Легла в больницу на неделю, и муж превратился в беспомощного ребенка, который не может собрать сына в школу

Мне тридцать четыре года, и я лежу в больничной палате с обострением язвы. Врачи сказали – стресс, нервы, переутомление. Строго запретили волноваться. А я каждый день получаю новую порцию стресса от собственного мужа, который за пять дней моего отсутствия превратился в беспомощного младенца и успел довести нашего семилетнего сына до слез.

Все началось неделю назад. Резкая боль в животе, скорая, больница. Диагноз – обострение язвы желудка, нужна госпитализация минимум на неделю. Я запаниковала не из-за болезни, а из-за того, что дома остаются муж Сергей и сын Артем, первоклассник.

– Сереж, ты справишься? – спросила я, когда муж приехал навестить меня в первый день.

– Конечно, – он пожал плечами. – Чего там справляться? Неделя пролетит.

Я составила ему список: что нужно Артему в школу, во сколько будить, что давать на завтрак, как проверять уроки, когда тренировка по футболу. Сергей кивал, заверял, что все под контролем.

На второй день утром позвонила классная руководительница Артема.

– Здравствуйте, как вы себя чувствуете? – участливо спросила Марина Викторовна. – Артем сказал, что вы в больнице.

– Да, немного прихватило, – ответила я. – Что-то случилось?

– Ну... Артем сегодня пришел без сменки, без тетради по математике и без перекуса. И форма у него мятая. Все в порядке дома?

– Марина Викторовна, я в больнице, с Артемом остался муж. Видимо, что-то упустил. Я с ним поговорю.

Позвонила Сергею. Он был на работе.

– Сереж, почему Артем без сменки в школу пришел? И без тетради?

– А что, надо было? – искренне удивился муж. – Он мне ничего не сказал.

– Ему семь лет! – я почувствовала, как поднимается давление. – Он не обязан тебе напоминать! Ты родитель, ты должен проверять портфель!

– Ладно, ладно, не кипятись, – отмахнулся Сергей. – Завтра проверю.

– И форму нужно гладить! Я же писала в списке!

– Забыл. Некогда было утром.

Некогда. У него было с вечера четырнадцать часов, чтобы погладить рубашку и брюки.

Вечером позвонил Артем. Голос дрожал:

– Мам, а когда ты вернешься?

– Скоро, солнышко, через несколько дней. Как в школе?

– Нормально, – неуверенно ответил сын. – Только я забыл тетрадку. И Марина Викторовна сказала, что форма мятая.

– Ничего, я папе сказала, он завтра все подготовит. Уроки сделал?

Пауза.

– Ну... папа сказал, что сам не помнит математику за первый класс. Сказал, завтра в школе спросишь.

У меня потемнело в глазах.

Сергей взял трубку.

– Почему ты не помог Артему с уроками?

– Там математика какая-то новая, я не понял, – объяснил муж. – Решил, пусть завтра учительница объяснит.

– Там задачки для первого класса! – я уже не сдерживалась. – «У Пети три яблока, у Маши два, сколько всего?» Ты это не можешь решить?!

– Ну, там не только это было...

– Сергей, я лежу в больнице! Мне нельзя нервничать! А ты за три дня умудрился довести ребенка! Он в первом классе, ему нужна помощь!

– Не ори, – обиделся муж. – Я стараюсь как могу.

Он положил трубку. Я лежала и смотрела в потолок, чувствуя, как внутри все кипит. Врач зашла на обход, измерила давление и ужаснулась:

– Что с вами? У вас давление под сто шестьдесят! Вам нельзя волноваться!

– Я знаю, – прошептала я.

На третий день утром снова позвонила учительница.

– Простите, что беспокою, – начала она. – Но Артем сегодня опоздал на двадцать минут, пришел голодный, говорит, что дома не успел позавтракать. И снова без перекуса. Может, вам нужна помощь? 

– Нет-нет, спасибо, – быстро сказала я. – Я сейчас решу вопрос.

Ответ пришел через час: «Проспали. Будильник не поставил. Времени не было готовить, дал ему денег на буфет».

Я вцепилась в телефон. Проспали. Не поставил будильник. Не приготовил завтрак семилетнему ребенку, который привык есть дома кашу или омлет. Дал денег – Артем, который не умеет еще толком с деньгами обращаться, который в школьном буфете растеряется и не купит ничего.

Вечером снова позвонил сын. Плакал.

– Мама, я хочу, чтобы ты вернулась, – всхлипывал Артем. – Папа не умеет готовить, мы едим пельмени каждый день. Он не помогает с уроками, говорит, сам разбирайся. Он забыл, что у меня завтра футбол, форму не постирал.

