Подруга не просто скопировала мой маленький бизнес, но еще и обесценила его, когда у самой не получилось

Мы с Валентиной дружили больше двадцати лет. Вместе выходили на пенсию и мечтали, что теперь у нас наконец-то появится время на себя.

Когда я после выхода на пенсию решила заняться вязанием, это было не просто хобби. Мне всегда нравилось вязать, но раньше не было времени. А тут вдруг появилось. Я начала с простых шарфов, потом перешла на шапки, потом на кардиганы и даже на детские костюмчики. Получалось неплохо. Я выкладывала фотографии в наш общий чат с соседями, и постепенно начали появляться первые заказы. Немного, но достаточно, чтобы чувствовать себя нужной. Люди платили, благодарили, иногда даже присылали фотографии готовых вещей. Мне это нравилось. Не столько деньги, сколько ощущение, что я делаю что-то полезное и красивое.

Валентина сначала просто смотрела. Потом начала спрашивать, как я вяжу, какие спицы использую, где беру пряжу. Я охотно рассказывала. Мне было приятно, что подруга интересуется. Когда она сказала, что тоже хочет попробовать, я даже обрадовалась. Думала, что у нас появится общее дело, что мы сможем вместе обсуждать узоры, делиться опытом, поддерживать друг друга. Я даже отдала ей несколько мотков пряжи, которые у меня остались, и показала, как правильно набирать петли. Она взялась за дело с энтузиазмом. Купила себе спицы, выбрала красивую пряжу и начала вязать.

Сначала всё шло хорошо. Она показывала мне свои работы, я хвалила. Но заказов у неё не появлялось. Ни одного. Она выкладывала фотографии в те же чаты, где я показывала свои вещи, но реакции почти не было. Люди писали «красиво», но никто не спрашивал цену и не заказывал.

Валентина сначала пыталась шутить, говорила, что «нужно время, чтобы разогнаться». Потом начала нервничать. Я видела, как она каждый день проверяет сообщения, как расстраивается, когда никто не пишет. Я пыталась её поддерживать, говорила, что у меня тоже в начале было мало заказов, что нужно просто продолжать. Но ей это не помогало.

А потом она сорвалась.

Это случилось в один из обычных дней. Мы пили чай у меня на кухне, и я показала ей новый кардиган, который только что закончила. Он получился особенно удачным — нежно-голубой, с красивым узором на рукавах. Валентина посмотрела на него и вдруг сказала:

— Ну да, тебе везёт. У тебя всё получается. А у меня ничего не идёт. Наверное, потому что ты всё время хвалишься своими вещами, а я скромная, — выпалила подруга.

Я удивилась. Не ожидала такого поворота.

— Валя, при чём тут хвастовство? Я просто показываю, что делаю. Ты тоже можешь показывать, — ответила я.

Она усмехнулась, но как-то зло.

— Да кому нужны твои кардиганы? Люди просто из вежливости лайкают. На самом деле никто не хочет тратить деньги на вязаные вещи, когда в магазине можно купить дешевле, — произнесла подруга.

Я почувствовала, как внутри всё сжимается. Это было не просто недовольство. Это было обесценивание всего, что я делала последние полгода. Я постаралась ответить спокойно.

— Если бы людям не нужны были вязаные вещи, у меня бы не было заказов. А они есть. Просто у каждого свой вкус, — постаралась как можно спокойнее реагировать я.

— Ты всегда была такой. Решила, что теперь у тебя «бизнес», и сразу начала важничать. А на самом деле это просто хобби. И не стоит делать из него целое дело, — заметила подруга.

Я посмотрела на неё и сказала то, что давно хотела сказать.

— Валя, я же не обиделась, когда ты решила заняться тем же самым. Ты видела, что у меня получается, и захотела попробовать. Я даже помогала тебе. А теперь, когда у тебя не получается, ты начинаешь обесценивать мою работу. Это нечестно, — призналась я.

Она замолчала на секунду, потом резко встала.

— То есть ты считаешь, что я тебе завидую? Что я не могу смириться с твоим успехом? А, может, ты просто не хочешь признавать, что тебе повезло, а мне нет? — раздражалась подруга.

— Я не считаю, что мне повезло. Я просто каждый день сидела и вязала. Даже когда не хотелось. А ты хотела быстрых результатов, — высказалась я.

После этих слов Валентина собрала вещи и ушла. Она даже не попрощалась. С тех пор мы не общаемся. Она перестала отвечать на мои сообщения, перестала здороваться, когда мы встречаемся во дворе. Иногда я вижу, как она сидит на лавочке и смотрит в телефон. Наверное, всё ещё надеется, что кто-то закажет у неё вещь.

Я прекрасно понимаю, что за словами подруги стояло не просто недовольство. Стояла обида на то, что у меня получилось, а у неё нет. И вместо того, чтобы признать это, она предпочла меня унизить.