Женщина плюнула на обещания, данные дочери, и вышла на работу

Елена Дмитриевна всегда гордилась своей дочерью. Оксана была целеустремлённой, работящей, строила карьеру в крупной компании. В свои тридцать два года она уже занимала неплохую должность и мечтала о повышении. Поэтому новость о беременности стала для неё настоящим ударом.

— Мам, понимаешь, я совсем не планировала... — сидя на кухне у матери, Оксана нервно теребила салфетку. — Директор уже намекнул, что освобождается место заместителя. Это же мой шанс! А тут декрет на три года...

Елена Дмитриевна молча наливала чай. В пятьдесят восемь лет она всё ещё работала бухгалтером в районной поликлинике, до пенсии оставалось ещё семь лет. Седые волосы аккуратно собраны в пучок, руки натруженные, но крепкие. Она понимала дочь, но и сама устала от бесконечной работы.

— Мама, у меня есть предложение, — Оксана вдруг выпрямилась, в глазах появился знакомый блеск. — А что если ты уйдёшь в отпуск по уходу за ребёнком вместо меня? По закону это возможно. Мы с Кириллом будем полностью тебя обеспечивать. Ты получишь столько же, сколько зарабатываешь сейчас, даже больше. Только сиди с малышом, отдыхай, а я не потеряю работу.

Елена Дмитриевна покачала головой:

— Оксаночка, я же старая уже. За внуком в моём возрасте ухаживать... Да и работу бросать страшно. Вдруг что-то пойдёт не так?

— Мам, ну что ты говоришь! Какая ты старая? — Оксана схватила мать за руки. — Ты же здоровая, энергичная. А насчёт денег не переживай — мы честные люди, не бросим. И вообще, ты же всю жизнь работаешь как проклятая, отдохни наконец.

Убеждения продолжались несколько дней. Кирилл, зять, тоже подключился к уговорам. Молодой инженер с серьёзным лицом рассказывал о финансовых расчётах, обещал стабильные выплаты. В конце концов, Елена Дмитриевна согласилась.

— Но с условием, — сказала она строго. — Я буду сидеть с ребёнком только до садика. Максимум три года, а лучше два с половиной. И деньги — регулярно, как обещаете.

— Конечно, мам! — Оксана расцвела. — Спасибо тебе огромное! Ты нас очень выручаешь.

Саша родился в октябре, здоровым крепким мальчиком. Елена Дмитриевна оформила отпуск по уходу за внуком и с головой окунулась в заботы о малыше. Первые месяцы были действительно прекрасными.

Дочь и зять исправно переводили деньги — даже больше, чем обещали. Покупали подгузники, детское питание, игрушки. Елена Дмитриевна наслаждалась общением с внуком, читала ему сказки, гуляла в парке.

Оксана тем временем получила долгожданное повышение. Теперь она занимала серьёзную должность, зарплата выросла в полтора раза. Кирилл тоже не сидел сложа руки — подрабатывал по выходным, строил планы на будущее.

Однако к полугоду картина начала меняться. Сначала Елена Дмитриевна заметила, что суммы стали приходить нерегулярно. То задержат на неделю, то пришлют меньше обычного. Когда в очередной раз перевод оказался смехотворно маленьким — едва хватало на коммунальные платежи, — она не выдержала.

— Оксана, мы же договаривались, — сказала Елена Дмитриевна, когда дочь приехала забрать Сашу на выходные. — Почему деньги приходят с перебоями? И суммы не те, что обещали.

Оксана виновато развела руками:

— Мам, ну ты понимаешь... Сейчас кризис, экономика нестабильная. У нас расходы выросли. Держимся как можем.

— Но мне же не на что лекарства покупать! — возмутилась Елена Дмитриевна. — Врач дорогие прописал, а я дешёвый аналог беру, потому что денег нет. Это не дело!

— Мам, ну потерпи немного. Вот Кирилл премию получит, сразу всё выровняется.

Через месяц Елена Дмитриевна случайно увидела во дворе новенькую иномарку. Оксана с гордостью показывала машину соседке.

— Красивая, правда? — говорила дочь. — Кирилл давно мечтал. Взяли в кредит, но ничего, постепенно выплатим.

У Елены Дмитриевны потемнело в глазах. Вечером она позвонила дочери.

— Значит, на машину деньги нашлись, а на обещания матери — нет? — голос её дрожал от возмущения. — Я тут с твоим сыном сижу, копейки считаю, а вы машины покупаете!

— Мам, ну ты что... Машина нам нужна для работы, для заработка. А тебе мы и так помогаем.

— Помогаете? — Елена Дмитриевна не могла поверить собственным ушам. — Мы же договаривались о конкретной сумме! Ты обещала, что я буду получать не меньше, чем на работе!

— Мам, времена изменились. Надо быть гибче, понимать ситуацию.

После этого разговора Елена Дмитриевна долго не могла уснуть. Она смотрела на спящего внука и понимала: её используют. Дочь получила повышение, зять купил машину, а она экономит на лекарствах и живёт на жалкие подачки.

Утром она позвонила на прежнее место работы. К счастью, её должность ещё не заняли — главврач обрадовался возможности вернуть опытного сотрудника.

— Оксана, я выхожу на работу, — сообщила Елена Дмитриевна дочери по телефону. — Через три дня начинаю.

В трубке воцарилась тишина, а потом раздался возмущённый крик:

— Ты что?! Мы же договаривались! Ты обещала до садика сидеть!

— А ты обещала обеспечивать меня достойно, — спокойно ответила Елена Дмитриевна. — Раз твои обещания ничего не стоит, то и я ничем не связана.

— Мама, ты не можешь так! У меня работа, карьера! Ты мне всю жизнь рушишь!

— Дорогая, я тебе уже почти год жизнь устроила. Теперь устраивай сама. Детский сад оформляешь, няню ищешь — это твои проблемы.

— Но как же Саша? Как же я?

— Саша — твой сын. Ты мать, вот и решай материнские проблемы. А я — бабушка, которая помогла, пока могла.

Елена Дмитриевна положила трубку и посмотрела на внука, который играл с кубиками. Ей было жаль расставаться с малышом, но она понимала: зависимость — плохая вещь. Лучше рассчитывать на собственные силы, чем надеяться на чужие обещания.

Через неделю она уже сидела за привычным рабочим столом, разбирая документы. Коллеги радовались её возвращению. Зарплата была пусть и небольшой, но стабильной. Главное — она снова была хозяйкой собственной жизни.

Оксана ещё долго обижалась, но постепенно отношения наладились. Правда, теперь Елена Дмитриевна видела внука только по выходным, когда дочь приносила его в гости. Саша рос здоровым весёлым мальчиком, а Оксане пришлось научиться совмещать карьеру и материнство — как это делают миллионы женщин по всему миру.

Елена Дмитриевна больше никогда не соглашалась на подобные авантюры. Она поняла простую истину: самое надёжное — это собственный труд и независимость. Обещания могут не сдержать, а работа и самоуважение остаются всегда.