– Через десять лет я хочу жить рядом с вами! – свекровь уже сейчас пытается нас держать в кулаке
Как раз заканчивала работу, когда пришло сообщение от мужа: «Мама планирует зайти в гости. Сказала, что испекла пирог». Тревожный знак. Каждое ее появление с пирогом – это всегда неприятный разговор, где мы должны пойти на уступки. Так было с подбором имени для нашего сына, с отпуском и поездкой к друзьям…
– Что за разговор планируется? – спросила у мужа, когда пришла домой.
Он как раз заканчивал приготовление ужина. Я встала рядом, чтобы нарезать салат. Но Слава тоже был не в курсе. Он просто пожал плечами - типичный жест, когда речь заходила о его маме.
Елена Генриховна – энергичная и высокая женщина. Меня всегда восхищало, как отлично она выглядит в свои годы. А ведь ей скоро на пенсию!
– Давно думала… Я ведь не молодею: уже пятьдесят восемь лет, работаю, но это ведь не будет длиться вечно, – начала она.
Я уже подумала, что речь пойдет о выделении ей финансового содержания, но ошиблась.
– Через десять лет я хочу жить рядом с вами! – объявила свекровь.
Мы с мужем одновременно перестали жевать. Кусок пирога встал комом в горле.
– Долг всех детей заботиться о родителях, – продолжила она спокойным тоном. – У нас в семье всегда было так заведено. Помнишь, Славочка, как бабушка с нами жила до самой своей смерти? Это правильно.
– Нужно будет купить квартиры в одном подъезде: идеально, если они будут на одной лестничной площадке, – деловито обсуждала она наше совместное будущее. – Свой дом не вариант, жить высоко я тоже не хочу. Лучше первый или второй этаж.
Я смотрела на своего мужа. Слава молчал. Поэтому решила задавать вопросы сама:
– Елена Генриховна, а если у нас будут к тому времени другие планы? Все-таки мы со Славой работаем. Сын у нас пока один, но не исключаем, что в будущем появятся еще дети.Но свекровь только вскинула брови, выказав искреннее удивление:
– Какие такие планы? Слава - мой сын, он обязан обо мне заботиться в старости, – говорила она так, словно это прописная истина. – Семья важнее. Так что ищите варианты, я ведь вас не подгоняю. Еще десять лет впереди.
Почему Елена Генриховна дала именно такой срок, я вообще не поняла. Почему мы должны жить в соседних квартирах, а не просто в одном районе?
– Свою квартиру я буду сдавать, а вам придется купить мне вторую в ипотеку, – свекровь продолжила нас шокировать. – Это будет правильно: потом все это достанется уже вашим детям.То есть мы должны не только добровольно переселиться, но и влезть в ипотеку. А ведь мы еще за свое жилье не расплатились – по графику последний платеж через двенадцать лет. Вообще хотелось бы и сыну что-то прикупить на будущее.
– Мам, ну ты загнула, конечно! – подал голос Слава. – Мы через десять лет можем вообще в другой город переехать или в другую страну. Всякое может случиться.
Я была менее сдержанной. Сразу обозначила, что на пятом десятке жить со старшими родственниками не собираюсь. У нас со Славой свои привычки, свой уклад.
– Может, стоит рассмотреть другие варианты? – предложила я свекрови.
Она сразу поджала губы. Ну да, желания ее высочества не захотели исполнять по первому приказу.
– И какие же? – голос у нее сразу изменился.
Да вариантов куча! Расписала самые очевидные: пансионат для людей старшего возраста с уходом и питанием, покупка квартиры рядышком, чтобы мы могли забегать почаще, проживание в своей квартире, но уже с сиделкой.
– Так и знала, что ты хочешь сдать меня в дом престарелых! – Елена Генриховна поставила чашку на стол с легким стуком. – Слава, а ты чего молчишь? Твоя жена меня унижает, между прочим, своими идеями.– Не надо передергивать! – предупредила я свекровь. – Мы сейчас пока обсуждаем варианты. Мы же семья, как вы сами говорили. Важные решения должны приниматься совместно, а не преподноситься как требования.
Муж тоже тихонько сказал, что не хочет переезжать и влезать в новую ипотеку. Мы свою-то еле тянем.
Свекровь быстро засобиралась домой на такси, ничего не сказав на прощание. К слову, жила она в соседнем районе, это буквально двадцать минут на машине.
Мы уже домывали тарелки, когда я честно сказала мужу, что жить с его мамой бок о бок не собираюсь. Одно дело - с ней встречаться пару раз в месяц, и совсем другое - находиться на расстоянии в несколько шагов.
– Она же на пенсии будет скучать и приходить по десять раз на дню, – предупредила я Славу. – А ты сам знаешь, что такое тесное общение хорошим не заканчивается.
Я еще помню, как мы четыре месяца жили у Елены Генриховны, пока в нашей квартире шел ремонт. Сын тогда был совсем маленьким. Так она нам банально не давала выспаться – поднимала в шесть утра, чтобы сформировать правильный режим. Я от недосыпа чуть не чокнулась.
Да и как-то хитренько получается. Свекровь будет получать пенсию, сдавать свою квартиру, а сама поселится в новой, за которую не будет платить ни копейки. Очень странная схема!
Не уверена, что в нашем подъезде вообще кто-то продает квартиры. Значит, в будущем нам нужно будет снова переезжать или покупать сразу две жилплощади по соседству. Вот зачем мне такие приколы?
Слава молчал. Я знала это молчание: он со мной согласен, но и ссориться с матерью не хочет. Проще промолчать и надеяться, что само рассосется.
Уверена, что Елена Генриховна будет и дальше гнуть свою линию. Но и я не уступлю. Если в старости ей потребуется уход и внимание - без проблем, но жить рядышком с ней я не собираюсь.
Комментарии