- А богатый зять тещу угостить не хочет вкусненьким? - спрашивала моя мать, изучая холодильник

Мама растила меня одна, жили мы всегда очень скромно. Сначала все было хорошо, но с возрастом у нее появилась острая зависть к тем, кто лучше живет.

Как только я отучилась, сразу устроилась на работу. С первой зарплаты побаловала маму новой красивой кофтой и походом в шикарный ресторан. Стала покупать ее любимые продукты. А с первой премии отправила маму в Турцию. 

И вот, когда мы познакомились с Сергеем, мама его сразу же одобрила как будущего мужа. В первую очередь из-за денег.

- Машина хорошая, квартира есть, зарплата стабильная. Будешь с ним счастлива, дочка, - сказала мама.

- И сырок дорогой, и ветчина, и фрукты заморские у вас тут! А богатый зять тещу угостить не хочет вкусненьким? - спрашивала моя мать, изучая полки.

Серега мой не жадный совсем. Первое время он удивлялся, но с удовольствием угощал тещу деликатесами. Однако мамины странности на этом не заканчивались.

- Мне вот вечерами чего-то вкусного хочется. Есть у меня и картошка, и сало. Но я старая, мне вредно. Вот бы чего легонького перекусить перед сном, - вздыхала мать.

И мы наполняли для мамы целые сумки с фруктами, сыром, дорогими морепродуктами. Порой мама демонстрировала свое недовольство молчанием, даже когда получала желаемое. 

- Да что ж я объедать-то вас буду, - вздыхала мама.

- Но все-таки что-то тебя расстроило, - настаивала я.

- Нет, не расстроило. Ты мне только скажи, а пирожные вы будете есть, когда я уйду? Специально дожидаетесь? - с несчастным лицом спрашивала моя родительница.

Зря я потакала такому поведению матери, ведь со временем она перестала даже просить. Она просто брала то, что ей нужно, сопровождая это шутками, а то и укорами. Мол, у дочери есть, а у нее нет - несправедливость!

Как же мы радовались, когда у моей мамы появился мужчина. Вот теперь Василий Васильевич будет закрывать все потребности любимой женщины, и она от нас отстанет.  Однажды мать сказала, что придет к нам в гости со своим мужчиной.

Серега заказал шашлык, купил хороший коньяк, а я приготовила то, что любит моя мама. 

- Вась, сырок тебе понравился, возьмем домой? - спросила моя мать, а мужчина кивнул.

- Хороший сыр, берем, - ответил Вася, вытягивая вверх большой палец руки.

- А креветки? - продолжила мать, не замечая наших с Сергеем взглядов.

- Берем. Зятек, а коньяка у тебя только одна бутылка была? - поинтересовался Василий Васильевич у Сергея.

Мой муж подтвердил, что второй бутылки коньяка у него нет. Гость наш заметно расстроился и даже вытянул вперед большую губу. Так демонстрируют обиду маленькие дети, когда что-то им не по нраву.

Сергей молчал до тех пор, пока теща не спросила своего возлюбленного, что ему нравится из его, серегиных бритвенных принадлежностей и парфюма.

Вот тут мой муж и возмутился. Он твердо заявил, что больше такого безобразия не потерпит. А моя мама расплакалась и стала собираться домой. Ни мои уговоры, ни пояснения мужа не успокаивали ее. А Василий Васильевич еще и пристыдил нас, мол, до чего мы его любимую женщину довели.

Вышли гости от нас, а я так и осталась стоять у двери. Думала, то ли бежать за матерью, то ли остаться дома, как настаивал муж. Вот только поняла я, что выйти-то они вышли за дверь, но так и остались в подъезде, что-то обсуждая.

- Ох, Вася, а сумку-то с сырком и креветками я так и не забрала! - сказала моя мать.

- Ты, Вась, не переживай, пару дней перекантуемся, пусть пока вину дочь прочувствует, - успокаивала мать Василия.

Дальше мы ничего не слышали, так как гости уже вышли из подъезда. Я расплакалась, а Сергей задумался. На следующий день он твердо заявил, что больше мою мать и ее Василия у нас в доме он видеть не желает. А чтобы я не чувствовала себя виноватой, он будет переводить теще небольшую сумму денег ежемесячно.

Свое обещание Сергей сдержал. Мама обижается на нас до сих пор. Однако деньги охотно принимает уже который месяц.