Брат требует отдать ему родительский дом, потому что он старше, но я с этим не согласна

Вчера вечером в родительском доме состоялся разговор с Максимом, который окончательно показал мне, насколько по-разному мы с братом понимаем справедливость и семейные отношения. 

Наши родители приняли решение переехать в Краснодар к младшей сестре отца, которая давно зовёт их к себе, и теперь встал вопрос о том, кто будет жить в их доме в Подмосковье. Это большое трёхэтажное строение с участком, которое отец строил своими руками больше двадцати лет.

— Вера, я думаю, нам нужно сразу всё обсудить и решить без конфликтов, — начал Максим, усаживаясь в кресло в гостиной с таким видом, будто готовился объявить уже принятое решение. — Родители уезжают через два месяца, и дом не может стоять пустым. Логично, что в нём должен жить кто-то из нас.

Я кивнула, наливая чай и готовясь к серьёзному разговору.

— Согласна, дом действительно нужно кому-то передать. Я как раз хотела поговорить с тобой об этом. Мне бы очень хотелось переехать сюда с детьми. Мы снимаем двухкомнатную квартиру, платим огромные деньги за аренду, а здесь столько места, свой двор, где дети могли бы играть.

Максим поставил чашку на стол и посмотрел на меня с недоумением.

— Подожди, ты серьёзно считаешь, что дом должен достаться тебе? Вера, я старший в семье, мне тридцать восемь лет, у меня тоже семья и двое детей. По всем законам и традициям родительский дом переходит к старшему сыну. Это даже обсуждению не подлежит.

Я почувствовала, как внутри начинает закипать возмущение от этого самоуверенного заявления.

— Максим, какие законы и традиции? Мы живём в двадцать первом веке, а не в средневековье, где всё наследство доставалось старшему сыну! Родители ещё живы и сами могут решить, кому передать дом. И потом, у тебя есть собственная трёхкомнатная квартира в Москве, а я плачу за съёмное жильё треть своей зарплаты!

Брат откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди.

— То, что у меня есть квартира, результат моего труда и моих усилий. Я много лет работал, копил деньги, брал ипотеку. А ты выбрала профессию учителя с маленькой зарплатой, вышла замуж за человека, который тоже не может обеспечить семью нормальным жильём. Это твой выбор и твоя ответственность, а не повод претендовать на родительский дом.

Эти слова ударили меня больнее, чем я могла ожидать. Я поставила чашку, чувствуя, как руки начинают дрожать от обиды.

— Значит, по-твоему, я менее достойна жить в родительском доме, потому что зарабатываю меньше тебя? Максим, я учитель начальных классов, я воспитываю детей, это важная и нужная профессия. Мой муж работает инженером, мы оба честно зарабатываем на жизнь, просто не можем позволить себе купить собственное жильё в Подмосковье!

Максим встал и подошёл к окну, глядя на участок, который когда-то помогал отцу обустраивать.

— Вера, я не принижаю значимость твоей профессии и не говорю, что ты недостойна. Просто констатирую факты. Я старший сын, я больше помогал родителям строить этот дом, вкладывал свои деньги в ремонт и обустройство. У меня есть моральное право на этот дом.

Я подошла к брату и встала рядом.

— Ты помогал деньгами, потому что у тебя они были. А я помогала своим временем и силами. Кто проводил здесь каждые выходные, помогая маме с садом? Кто ухаживал за родителями, когда они болели? Кто готовил, убирал, занимался бытовыми делами? Я! Пока ты приезжал раз в месяц с деньгами на ремонт, я была здесь постоянно!

Максим повернулся ко мне, и я увидела в его глазах раздражение.

— Ты делала это по доброй воле, никто тебя не заставлял. И потом, уход за родителями это нормальная дочерняя обязанность, а не повод претендовать на наследство. Я помогал финансово, потому что мог себе это позволить, и мой вклад в этот дом значительно больше твоего.

Я почувствовала, как слёзы подступают к глазам от этой несправедливости.

— Ты оцениваешь вклад только деньгами? Моё время, мои силы, моя забота ничего не стоят? Максим, я потратила сотни часов своей жизни на помощь родителям и обустройство этого дома. Разве это не даёт мне права претендовать на то, чтобы жить здесь?

Брат вернулся к креслу и сел, его лицо было непреклонным.

— Вера, давай будем честными. У меня двое детей школьного возраста, которым нужно пространство для учёбы и развития. У меня финансовые возможности содержать этот дом, платить налоги, делать ремонт. А ты с твоей зарплатой учителя и зарплатой мужа-инженера едва сводите концы с концами. Как ты собираешься оплачивать коммунальные услуги за такой большой дом?

Я села напротив брата, чувствуя, как усталость от этого разговора накрывает волной.

— У меня тоже двое детей, которым нужно пространство! И да, у нас не такие большие доходы, как у тебя, но мы справимся с коммунальными платежами, если не будем платить за аренду квартиры. Максим, для тебя этот дом дополнительная недвижимость, удобная дача на выходные. А для меня это возможность дать своим детям нормальные условия жизни!

Максим достал телефон и открыл какие-то документы.

— Я уже разговаривал с родителями. Они склоняются к тому, чтобы оставить дом мне. Папа считает правильным, что старший сын должен получить семейное гнездо. Мама тоже согласна с этим решением.

Эти слова прозвучали как приговор. Я почувствовала, как внутри всё сжимается от боли и предательства.

— Ты уже обсуждал это с родителями за моей спиной? Договорился с ними, даже не поставив меня в известность? Максим, это низко и нечестно!

Брат убрал телефон и посмотрел на меня с чем-то похожим на жалость.

— Я не договаривался за твоей спиной, просто высказал своё мнение, когда родители подняли эту тему. И они согласились со мной, потому что понимают логику и здравый смысл. Вера, будь реалисткой. Даже если тебе отдадут этот дом, ты не сможешь его нормально содержать. Через год он начнёт разрушаться, потому что у тебя не будет денег на ремонт.

Я встала и направилась к выходу, чувствуя, что больше не могу находиться в одной комнате с братом.

— Знаешь что, Максим? Пусть родители сами решат и объявят своё решение нам обоим. Но если они действительно отдадут дом тебе только потому, что ты старший и богаче, я буду очень разочарована в семейной справедливости.

Максим поднялся и окликнул меня уже у двери.

— Вера, не обижайся. Я не хочу ссориться из-за этого. Может быть, мы сможем договориться как-то иначе? Дом достанется мне, но ты сможешь приезжать сюда на выходные с детьми, пользоваться участком?

Я обернулась и посмотрела на брата с таким чувством, будто вижу его впервые.

— Ты предлагаешь мне приезжать в родительский дом как гостю, с разрешения нового хозяина? Максим, это мой дом тоже! Здесь прошло моё детство, здесь я росла, училась ходить, провела лучшие годы своей жизни!

Мы ни к чему не пришли, только повздорили и наговорили лишнего. Но я не собираюсь отдавать дом просто так, пусть родители сами принимают такое решение.