Дочь-подросток чуть не повторила мою судьбу, но все же оказалась умнее меня

Когда я ушла из дома к своему парню, мне было 16 лет. Ушла от пьянок дома, побоев и криков. Ушла к тому, кого думала, что любила.

С парнем мы жили с его родителями. Мать парня меня любила. Точнее, мне так казалось. Она покупала мне подарки, брала меня с собой за покупками, говорила мне не гулять допоздна. Я думала она беспокоится обо мне, хочет проводить со мной больше времени. Но я ошибалась. Она меня постоянно контролировала – я это осознала, когда поняла, что и парня-то не люблю. 

Осознание пришло неожиданно, когда парень собирался уезжать в другой город, куда его пригласили на собеседование. Тогда я ничего ему не сказала: возвращаться мне было некуда, никто меня не ждал ни дома, ни где-либо еще – он уехал. А я еще год жила с его родителями, пока он не предложил мне приехать к нему, где он обустроился. Я переехала – ничего другого мне не оставалось.

И вот ситуация почти повторяется. С моей дочерью.

Однажды мы крупно поссорились. Дочь ушла. Ей было только 17 лет. 

– Я больше не хочу вас двоих видеть! – до сих пор фраза дочки звоном раздается в ушах.

Спустя еще какое-то время она все больше оттаивала и делилась тем, что происходит с ней в той семье:

– Мам, я чувствую себя запертой в клетке: я и шага ступить не могу без спроса на него. Со мной или он –  да и то, ходим мы только в магазины, не более –  или его мать. Хочу встретиться с подругами — нельзя. Мне так это надоело. – неожиданно поделилась однажды дочь.

– Дочка, а ты его хоть любишь?

– Знаю, любимая. Это непросто. Ой как непросто. Я была практически в такой же ситуации. Иногда я задумываюсь как бы сложилась моя жизнь, если бы я осталась там, но знай, – я ни о чем не жалею. У меня сейчас есть ты. И ты должна прожить сейчас свою жизнь. Без вмешательств со стороны. Но я хочу, чтобы ты помнила только одно: ты всегда можешь вернуться к нам. Мы всегда тебя примем назад. У меня такой возможности никогда не было, но у тебя она была, есть и будет. Мы с отцом всегда на твоей стороне.

Это был первый и последний наш разговор об этом: дочь не начинала такие беседы, а я не хотела навязывать свое мнение. По ее голосу я слышала, как ей тяжело и как она уходит в себя, разговаривая со мной, но я решила не вмешиваться. Захочет – расскажет. 

Однажды мы с отцом сидели на кухне, разговаривали ни о чем, когда в дверь раздался звонок. 

– Кто там? – донесся голос отца с кухни.

– Да подожди ты! Я еще даже не дошла до прихожей.

Но вот я открыла дверь, за которой первым делом увидела чемодан и сумку в руках дочери. На глаза проступили слезы, когда ее взгляд встретился с моим. 

– Добро пожаловать домой, родная! – только и сказала я, обнимая ее.