— Брала под голубцы, а теперь у меня там тесто! — свекровь отказывается возвращать мою посуду

Квартирный вопрос у нас с Артемом после свадьбы не стоял. Мои родители несколько лет назад выгодно разменяли бабушкину квартиру и по случаю купили однушку в новостройке.

Папа всегда твердил, что лишняя недвижимость в семье не помешает. Самые, мол, удачные инвестиции.

— Вот выйдешь замуж, начнешь самостоятельную жизнь в своем углу, а не у чужих людей, — частенько говорил родитель.

Так и вышло. Еще до свадьбы мы с будущим мужем сделали ремонт, купили мебель. Мама подарила нам очень дорогой набор посуды.

Но больше всех ликовала свекровь, потому что оказалось, что жить мы будем по соседству. Такой вот неприятный сюрприз, о котором, разумеется, мои родители, покупая квартиру, и подумать не могли.

Свекровь, узнав, что мы будем жить через дорогу, потирала руки. Мол, станем в гости друг к другу ходить, дружить и поддерживать родственные отношения.

Я вежливо улыбалась, а про себя думала, что упаси меня боже от такой дружбы. Ничего не имею против мамы Артема, но женщина она откровенно со странностями.

На нашей свадьбе она долго и пространно говорила о том, как ей тяжело было растить сыночка в одиночку и как жалко его теперь отдавать мне. Как будто я у нее мужа увожу, честное слово.

Глядь, а нужной мне посудины на месте нет. Все обшарила, все шкафы и полки, как корова слизала.

Я к мужу. Не видел, мол, кастрюлю-то, не могу найти. Артем потупился и сказал, что мама одолжила ее на время.

— Понимаешь, мама решила нас голубцами побаловать, а все большие кастрюли у нее заняты. Вот она и прибежала за помощью, — смущенно сказал муж.

Что ж, против голубцов я возражать не стала. Правда, ни в тот вечер, ни в какой-то другой мы их так и не дождались.

Затем я точно так же осталась без сотейника, сковороды и очень удобного ковшика, в котором я каждое утро готовила себе кашу на завтрак. Именно его потеря меня и добила.

Муж замахал руками. Ладно-ладно, мол.

На следующий день с утра я убежала на работу. Вечером прихожу, на кухне снова шаром покати. Ни посуды, ничего.

Артем виноватое лицо сделал. У мамы вся наша посуда занята. В кастрюле тесто, на сковороде блины, а в ковшике она чайный гриб развела.

Нормально вообще? И что мне с этим делать, спрашиваю муженька. Тот пожал плечами. Не знаю, говорит, давай купим тебе другие кастрюли. Если тебе так надо.

Тема поджал губы.

 — Не знал, что ты можешь закатить истерику из-за каких-то там кастрюль.

Я аж задохнулась от возмущения.

— Из-за каких-то?! Да ты знаешь, сколько они стоят? Обошлись маме в целое состояние. Или ты думал, что твоя мамочка просто так их все к себе унесла? Она прекрасно знает, что это за фирма.

Артем обиделся и весь вечер со мной не разговаривал. Мама по телефону убеждала меня остыть и плюнуть.

— Дочь, да пусть подавится этими кастрюлями, я тебе новый комплект куплю. Не стоят они твоих нервов.

Пошла на разборки к матери мужа. Так и так, говорю, отдавайте мою посуду прямо сейчас. Никаких завтра.

Свекруха засуетилась. Ой, да что ты, да я разве против. Вот только кастрюльки заняты у меня. Только-только, мол, тесто поставила на блины.

Я ей говорю, что вы этими завтраками и «блинами» нас уже вторую неделю мурыжите. Тащите посуду вместе с тестом, раз такое дело.

У свекрухи аж глазки забегали. Как же так, причитает, тесто мне самой нужно, я вас и себя хотела пирожками побаловать.

Что-то мне ее слова такими подозрительными показались. Я говорю, а ну покажите-ка мне мои кастрюли. И на кухню двинулась.

— В общем, так, дорогая мама, или вы возвращаете мою посуду, или возмещаете мне ущерб на такую-то сумму.

У свекрови глаза на лоб полезли. Как ты с матерью мужа разговариваешь, да что ты себе позволяешь. Не знала, мол, какая меркантильная гадина вошла в нашу семью.

А я ей отвечаю, еще не известно, какая гадина и в какую семью вошла. Жду посуду или деньги, сказала я и вышла, хлопнув дверью.

Дома мужу даже шепотом мать защищать запретила. Хватит, наелась. Или посуда, или компенсация!