Купила крем за три тысячи, и муж устроил скандал. А потом я узнала, сколько стоит его “танчик” в игре

В нашей семье слово «ипотека» давно заменило слова «любовь», «отдых» и «радость». Мы с Витей женаты три года, и все это время живем под флагом Великой Цели — накопить на первоначальный взнос за просторную трешку в новом ЖК. 

У меня есть своя добрачная «однушка», в которой мы сейчас живем, но Витя бредит расширением. Он хочет детскую, кабинет и гардеробную.

Ради этой мечты мы включили режим не просто экономии, а финансового выживания. Витя взял на себя роль домашнего бухгалтера. Каждый вечер он садится за ноутбук, открывает страшную таблицу в Excel и скрупулезно заносит туда каждую трату. До рубля.

— Лена, — говорит он строгим голосом, глядя поверх очков (которые он надевает специально для важности момента). — Мы выбились из бюджета на категорию «Продукты». На двести сорок рублей.

— Вить, ну я просто взяла творог пожирнее и яблоки не сезонные, а те, которые сладкие…

— Лена! — он закатывает глаза. — Зачем нам сезонные яблоки в феврале? Есть морковь, есть капуста. Творог можно брать по акции, с красным ценником. Разница в двести рублей в неделю — это тысяча в месяц. Двенадцать тысяч в год! Это, между прочим, цена хорошего смесителя в ванную!

Я молча кивала. Смеситель так смеситель. Я люблю мужа, я хочу наше общее гнездышко. Поэтому я научилась варить суп из куриного остова, штопать колготки (стыдно сказать, но да) и красить волосы дома самой дешевой краской, от которой потом три дня чешется голова. 

Кофе на вынос — табу. Такси — только если везешь что-то тяжелее 10 кг. Новая одежда — только если старая развалилась на молекулы.

Но месяц назад в нашей финансовой тюрьме случился бунт. У меня закончился уходовый крем для лица. У меня очень проблемная, чувствительная кожа. Если я мажусь чем попало, лицо покрывается красными пятнами, шелушится и воспаляется так, что больно смотреть. 

Мне подходит только одна аптечная марка. Французская. Баночка стоит 3500 рублей. Да, дорого. Но этого крема мне хватает на три-четыре месяца, и с ним я чувствую себя человеком, а не подростком в пубертате.

Я долго мялась, стоя в аптеке. Три с половиной тысячи... Витя меня убьет. Но потом посмотрела на свое отражение в витрине — серое, с раздражением на щеках — и решилась. Купила.

Вечером Витя, как обычно, сел за отчетность.

— Давай чеки.

Я протянула скомканную бумажку, надеясь, что он не заметит. Но он заметил.

— Три тысячи пятьсот рублей?! — его голос сорвался на фальцет. Лицо побагровело так, что стало сливаться с его любимой домашней футболкой. — Лена, ты что, с ума сошла?!

— Витя, это крем. Лечебный. У меня кожа болит…

— Болит у нее! У меня сердце болит, когда я вижу такие траты! Три с половиной куска за банку жижи?! Лена, мы копим на квартиру! Мы едим макароны по акции! Я хожу в куртке, которой пять лет! А ты мажешь на лицо половину нашего ежемесячного взноса в накопления!

— Но мне нужно…

— Ничего тебе не нужно! Наши мамы мазались «Детским кремом» за тридцать рублей и были красавицами! А тебя развели маркетологи как последнюю лохушку! Ты эгоистка, Лена! Ты инфантильная транжира, которая не умеет расставлять приоритеты! Ты только что размазала по своему лицу квадратный сантиметр нашей будущей кухни! Ты это понимаешь?!

Он орал минут пятнадцать. Он довел меня до слез. Я чувствовала себя преступницей, которая украла у семьи будущее ради своей прихоти. В итоге я пообещала, что в следующем месяце не куплю себе ни-че-го. Ни шоколадки, ни прокладок лишних, ни-че-го. Буду "отрабатывать" этот крем.

