Не хочу даже рядом находиться с высокомерной подругой

Огонь и воду прошли с Машей, а поругались из-за ерунды.

— Убери сумку, разложилась на всю скамейку, — невзрачного вида девица недовольно толкнула мои вещи коленкой. Так состоялось наше знакомство с Марией более двадцати лет назад.

Учились мы в одном потоке и совершенно случайно встретились на общей для всех первокурсников лекции. Вещи я убрала, но всю дорогу краем глаза следила за тощей девчонкой, которая сидела, нахохлившись, как ворона.

С тех пор мы с этим человеком не расставались. Вместе выходили замуж, по очереди отправлялись рожать детей. Бегали забирать малышей из садика, водили в школу.

Много чего у нас было. Машка вообще человек очень упертый и постоянно попадает в разные истории из-за своего упрямства. Например, однажды ей неправильно посчитали зарплату. 

Бухгалтерия просто-напросто забыла, что в прошлом месяце подруга работала два дополнительных дня. Так Мария неделю их бомбардировала звонками и письмами. Я думаю, к моменту, когда ошибка была исправлена, Машка уже снилась всем бухгалтерам в кошмарах.

Хотя от упрямства была и польза. Благодаря ему подружка уверенно, хоть и медленно, шла вверх по карьерной лестнице. Начала с помощника руководителя, потом стала старшим секретарем, а теперь она его правая рука и заместитель.

И вот в этом моменте с Машей стало происходить нечто непонятное. Как будто загордилась она, нос стала задирать. Например, если раньше мы спокойно ходили пешком и пользовались общественным транспортом, то теперь все чаще я слышу от нее что-то вроде такого:

— Вот еще, буду я пешком тащиться. И на автобусе тоже не поеду. Чтобы видеть вокруг себя все эти рожи. Нет уж, без меня.

И губы при этом кривит, будто десять лимонов за раз съела. Я сначала не воспринимала ее слова серьезно. Пробовала шутить:

— Да брось, Машуня, ходить пешком полезно для здоровья. Надо же хоть немного давать организму нагрузку.

Но подруга смотрела на меня с недоумением. Мол, как так можно, ходить пешком. Не королевское это дело.

Комок странностей рос на глазах. У нас с Машей была традиция два-три раза в неделю обедать вместе. Прибегали в какое-нибудь кафе рядом с работой, брали бизнес-ланч и болтали обо всем на свете за едой.

Вот и на прошлой неделе в пятницу мы договорились с подруженцией встретиться в одной кафешке в центре. Маша вела себя очень странно. 

С официантами и кассирами в заведении разговаривала исключительно сквозь зубы. Брезгливо смотрела в меню:

— Боже, неужели это кто-то ест? Такое только свиньям в хлеву подавать. Везде уже подают картофельное пюре со шпинатом, только в нашем убогом городке все еще несут людям помои. 

Я удивленно подняла на нее глаза. Говорю, Машка, какой шпинат, где ты могла такое попробовать? Ты же дальше соседнего городка никогда не выезжала. 

А Машка мне так гордо:

— Я, как заместитель начальника, обязана следить за трендами. Нужно знать повестку дня и что вообще происходит в мире. 

Нет, я ничего против не имею. Надо быть в курсе, так и будь. Но зачем на обслуживающий персонал смотреть, как на плебеев, спросила я подругу.

Она мне заявила:

— Они и есть плебеи. Раз не смогли подняться в жизни, значит, сами виноваты. 

Я чуть вилку из рук не выронила. Говорю, что ты несешь. Забыла, как в студенчестве ты сама подрабатывала официанткой. Неделю всего, правда, но тем не менее. Было же такое в твоей биографии.

Мария, нисколько не смутившись, отвечает, что это когда было. Мол, так давно, что почти что стало неправдой. 

До конца обеда я молчала, а подруга распиналась по поводу того, что сейчас вокруг одни невоспитанные люди. Никто ей, заместителю руководителя, в ноги не кланяется.

— Представляешь приходят со смешками и шуточками, суют свои записки, как девчонке какой-то. Требуют дать ответ как можно скорее. Да как они могут со мной так разговаривать. Я им кто вообще, замдиректора или простой менеджер? — возмущалась Машка.

Я слушала и не узнавала близкого человека. И эта моя подруга, которая могла бездомного в гости позвать и чаем напоить. Неужели должность, пусть и заслуженная честно, так могла ее изменить.

В конце обеда я составила пустую посуду на поднос и понесла в раздаточную. Подружка красила губы. Ее тарелки так и остались на столе.

— Еще чего, буду я носить грязное. У них посудомойки есть, путь выходят и забирают мой поднос. Не переломятся, — с гордым видом ответила Машка, когда я напомнила про посуду. 

Я покачала головой, взяла и отнесла ее поднос. Подруга сделала вид, что ничего не заметила. 

С тех пор мы с ней больше никуда не ходили. На следующее Машино предложение пообедать вместе я ответила отказом. Машка процедила сквозь зубы:

— Все с тобой понятно. Завидуешь мне. 

А я и спорить не стала. Пусть думает, что хочет. Но нам с ней точно не по пути. 

Не хочу видеть, в какого бездушного монстра превращается лучшая подруга. Слишком больно.