократические вопросы с наследством решают.

Сегодня же поговорю с мужем. Пусть Семен съезжает в однушку. Давно пора.