Бабушка оставила мне дачу. Теперь мама требует отказаться от наследства в пользу моего брата

Бабушка умерла тихо, во сне, не дожив до своего девяностолетия всего три месяца. Мы знали, что это случится, она болела последний год и угасала на глазах, но все равно были не готовы. 

Я плакала на похоронах, вспоминая летние каникулы на её даче, запах яблочного варенья и скрип старых половиц. Эта женщина была для меня не просто бабушкой, а настоящим другом и наставником, который всегда понимал и поддерживал.

О завещании мы узнали через неделю после похорон. Нотариус зачитал документ сухим официальным голосом, и я почувствовала, как земля уходит из-под ног. Бабушка оставила мне свою дачу, ту самую, где прошло мое детство, где я научилась плавать в речке за околицей, где получила первый поцелуй и куда приезжала каждое лето до самого замужества.

Мама сидела рядом с окаменевшим лицом. Мой брат Костя даже не приехал на оглашение завещания, он вообще редко появлялся на семейных мероприятиях после переезда в другой город. Ему бабушка оставила небольшую сумму денег, а маме достались украшения и старинный сервиз, который передавался в семье из поколения в поколение.

Первые несколько дней прошли в молчании. Мама не звонила, не писала, и я решила, что она переживает потерю матери в одиночестве. Сама я была слишком погружена в собственное горе, чтобы анализировать её реакцию. Дача казалась мне священным местом, и я радовалась, что смогу сохранить её для своих будущих детей.

Звонок раздался ровно через неделю. Мама говорила спокойным, слишком спокойным голосом, от которого у меня похолодело внутри.

- Нам нужно серьезно поговорить о бабушкином наследстве.

- Слушаю тебя внимательно.

Мама сделала паузу и произнесла:

- Дочка, будет правильно, если ты откажешься от дачи в пользу Кости.

Я переспросила, не ослышалась ли, и она подтвердила свои слова.

Дальше разговор превратился в допрос. 

- Ты знаешь, что у Кости сложная финансовая ситуация, его жена беременна третьим ребенком, им негде проводить лето. 

Я слушала и не понимала, какое отношение это имеет к бабушкиному завещанию. Она сама решила, кому оставить дачу, она была в здравом уме и твёрдой памяти, и это был её осознанный выбор.

Когда я попыталась объяснить это маме, она взорвалась. Обвинила меня в эгоизме, в том, что я всегда была бабушкиной любимицей и пользовалась этим. Сказала, что я подлизывалась к старухе, чтобы получить наследство, что специально приезжала каждое лето, пока Костя работал и строил карьеру. Её слова ранили меня до глубины души, потому что я любила бабушку искренне, без всякой корысти.

Следующие месяцы превратились в настоящий ад. Мама звонила регулярно, каждый разговор сводился к одной теме. Она то умоляла, то угрожала, то давила на жалость. Рассказывала про Костиных детей, которым негде играть летом, про его жену, которая мечтает о свежем воздухе для малышей. При этом сам Костя не позвонил мне ни разу, и я подозревала, что вся эта кампания исходит исключительно от мамы.

Однажды она приехала без предупреждения. Сидела на моей кухне и методично перечисляла аргументы, почему я должна отказаться от наследства.

- У тебя есть квартира, есть муж с хорошей зарплатой, а у Кости ничего нет, ты это понимаешь?!

- Мама, это не моя проблема. Бабушка сама решила, кому оставить дачу.

- Бабушка была несправедлива, а ты, как честный человек, должна это исправить! - повысила голос мама.

- Почему именно я должна исправлять то, что ты считает несправедливостью?

- Потому что Костя моя первенец, ему всегда было тяжелее, жизнь к нему несправедлива!

Это был момент истины. Я вдруг поняла то, что чувствовала всё детство, но боялась себе признать. Костя всегда был маминым любимчиком. Ему прощалось всё: плохие оценки, хамство, эгоизм. А от меня требовали совершенства и благодарности за сам факт существования. Бабушка была единственным человеком, который любил меня просто так, без условий и требований.

Я попыталась поговорить с братом напрямую, надеясь, что он проявит благоразумие. Костя ответил на звонок нехотя, говорил односложно и дал понять, что считает ситуацию несправедливой, но давить на меня не собирается. Это немного успокоило, пока я не узнала, что его жена активно обрабатывает маму и подливает масла в огонь.

Конфликт разрастался как снежный ком. Мама привлекла на свою сторону родственников, и на меня посыпались звонки от теток и дядей, которых я не видела годами. Все они убеждали меня поступить правильно, проявить великодушие, подумать о семье. Никто не спрашивал, почему бабушка приняла такое решение, всем казалось очевидным, что я должна уступить.

Муж поддерживал меня безоговорочно. Он напоминал, что это моё законное наследство, что бабушка имела полное право распорядиться своим имуществом и что уступать шантажу означает поощрять его. Мы ездили на дачу каждые выходные, приводили её в порядок, строили планы на будущее. Это место стало для меня убежищем от семейного безумия.

Полгода назад мама поставила ультиматум. Она заявила, что если я не отдам дачу Косте, она прекращает со мной всякое общение. Я попросила её подумать, стоят ли наши отношения этого решения. Она ответила, что уже подумала, и положила трубку.

С тех пор мы не разговариваем. На семейные праздники меня больше не приглашают, а фотографии в социальных сетях показывают счастливое семейство без меня. Мама выбрала Костю, как выбирала его всю жизнь, и я наконец-то приняла эту правду.

Иногда я сижу на бабушкиной веранде и думаю о том, почему она оставила дачу именно мне. Однажды, задолго до своей болезни, она сказала мне странную фразу. Она произнесла, что некоторые люди никогда не оценят то, что имеют, и нет смысла давать им ещё больше. Тогда я не поняла, о чём она говорит, а теперь понимаю слишком хорошо.

Бабушка видела то, что я отказывалась замечать. Костя никогда не ценил её, приезжал раз в год на пару часов, забывал про дни рождения, не звонил месяцами. А я была рядом, ухаживала за ней во время болезни, слушала её истории, сохраняла её рецепты. Дача досталась мне не потому, что бабушка любила меня больше, а потому, что я была единственной, кто действительно любил это место.

Я не отдам дачу брату. Не потому, что жадная или злая, а потому, что это было бы предательством бабушкиной воли. Она знала, что делает, и я обязана уважить её последнее желание. А мама, если когда-нибудь захочет восстановить отношения, знает, где меня найти.