Братья обвиняли меня в том, что я бросила семью, но их поступок оказался гораздо страшнее

Когда три года назад мне предложили работу в московской IT-компании с зарплатой, которая в пять раз превышала то, что я могла заработать в нашей дальневосточной деревне, я не раздумывала ни секунды. Диплом программиста наконец-то мог принести реальные деньги, а не жалкие копейки в местном отделе автоматизации.

Папа, Виктор Семенович, проводил меня в аэропорт с гордостью в глазах.

– Лети, Катюша, покоряй столицу. Ты у нас самая умная, – говорил он, обнимая меня на прощание.

Мамы много лет назад не стало, а младшие братья, Андрей и Максим, двадцати четырех и двадцати двух лет, отнеслись к моему отъезду более сдержанно. Они работали на том же заводе, что и отец. Получали свои тридцать тысяч в месяц и, казалось, были этим довольны.

– Ну что, сестричка, будешь теперь столичной штучкой? – подшучивал Андрей. – Только нас, деревенщину, не забывай.

Я обещала не забывать, регулярно звонить и приезжать. И первое время так и делала. Звонила каждую неделю, рассказывала о работе, о новой жизни. Отец всегда радовался моим звонкам, расспрашивал обо всем подробно.

Но потом работа затянула меня с головой. Проекты, дедлайны, карьерный рост... Звонки стали реже, приезды – тоже. Последний раз я была дома полтора года назад на Новый год.

А потом случилось то, чего все боялись, но на что никто не хотел обращать внимания. Завод закрылся. Просто взял и закрылся, оставив половину города без работы.

Папа позвонил мне в марте, голос у него был усталый и растерянный.

– Катя, дочка, у нас тут беда. Завод закрыли. Мы все теперь без работы.

Сердце у меня сжалось. Я знала, что это рано или поздно произойдет. Старое советское предприятие уже давно трещало по швам.

– Пап, а что теперь будете делать?

– Не знаю, дочка. В нашем возрасте кому мы нужны? Мне пятьдесят восемь, работы никакой нет. Может, ты поможешь мальчикам перебраться к тебе в Москву? Они молодые, найдут что-нибудь.

Я задумалась. Конечно, я могла помочь братьям. У меня уже была своя квартира, связи в IT-сфере. Да, трудно, но я думаю, что смогла бы им помочь устроиться…хотя бы, на первое время.

– Пап, передай им, что я готова помочь. Пусть приезжают, устроим их.

Но когда отец передал мое предложение братьям, они категорически отказались.

Андрей позвонил мне сам, голос у него был злой и обиженный.

– Катька, ты что думаешь, мы отца бросим? Он всю жизнь на нас горбатился, а мы его одного оставим?

– Андрей, но здесь же больше возможностей. Вы заработаете денег, сможете помогать папе...

– Помогать издалека? – перебил меня Максим, который слушал разговор. – Легко тебе говорить, ты уже сбежала. А мы не такие, мы семью не бросаем.

Эти слова больно ударили по сердцу.

– Как это сбежала? Я работаю, зарабатываю деньги!

– Да, зарабатываешь, – язвительно сказал Андрей. – А когда папе плохо было зимой, где ты была? Когда у него давление скакало, кто с ним в больницу ездил? Мы! А ты в своей Москве сидишь.

– Я не знала, что папе плохо...

– Потому что не интересовалась! Звонишь раз в месяц, спрашиваешь "как дела", а когда он говорит "нормально", сразу про свою работу рассказываешь.

Мы поругались тогда крепко. Братья обвиняли меня в том, что я бросила семью ради карьеры. Я пыталась объяснить, что хочу помочь, но они не слушали.

– Мы никуда не поедем, – заявил Максим. – Будем здесь что-нибудь искать. А отца одного не оставим, не такие мы.

После этого разговора мы почти перестали общаться. Я звонила папе, он рассказывал, что мальчики подрабатывают где могут – то грузчиками, то на стройке. Денег катастрофически не хватало, но они держались.

Я несколько раз предлагала помощь деньгами, но отец отказывался.

– Не надо, Катюша. Мы как-нибудь сами.

Время шло. Я получила повышение, купила машину, начала встречаться с коллегой, работы стало еще больше. Жизнь в Москве поглощала меня целиком. Звонки домой стали еще реже.

А потом, в прошлом месяце, мне позвонил Андрей. Голос у него был странный, сдавленный.

– Катя, папа умер.

Мир перевернулся. Я не могла поверить в то, что слышу.

– Как умер? Что случилось?

– Сердце. Соседка нашла его утром. Врачи сказали, что инфаркт был ночью.

Я прилетела на похороны в тот же день. Братья встретили меня холодно, почти не разговаривали. Весь район пришел проститься с отцом – он был уважаемым человеком, многим помогал.

После похорон мы сидели на кухне в родительской квартире. Андрей и Максим пили водку, я не могла ни есть, ни пить.

– Где вы были все это время? – тихо спросила я. – Почему он был один?

Братья переглянулись.

– Мы работали, – буркнул Андрей. – Нашли работу в соседнем городе, вахтовым методом. Месяц там, неделя дома.

– И вы его одного оставляли на месяц? Сказали бы мне, я бы что-нибудь придумала.

– А что нам было делать? – взорвался Максим. – Деньги зарабатывать надо было! Он же сам говорил, что справится.

Я смотрела на них и не узнавала. Те самые братья, которые клялись никогда не бросать отца и упрекали меня, оказывается, месяцами его не видели.

На следующий день пришел нотариус. Оказалось, что отец переписал квартиру на меня. Завещание было составлено полгода назад.

Братья были в шоке.

– Как это на тебя? – не понимал Андрей. – Ты же даже не приезжала!

Нотариус зачитал завещание. Папа все понимал. Понимал, что братья его обманули. Что их громкие заявления о верности семье оказались пустыми словами.И они не хотели перезжать в Москву не потому, что боялись бросить отца, а потому что не хотели менять привычный уклад жизни и выходить из зоны комфорта - им и на подработках было прекрасно. 

– Он был один, – прошептала я. – Совсем один. А вы говорили, что не бросите его.

– Мы работали! – кричал Максим. – Мы деньги зарабатывали для семьи!

– Какой семьи? Вы его бросили точно так же, как и я. Только я хотя бы не врала себе и ему.

Сейчас я сижу в самолете, лечу обратно в Москву. В кармане лежат ключи от отцовской квартиры. Квартиры, в которой он умер в одиночестве, ожидая сыновей, которые обещали его не бросать.

Я не знаю, что буду делать с этой квартирой. Продавать не хочется – там вся моя детская жизнь. Братья больше со мной не разговаривают. Они считают, что я украла у них наследство. А я считаю, что они украли у отца последние годы жизни, оставив его умирать в одиночестве.