Думала, что дочь счастлива, а она, на самом деле, всё это время страдала

Как же мне жалко мою девочку! Не знаю, даже, как ее поддержать.

Катя, моя дочь, почти два года назад познакомилась со своим, тогда еще будущим, мужем. Женя, при знакомстве, создал положительное впечатление.

Про таких, как он, обычно говорят: интеллигентный молодой человек. У него хорошее образование, достойная офисная работа. Мама работает педагогом в школе. Правда, отца на горизонте никто из них не видел уже очень много лет.

Я всегда считала, что воспитание в неполной семье может отразиться на мальчике. Но не думала, что это минус. К тому же Катя рядом с Женей порхала как на крыльях.

Период их встреч внешне выглядел очень романтично. Дети ходили вместе, держась за руки. Мы с супругом за дочь были искренне рады. Видно было, что и Катя, и Женя влюблены. А на годовщину знакомства Женя сделал нашей Катерине предложение.

Дочь была счастлива. Всем подружкам уши прожужжала, какой замечательный внимательный мужчина ей достался. Отыграли мы свадьбу. Дочь впервые за всю ее жизнь уехала жить от нас отдельно.

Катя у меня девочка самостоятельная. Работает она в швейном ателье. Руки у нее золотые. И не только в своем деле. Она творческий человек. С детства любит что-то мастерить своими руками. Отлично рисует. Часто сама придумывает новые эскизы для моделей.

Примерно через месяц, когда мы встретились с дочерью, ее было не узнать. Катерина стала какой-то нервной и дерганной. На мои расспросы она неуклюже отшучивалась или и вовсе отмахивалась.

Еще через некоторое время я стала замечать куда более радикальные перемены во внешности своей дочери. У нее полностью пропал макияж. Вместо укладки на голове теперь красовался обычный пучок или коса.

С юности Катя любила носить платья. Часто  она шила их сама. А теперь вместо платьев я видела ее только в каких-то спортивных костюмах и безразмерных кофтах. Никаких больше туфель на каблуках. Только кроссовки и кеды.

Так мы с мужем успокаивали друг друга после очередной встречи с дочерью. Ведь это наш любимый ребенок. Душа болела за нее, а я до последнего верила, что, если бы у дочери были какие-то проблемы, то она бы рассказала о них нам с отцом.

Но уже весной все прояснилось. Весна у Кати на работе это всегда самая жаркая пора. Начинается время подготовки к выпускным балам. Много заказов и много требовательных клиентов. Мамы и выпускницы атакуют ателье подобно девятому валу.

Мы все втроем сидели на кухне, когда Кате позвонил Женя.  До этого она все время отвлекалась и что-то усердно строчила в сообщениях. Но когда телефон зазвонил, Катя начала орать на мужа с такой яростью, которую я никогда прежде у дочери не видела:

-Да к родителям я зашла! К родителям! Нет здесь никаких мужиков! Вот, смотри! – и дочь стала тыкать в нас с отцом экраном телефона. Потом запихнула его под кухонный стол, со словами:

-Ох, я же забыла, надо под столом проверить! Может мужики там прячутся! Мужики, выходите, не бойтесь, будете с мужем знакомиться!

Ревность. Банальная ревность. Катя стала говорить, что больше не может жить в таком кошмаре. Постоянно оправдываться, доказывать, что любишь, в ужасе отшатываться от прохожих, только из-за того, что какой-то незнакомец спросил у тебя, который час.

Оказалось, что любой выход Кати из дома муж воспринимает, как попытку найти себе другого мужика. Женя, после этого случая, много раз извинялся перед дочерью. Он даже сам предложил Кате начать работу с психологом. Хотел спасти их брак.

Но Катя на это не согласилась. Она сказала, что не сможет больше так жить ни одного дня. Она и в тот день не пошла домой к мужу. Осталась у нас. В браке дочь смогла продержаться всего восемь месяцев.

Теперь, хотя бы, стало понятно, что происходило в жизни нашей дочери. А ведь как красиво все начиналось!