Подруги привыкли делить счет поровну, хотя я никогда не заказывала того, за что платила

Наша компания встречалась в ресторане примерно раз в месяц. Четыре женщины, знакомые еще по прежней работе: у каждой семья, заботы, поэтому такие вечера были удобным способом не потеряться.

Поначалу мы заказывали примерно одинаково. По горячему, салат на всех, чай или кофе. Счет делили на четверых, и никто не высчитывал разницу в сто рублей.

Со временем встречи стали дороже. Подруги полюбили вино, начали брать закуски, пробовать десерты. Я алкоголь не пью, вечером ем немного, но несколько раз по привычке переводила общую долю, не желая портить настроение.

Однажды дома посмотрела на чек и поняла, что отдала почти вдвое больше стоимости своего ужина. Меня это не разоряло, но ежемесячно оплачивать чужое вино я не собиралась.

Перед следующей встречей написала в чат, что теперь буду рассчитываться отдельно. Объяснила коротко, без жалоб на цены.

Лида ответила смеющимся значком, остальные промолчали. Я решила, что вопрос закрыт.

В ресторане сразу предупредила официанта про отдельный счет. Он кивнул, а подруги переглянулись.

- Ты серьезно решила все считать? — спросила Лида.

Я ответила, что так удобнее. Если закажем что-то общее, свою часть оплачу.

Вечер прошел нормально до расчета. Выяснилось, что официант отделил мое горячее и чай, но общие закуски записал на основной стол. Подруги предложили просто поделить итоговую сумму, как раньше.

Я попросила принести чек и перечислила, что ела. Лида вздохнула так громко, что за соседним столиком посмотрели в нашу сторону.

- Господи, ну скажи, если у тебя трудности. Мы бы тебя угостили.

Мне стало неприятно не от предложения, а от того, как оно прозвучало. Будто отказаться от оплаты чужих заказов можно только из нужды, а не потому, что я так решила.

- Трудностей нет. Я хочу платить за свой ужин.

Тамара попыталась пошутить, что скоро будем делить соль и воду. Одна только Света сказала, что в раздельных счетах ничего странного нет.

Мы рассчитались, но прощание вышло холодным.

Через неделю в чате появились фотографии из другого ресторана. Оказалось, подруги встретились втроем, а мне не написали. Лида объяснила, что все получилось спонтанно.

Я не стала выяснять, насколько спонтанно можно выбрать вечер, забронировать стол и заказать торт к Тамариному повышению.

Света позвонила сама. Призналась, что разговор обо мне был: Лиде не понравилось, будто я внезапно перестала быть частью компании и начала считать каждую копейку.

Я спросила, почему общность измеряется именно согласием оплачивать одинаковую сумму. Света не нашлась что ответить.

На следующую встречу меня позвали. Я согласилась, надеясь, что неловкость пройдет без дополнительных обсуждений. Но Лида еще у входа сказала официанту, что у нас есть особо принципиальный человек, которому нужен отдельный чек.

Я сняла пальто, повесила на спинку стула и ответила, что если это так мешает, можем сегодня не ужинать вместе.

Она засмеялась: шуток я, оказывается, тоже больше не понимаю.

Весь вечер пришлось бы делать вид, что мне весело. Я не захотела. Забрала пальто, попрощалась и ушла в кафе через дорогу, где спокойно поела одна.

Позже Лида написала, что я устроила сцену из ничего. Я ответила, что дважды предупредила о своем решении и не собираюсь каждый раз выслушивать комментарии.

С Тамарой общение почти прекратилось, со Светой иногда встречаемся вдвоем. Лида присылает поздравления в общий чат, на этом все.

Недавно увидела их фотографию из нового ресторана. Раньше я бы долго рассматривала лица и думала, не слишком ли резко ушла. Теперь обратила внимание только на место: хорошая веранда, рядом парк. Сохранила адрес, чтобы сходить туда с мужем.