— У тебя дети обеспеченные, а моим помогать надо! — лучшая подруга требует, чтобы я отдавала им вещи своего внука бесплатно

Мой сын Дима женился три года назад. Рановато, конечно, всего двадцать пять ему на тот момент было.

Но встречались они с Надей уже несколько лет, и, в принципе, все давно решено было.

Дети расписались, отыграли скромную свадьбу, а через полгода сообщили, что собираются осчастливить нас внуком или внучкой.

Я, конечно, понимала, что когда-нибудь стану бабушкой, но никак не ожидала, что так быстро. Впрочем, все всегда происходит вовремя.

В конце концов, у сына отличная работа с неплохой зарплатой, да и Надя в декрет уйдет на хорошем месте и с нормальными выплатами.

— Возьмут они тебя теперь в оборот, — стращала меня Алевтина, моя лучшая подруга, — охнуть не успеешь, как будешь у детей на побегушках. Мама то, мама се.

— Считай, что рожают они для тебя, а не для себя, — посмеивалась Алька. — Погляжу я, каким ты волчком закрутишься.

— Брось уже каркать, все у нас нормально будет, — успокаивала я подругу.

Та ехидно смеялась в ответ. Ну-ну, мол, посмотрим, как у вас все нормально будет.

Знаете, а получилось так, как я и думала. Дима с Надей стали прекрасными родителями. И совсем нас со свахой работой не загрузили.

В общем, дела у нас шли нормально, Алька моя перестала ерничать, а даже с уважением как-то стала слушать мои рассказы о детях и внучке.

— Молодцы, конечно, твои ребята. Даже не верится, что они сами справляются и ни копейки у тебя не просят, — частенько повторяла подружка.

А потом случилось то, что лично я ждала с нетерпением. Выяснилось, что Алькин Мишка женится! Да не просто так, а по залету!

Алевтина в полном шоке прилетела ко мне с «радостной» новостью. Я про себя, конечно, посмеивалась. Но вслух ничего не сказала.

Кое-как Алька организовала молодым свадьбу, потом бросилась в срочном порядке закупать приданое для малыша.

— Цены-то, цены-то какие на все! Смотреть страшно! — жаловалась подруга у меня в гостях. — На одни только пеленки и ползунки целое состояние уйдет.

Я сочувственно кивала. Да, вещички для детишек сейчас стоят ой-ой. Хорошо, что мои дети неплохо зарабатывают, сами все приданое для сына купили.

— Слушай, а ведь у вас после Витальки осталось много хороших вещичек, из которых он уже вырос?

— Ну да, — кивнула я, — кое-что вроде осталось. Надя еще продать эти вещи собиралась.

— Как продать?! — выпучила на меня глаза Алька. — А мы как же?

Тут уже я удивилась. В смысле, говорю, вы.

— А при чем тут вы?

— Да как же при чем! Ведь мы с тобой лучшие подруги. Значит, должны помогать друг другу. Я тебе, а ты мне. Вот и помогай. Отдайте нам вещички, которые от Виталика остались.

— Погоди, — говорю, — как это отдайте. Во-первых, это не мои вещи, я не могу ими распоряжаться. Во-вторых, они действительно недешевые, и Надя за них может нормально выручить. Им, знаешь, копейка тоже лишней не будет.

Алевтина тут же забубнила, что я, как ее лучшая подруга, непременно должна, нет, просто обязана помочь.

— Не ожидала от тебя такого, подруга, — сказала она наконец и засобиралась домой.

Я сидела как оплеванная. Всякое я на своем веку видала, но такое в первый раз.

— Не ты ли ерничала, когда мой Димка жениться собрался, не ты ли пророчила нам «веселую» жизнь? И ничего, я тогда смолчала-стерпела. А теперь ты вспомнила, что мы с тобой подруги. Хороша ты, ничего не скажешь, — сказала я.

Алька на меня даже не посмотрела. Вышла и дверью хлобыстнула на прощание. С тех пор не звонит и на мои звонки не отвечает.

Да еще всем знакомым жалуется, какая я черствая и жестокая. Бедную Алевтину в трудную минуту не поддержала.

Мои, мол, дети в золоте купаются, вещами детскими торгуют, а несчастная Аля чуть ли не побирается по людям. Приданое внуку или внучке обеспечивает.

Знаете, такое свинство бывшей лучшей подруге я простить никак не могу. Деньги моих детей это их деньги, и никого они волновать вообще не должны!

Пусть подругины дети учатся сами выживать, без посторонней помощи. Хороший урок им в жизни будет!