Когда-то родители решили, что у нас с отцом должен быть общий день рождения, а в 30 лет мне надоело

Тридцать лет у меня не было своего дня рождения. Я родился двенадцатого ноября, отец четырнадцатого, и всю жизнь мы отмечали один праздник на двоих. Вернее, его праздник, к которому просто пристёгнут мой.

С детства так повелось. Родители объясняли: удобнее, мол, родню разом собрать, чего дважды стол накрывать. И каждый год в середине ноября у нас дома — большое застолье, гости.

Общим этот праздник был только на словах. По факту всё крутилось вокруг отца. Звали его друзей, его коллег, его родню. Готовили то, что он любит — холодец, заливное, его фирменную курицу из духовки. Музыку ставили его, из молодости. На столе — один торт, и на нём чаще всего не было свечей. А мне просто совали подарок между делом: держи, сынок, расти большой.

Маленьким я обижался. У одноклассников-то свои праздники — с друзьями, с играми. А у меня — дядьки за столом, разговоры про рыбалку и про завод. Заикнусь — родители одно: у нас традиция, нечего выдумывать.

Вырос — ничего не поменялось. Даже женился, а всё равно каждый ноябрь тащился к родителям на этот общий стол. Даша, жена, несколько раз осторожно предлагала:

— Паш, ну давай хоть раз твой день рождения отдельно отметим? Твой же, личный. Два дня разницы всего.

— Да ну, Даш, — отмахивался я. — Смысл какой? День рождения среди недели, отмечать будем на выходных, а там и отец отмечает. Через неделю отмечать? Это уже не то. Да и привыкли все уже, что мы с отцом один день рождения на двоих отмечаем - традиция.

Жена, конечно, старалась на мой день рождения что-то вкусненькое сделать, подарок подарить, и это было мило, но настоящего праздника, чтобы вот прям праздник, у меня не было. 

А к тридцати почему-то захотелось устроить себе свой личный юбилей. Наверное, подкрадывается кризис среднего возраста и мне захотелось закрыть этот гештальт.

Забронировал ресторан, хороший. Позвал друзей, пару коллег, Дашу, конечно. Столик взял на 12 ноября — моя дата, да ещё и суббота удачно легла. Родителям позвонил пригласить.

— Пап, мам. На папин день рождения я приеду обязательно, отдельно поздравлю, посидим. Но своё тридцатилетие хочу провести так, как хочу я. В ресторане, с друзьями, вы тоже приходите, буду рад видеть.

Отец сначала не принял всерьёз. Хмыкнул:

— Да брось ты. У нас сколько лет уже общий праздник, традиция. Не выдумывай проблем на ровном месте.

А через несколько дней звонит и объявляет:

— Так, Паша. Я на двенадцатое родню к нам позвал. Суббота всем удобна, вот в этот день и соберёмся.

— Пап, я же говорил. У меня на двенадцатое ресторан. Я друзей позвал.

— Ну так перенеси свою гулянку с друзьями на следующую неделю, — говорит спокойно. — Взрослый уже. А семья важнее приятелей. Я вот подвинулся, хотя у меня праздник четырнадцатого вообще.

— Не перенесу. Я предоплату внёс, людей пригласил. Ничего менять не буду.

И отца прорвало:

— А на семью тебе плевать? У нас тридцать лет была традиция отмечать в один день, я родню собираю, а тебе важнее гулянка с друзьями?!

Мама, ясное дело, за него:

— Пашенька, ну уступи ты немножко. Папе же обидно будет за столом без сына сидеть. Что гостям скажем?

— Мам, — отвечаю, — я тридцать лет уступал. Тридцать! Ни одного своего дня рождения у меня не было. Дай мне хоть раз посидеть без папиных коллег и их тостов про производственные показатели. Один раз за тридцать лет. Разве я много прошу?

Не услышали. Скандал вышел знатный. Отец под конец отрезал:

— Не придёшь на семейный праздник — больше вообще на приглашения не рассчитывай! Понял?!

— Пап, я не собираюсь у тебя разрешения просить, чтобы отметить собственное тридцатилетие.

На этом разговор и закончился.

Двенадцатого мы с Дашей встречали гостей в ресторане. Посидели чудесно, это был лучший мой день рождения. Первый настоящий, не с женой на кухне вдвоём, а чтоб были друзья, смех, тосты в мой адрес. Никто не травил байки про цех, никто не сверял, достаточно ли я благодарен. Я сидел во главе стола — на своём празднике, в свои тридцать — и ловил себя на мысли, что вот так, оказывается, оно бывает у нормальных людей.

Родители не приехали. И не позвонили. Даже с днём рождения не поздравили родного сына. Ну да ладно.

Через два дня я набрал отца — поздравить его, как и обещал. Он сбросил. Мама потом сказала: папа страшно обижен, разговаривать с тобой не желает.

Прощения я вымаливать не стал. За что? Я ничего дурного не сделал — просто отметил свой день рождения отдельно, как любой взрослый человек. Это не преступление.

Прошёл год. За весь этот год отношения с родителями были примерно на нулевой отметке. Редкие звонки, холодные разговоры с мамой, отец просто игнорировал. И вот снова ноябрь, снова я планирую посиделки с друзьями, чтоб не средь недели собираться, решили отмечать четырнадцатого.

Звонит мама, рассказывает, что отец четырнадцатого собирает родню, спрашивает, буду ли я на празднике. Я отвечаю, что нет, свои планы, но пятнадцатого хотел бы заехать и поздравить отца. Она вздыхает, говорит, что пятнадцатого уже не надо и кладёт трубку. Ну, не надо так не надо. 

Тридцать лет я был гостем на чужом празднике в собственный день рождения. А теперь у меня есть свой. И отказываться от него я не намерен — даже ценой отцовской обиды. Жаль только, что выбирать пришлось между своим днём рождения и отцовским спокойствием. Но выбор этот, если честно, сделал не я. Его сделал отец — когда поставил вопрос именно так.