Мой американский внук был русофобом, пока не познакомился с русскими ребятами на питерской детской площадке

Уже больше десяти лет прошло с того дня, как моя дочь вышла замуж за американца и уехала с ним в Соединенные Штаты. На постоянное место жительства, разумеется. Они там, кстати, шикарно устроились – открыли свой магазинчик, стали неплохо зарабатывать.

Там же родился мой внук. Ой, кто бы мне сказал в юности, что моего внучка будут звать Мэйсон, плюнула бы в морду! Но судьба распорядилась так, что я стала бабушкой гражданина США, причем, как выяснилось чуть позже, настроенного негативно по отношению к России.

Мэйсон прекрасно знал о моем существовании, мы с ним регулярно общались как по телефону, так и по видеосвязи. Я даже английский ради него выучила с нуля, вот как жизнь повернулась. Но для личного знакомства дочка привезла мальчугана только тогда, когда ему исполнилось семь лет.

Радость была столь велика, что я, забрав родных из Пулкова, не сразу обратила внимание на некоторые странности в поведении ребенка. 

Он очень брезгливо оглядывал все вокруг, как-то неуверенно садился в мою «Весту» и шарахался от встреченных на пути людей. Точнее, я это заметила, но списала на обычную детскую настороженность. Ошибалась.

На следующий после прибытия день Мэйсон задал вопрос, заставивший меня, старушку, задуматься. По-английски, разумеется – русский язык он знает на уровне «здравствуйте-прощайте», и то с трудом.

- Бабушка, скажи, как ты не боишься жить в этой стране?

- Ну, не боюсь, так вот. А почему должна бояться? - я настолько растерялась, что аж присела на стул.

- Мисс Трейтон, моя няня, сказала, что в России живут одни дикари, которые только и ждут возможности кого-нибудь избить или ограбить. А еще она говорит, что русские никогда не улыбаются.

Во как! Мой наполовину русский внук мало того, что о России знает лишь то, что она существует, так еще и напуган страшными байками некой мисс Трейтон. А я-то все понять не могла, откуда в мире взялась русофобия. Теперь ясно, откуда ноги растут.

- А что она еще тебе говорила, милый? - посадив внука на колени, я приготовилась к шокирующим откровениям.

- Говорила, что русские машины ненадежные и грязные, - я сразу вспомнила его вчерашнюю реакцию на мою ласточку. - А еще то, что здесь почти не моются.

- И ты ей поверил? - то, что говорил внук, было дикостью даже для убежденного русофоба.

- Но она ведь взрослая и умная женщина! Как я могу ей не поверить? К тому же папа сказал, что я должен слушать мисс Трейтон, как его самого.

Я хотела было убедить внука, что няня заблуждается, что мы не такие уж и страшные, как ему там наплели в Соединенных Штатах… А потом поняла, что словами ситуацию не исправить. Надо ребенку наглядно показать все прелести жизни в России.

- Давай-ка одевайся, милый. Пойдем с тобой погуляем.

- Куда?!

- А куда сам захочешь.

- Нас не задержит полиция?

- Нет.

Я аж выдохнула от возмущения. Ладно они кроют наши машины нехорошими словами, пусть. Но не нужно рисовать из России тоталитарное государство с полицейским режимом.

Внук оделся, крепко взял меня за руку и отправился познавать новый для себя мир. В деталях расписывать прогулку не буду, она получилась слишком насыщенной. 

Вот основные пункты – осмотр улиц Питера, пара музеев, поход в зоопарк, обед в кафе традиционной русской кухни. Ближе к вечеру мы вернулись в наш двор, и я пустила Мэйсона поиграть на детской площадке.

Сижу на лавке, наблюдаю за процессом. Парень сидит в песочнице, пытается вылепить фигурку, с интересом поглядывает по сторонам. 

Внезапно к нему подходит девочка и что-то говорит. Тот хлопает глазами, бормочет нечто бессвязное на английском. «Ну все, сейчас все труды насмарку пойдут», подумала я, но через мгновение увидела, как внук весело смеется.

С местными ребятами американский гость провозился почти до ночи, сумел с ними поладить и даже обменялся с некоторыми из них телефонами. Не забывайте, что Мэйсон знает по-русски пару слов, и то не до конца понимает их значение!

Потом пошли домой. Я накормила мальчика ужином и уложила спать. Он потянулся, зевнул и начал говорить, глядя на меня с широкой улыбкой.

- Бабушка, мисс Трейтон врала мне. Россия очень красивая и добрая страна. Я обязательно ей все скажу, когда вернусь домой.

- Не надо. Она не была здесь. Не поверит, - ответила я, побоявшись, что американская нянька, услышав похвалы в адрес идеологического противника, еще сильнее начнет хаять нашу страну. - А что тебе понравилось больше всего?

- Дети во дворе. Они веселые и умеют дружить. Американские ребята тоже такие, но я думал, что в России все мальчики и девочки всегда грустные!

Вскоре внук заснул с улыбкой на губах, а я крепко задумалась… Если наполовину русскому ребенку так сумели промыть мозги русофобией, то что тогда творится в головах чистокровных американцев? Впрочем, пусть думают что хотят – наша жизнь от этого хуже точно не станет!