Прошел месяц. Я честно держала слово. Ела пустую гречку, на работу ходила пешком, экономя на автобусе. Витя был доволен. "Вот видишь, — говорил он, — дисциплина творит чудеса".

Вчера вечером была обычная среда. Витя пришел с работы, поужинал (макаронами с сосиской по акции) и сел за компьютер. У него есть хобби — онлайн-игра про танки. Он говорит, что так снимает стресс после тяжелого дня. Я не против. Игра бесплатная, сидит дома, не пьет, по бабам не ходит — идеальный муж.

Я проходила мимо его стола с чашкой чая. На полу валялся удлинитель, и я случайно зацепилась тапком за провод зарядки его телефона. Смартфон, который лежал на самом краю стола, с грохотом упал на ламинат.

— Осторожнее, корова! — рявкнул Витя, не отрываясь от монитора, где что-то взрывалось.

— Экран разобьешь — новый не купим!

Я наклонилась поднять телефон. Экран загорелся от удара. На нем висело пуш-уведомление от банка. Свежее, пришло минуту назад. Я машинально прочитала текст.

- 15 000 RUB. Покупка в каком-то игровом магазине.

Я замерла. Буквы плясали перед глазами. Пятнадцать тысяч. Витя вырвал телефон из моих рук.

— Чего уставилась? Дай сюда!

Он быстро смахнул уведомление и сунул гаджет в карман шорт. Вид у него был испуганный.

— Витя, — мой голос прозвучал на удивление спокойно, хотя внутри начинался шторм. — Что это было?

— Ничего. Спам. Реклама кредита. Иди сериал смотри.

— Я видела цифру. Пятнадцать тысяч рублей. И название, это магазин игр. Что ты купил?

Витя забегал глазами по комнате.

— Лена, не выдумывай. Тебе показалось. У страха глаза велики. И вообще, это не твое дело.

— Не мое дело? — я почувствовала, как меня накрывает холодная ярость. — Деньги общие. Карта привязана к общему счету. Я месяц хожу пешком, чтобы сэкономить тридцать рублей на проезд. Я ем пустую кашу. А ты тратишь пятнадцать тысяч на игру?!

— Это ошибка банка! Я сейчас разберусь! — он попытался встать и уйти, но я преградила ему путь.

— Покажи историю операций. Сейчас же. Открой приложение.

— Это личное пространство! Ты нарушаешь мои границы! Я имею право на тайну переписки!

— Ах, личное? — я усмехнулась. — Значит, когда я покупаю крем, чтобы у меня лицо не облезало — это я «размазываю кухню». А когда у тебя списывается пятнадцать кусков на пиксели — это границы?!

Я подошла к компьютеру. Игра была свернута, но не закрыта. Я развернула окно. На весь экран красовалась надпись:

«Поздравляем! Вы приобрели Элитный Набор Командира! Танк Т-44-100 "Ультиматум", 10 000 золота и месяц премиум-аккаунта добавлены на ваш склад».

И кнопка «Чек». Я нажала на нее. Сумма: 14 999 рублей.

Я села на стул рядом, потому что ноги перестали держать.

— Витя…

Он стоял красный, потный, прижатый к стенке.

— Лена, ну послушай... Там акция была. Скидка 50%. Это редкий танк, имба! Его больше не будут продавать! Это инвестиция в аккаунт, его потом продать можно будет дороже!

— Инвестиция... — повторила я.

Я открыла историю покупок в игре. Там есть такая вкладка. Листаю вниз: 3000 руб. (Набор золота), 1500 руб. (Боевой пропуск), 4500 руб. (Какой-то премиум танк). И сегодня — 15 000 руб.

Я подняла на него глаза.

