- Я не женщина, а девочка, и выгляжу на двадцать лет, - говорила мне тридцатилетняя подруга

Высокую самооценку я считаю достоинством человека. Гораздо приятнее общаться с уверенным собеседником, чем осторожничать, боясь задеть чувства закомплексованной личности. Особенно это касается женщин.

Как-то неожиданно в моей жизни появилась Лена. Довольно симпатичная, хотя и полноватая девушка. Ноготочки, реснички - это все при ней. Возможно, стоило бы больше уделить внимание коже и волосам, но в принципе это ее дело.

Честно говоря, я бы и не заметила каких-то нюансов во внешности подруги. Просто вела она себя так, что неизбежно привлекала внимание к себе.

- Главное, это ухаживать за собой, - заявила однажды Лена, - вот за мной мужики всегда бегали. 

- Ну это логично, ты очень симпатичная девушка, - улыбалась в ответ я.

- Не симпатичная, а красивая, - поправила меня подруга, - симпатичных много, а красота - редкость.

Спорить тогда с Леной  не стала. Мне не очень нравились подобные разговоры, слишком пустые и однобокие. Я не прочь обсудить хороших мастеров по ногтям, волосам и фитнесу. Но вот эта философия красоты меня не интересовала, я не знала, как поддерживать такие беседы.

Однако подруга часто хвалила себя и мне приходилось что-то ей отвечать. Я говорила себе, что ценю ее уверенность в себе, поэтому не пресекала ее самовозвышение.

- Я выгляжу на двадцать, - говорила мне тридцатилетняя Елена, - правда?

Я пробормотала что-то насчет того, что она, действительно, хорошо выглядит.  Ну, может быть не на двадцать, но на очень красивые, эффектные тридцать.

Такой ответ Лену не устраивал. Она приводила мне десятки аргументов, что выглядит не просто моложе, а прямо как девочка. Цитировала каких-то незнакомых мне людей, которые не верили, что ей на десять лет больше.

Очередной бзик был у Лены, что она не женщина. Девочка и все тут.

- Я выгляжу как девчонка, а не как женщина, - говорила подруга, - поэтому пресекаю, когда кто-то называет меня женщина.

Проглотила я и это. Ну девчонка, так девчонка, настаивать не буду. Я вообще редко обращаюсь к кому-то “женщина” или “девушка”. Однако решила, что с Леной стоит быть осторожнее.

Волосы-то у нее самые лучшие, хотя мне кажется, что явно не хватает ухода. И улыбка-то бесподобная, хотя и стоило бы к стоматологу сходить. И все же засаживать друзей я привычки не имею. Потому всегда поддерживала свою подругу и соглашалась с ней.

Однако зря я это делала. Поведение Лены перестало быть просто уверенным или самоуверенным. Она начала возвышать себя за счет других людей. Но и тогда я терпела до тех пор, пока она не стала принижать меня.

- Сходила бы ты к моему мастеру, смотри какие ноготочки у меня, - советовала подруга, - чего со своими обрубками ходишь.

К слову сказать, я просто коротко стригу ногти и иногда покрываю бесцветным лаком. Однако объяснять это кому-то не считаю нужным.

- Катюшка, сделай ты уже что-то с волосами, - прощебетала Лена и взъерошила мне челку, - обесцветь что ли или покрась поярче.

Волосы я не крашу. У меня короткая стрижка, седины нет, иногда делаю тонирование. Мой уход сводится к использованию масел, масок и бальзамов. Волос крепкий, сильный, не пористый. 

- Катюшка, когда на диету? - весело спрашивала Лена и легонько хлопала по животу.

А я, между прочим, стройнее Лены. Занимаюсь спортом, не переедаю. А вес мой в пределах медицинской нормы.

Комментарии Лены по поводу моей внешности все больше напоминали оскорбления. Все чаще она хвалилась своими якобы достоинствами и находила якобы недостатки у меня.  

Пыталась я аккуратно донести до нее, что не стоит унижать меня придирками. Лена же делала круглые глаза, обнимала и уверяла, что критикует меня ради моего же блага. Но однажды она перегнула палку - назвала свои ноги эталоном “ровности” и посмеялась над моими “кривыми коленками”.

И тут меня прорвало. Медовым голосом и с прищуром змеи я сказала Лене, что все эти месяцы я берегла ее чувства. И поэтому молчала насчет толстого живота, прыщавой кожи и вечно жирных волос. А еще сказала, что все мои знакомые думают, что ей за сорок, а не тридцать и уж точно не двадцать.

На лице моей подруги появились слезы. Она попыталась как-то возразить мне, но я уже не могла остановиться. Прошлась по каждому “пункту” Ленкиной  красоты. В конце концов, Ленка разрыдалась в голос, назвала меня жестокой и убежала.

С тех пор мы не общаемся с подругой. Но с подругой ли? Скорее всего нет. Да и дружбы между нами не стало не в тот день, когда я сорвалась, а гораздо раньше.