— Двадцать четыре тысячи, Витя. Ты месяц назад чуть не убил меня за три с половиной. Ты называл меня транжирой. Ты заставил меня чувствовать себя ничтожеством. Ты считал мои яблоки. А сам... Сам слил половину моей зарплаты на картинки?!

Витя перешел в нападение. Это его любимая тактика.

— Да что ты понимаешь! Я мужик! Я пашу на работе как вол! Я имею право на отдых! У меня стресс! Мне надо расслабляться! Я не пью, не курю, по бабам не шляюсь! Это мое единственное хобби! А ты меня пилишь?! Да я для семьи стараюсь, а мне нужна отдушина!

— Отдушина за двадцать четыре тысячи в месяц? — тихо спросила я. — Витя, у нас бюджет на еду на двоих — двадцать. Ты "сожрал" в игре больше, чем мы съели в реальности. Ты понимаешь, что это болезнь?

— Нет у меня болезни! Это один раз!

— Судя по истории — не один. Ты врал мне. Ты крысил деньги из общего котла. Ты экономил на мне, на моем здоровье, на моем комфорте, чтобы кормить разработчиков игр. Это подло, Витя. Это просто подло.

Я встала и пошла в спальню. Взяла свою карточку. Открыла приложение банка.

— Что ты делаешь? — он побежал за мной.

— Восстанавливаю баланс Вселенной.

Я зашла на сайт магазина парфюмерии и косметики. В "Избранном" у меня год висели духи. Tom Ford. Вишня. Мечта, на которую я даже дышать боялась, потому что "дорого". 22 тысячи рублей за флакон. Плюс сыворотка для лица, хорошая, люксовая.

Сумма корзины: 26 000 рублей. Нажимаю "Оплатить". Ввожу код из смс. Деньги списались.

У Вити пискнул телефон (уведомления приходят обоим). Он посмотрел на экран и побледнел до синевы.

— Ты... Ты что наделала?! — прошептал он. — Двадцать шесть тысяч?! "Золотое Яблоко"?! Лена, ты рехнулась?! Мы же не закроем кредитный лимит! Нам проценты начислят!

Я спокойно положила телефон на тумбочку.

— Ничего страшного, Витя. Продашь свой танк. Он же "инвестиция", ты сам сказал. Дороже продашь, еще и в плюсе останемся.

— Танки нельзя продавать за реальные деньги легально! — взвыл он. — Меня забанят!

— Ну, значит, это была плохая инвестиция. Рискованная. Как и твое вранье.

— Ты уничтожила наш бюджет! Нам нечего будет есть!

— У нас есть запасы, — я улыбнулась. — Гречка, макароны. Минтай по акции купишь. Ты же любишь экономить? Вот и покажешь мастер-класс. А я буду пахнуть вишней и выглядеть ухоженной женщиной, а не замученной лошадью.

— Я с тобой разведусь! — крикнул он в бессильной злобе.

— Давай. Квартиру делить не придется, она моя. Накопления поделим. А, ой, прости. Накоплений-то нет. Ты их проиграл в танчики. Так что делить нам нечего, кроме кредита.

Витя выбежал из комнаты, хлопнув дверью. Я слышала, как он гремит на кухне посудой, матерясь сквозь зубы. 

Я легла на кровать и впервые за три года почувствовала странное облегчение. Иллюзия «мы команда» рассыпалась в прах. Оказалось, что в нашей упряжке я была лошадью, которая тянет воз, а Витя — кучером, который сидит сверху, погоняет меня кнутом экономии, а сам жует пряники.

Утром он был тихий. Пытался подлизываться, говорил, что «бес попутал», что «больше ни копейки». Но я больше не верю.

Я подала на разделение счетов. Теперь мы скидываемся на коммуналку и базовую еду. Остальное — каждый сам. 

И, знаете, это удивительно, но как только Витя лишился доступа к моей зарплате, его «инвестиции в танки» резко прекратились. А я наконец-то купила себе новые сапоги. Не по акции. И это было чертовски приятно.