Я слушала и чувствовала, как слезы текут по щекам.

– Потерпи, родной, еще чуть-чуть, я скоро вернусь. А пока делай, что можешь сам, ладно? Если с уроками не получается, пиши мне, я подскажу по телефону.

– Хорошо, – всхлипнул Артем. – Мам, а ты сильно болеешь?

– Нет, солнышко, скоро поправлюсь.

После разговора у меня случилась истерика. Медсестра прибежала на шум, дала успокоительное. Врач пригрозила, что если не успокоюсь, продлят лечение еще на неделю.

Я успокоилась. Снаружи. Внутри кипело.

На четвертый день приехала моя мама. Я попросила ее зайти к нам домой, проверить, как там дела.

Вечером мама позвонила. Голос был напряженным:

– Я там была. Это кошмар, доченька. Квартира грязная, посуда горой, на кухне бардак. Артем сидит один делает уроки, Сергей в компьютере играет. Я спросила, почему не помогает сыну – он сказал, что устал на работе.

– Мам, а Артем как? – спросила я.

– Худенький стал, бледный. Говорит, что ест одни пельмени и сосиски. Я ему приготовила борща, наделала котлет на несколько дней. Постирала форму для футбола, погладила школьную. Портфель собрала на завтра.

– Но я не могу каждый день приезжать, – вздохнула мама. – У меня своя работа. Поговори с зятем, он совсем с ума сошел. Ребенок один как перст, а отец рядом в игрушки играет!

Я позвонила Сергею. Сдерживалась из последних сил.

– Моя мама говорит, ты в компьютере сидел, пока Артем один уроки делал.

– Я отдыхал после работы, – буркнул муж. – Имею право.

– Имеешь. Но у тебя семилетний сын, которому нужна помощь!

– Он справляется сам. Умный мальчик.

– Ему семь лет! – я почти кричала. – Он не должен справляться сам! Ты отец! Твоя обязанность помогать ему, кормить нормально, следить, чтобы он высыпался, в школу вовремя приходил!

– Я все делаю, – обиделся Сергей. – Ты просто придираешься.

– Ты ничего не делаешь! За пять дней ребенок похудел, ходит в мятой форме, опаздывает в школу, не делает уроки! 

– Не преувеличивай, – отмахнулся муж. – Все нормально. Неделя потерпим, ты вернешься, все наладится.

Я поняла, что разговаривать бесполезно. Он не видит проблемы. Для него все нормально – ребенок жив, ходит в школу, этого достаточно. Что он голодный, в мятой форме, без помощи с уроками, не выспавшийся – это мелочи.

На пятый день я не выдержала. Попросила врача выписать меня под расписку. Врач отказалась:

– Вы еще не готовы к выписке. Вам нужен покой, а не стресс дома.

– Мне нужно к сыну, – сказала я. – Муж не справляется.

– А бабушка? Родственники?

– Все работают. Больше некому.

Врач вздохнула:

– Еще два дня. Потерпите еще два дня, пройдете курс до конца. Иначе через месяц вернетесь с еще большим обострением.

Я согласилась. Эти два дня были адом. Каждый вечер Артем звонил и жаловался. То папа забыл купить тетради, которые срочно нужны. То не разбудил вовремя, опоздали в школу. То обещал помочь с поделкой на урок труда, но не помог, и Артем получил двойку.

Сергей на мои звонки отвечал односложно:

– Все нормально. Не выдумывай. Мальчик преувеличивает.

Сегодня меня наконец выписали. Я приехала домой днем, пока Сергей на работе, Артем в школе. Открыла дверь и ужаснулась.

Квартира была в хаосе. Гора немытой посуды, мусорное ведро переполнено, на полу валялись вещи. На кухне – остатки еды, пустые упаковки от пельменей, сосисок. В ванной – грязное белье до потолка.

Я обошла комнаты. В детской на столе Артема – разбросанные тетради, незаконченные уроки, помятые учебники. В нашей спальне – кровать не заправлена, одежда Сергея на полу.

Я села на диван и расплакалась. Неделя. Всего неделя моего отсутствия. И мой муж, взрослый тридцатишестилетний мужчина, превратился в беспомощного ребенка, который не может ни за собой убрать, ни сына в школу собрать, ни уроки с ним сделать.

Вечером пришел Артем из школы. Увидел меня, бросился на шею:

– Мама! Ты вернулась! – он плакал от счастья. – Я так скучал!

– Теперь все будет хорошо, да? – спросил сын. – Ты будешь помогать с уроками, и готовить, и форму гладить?

– Буду, – пообещала я.

Пришел Сергей. Увидел меня, обрадовался:

– О, ты уже дома! Отлично, а то я устал тут один со всем справляться. Что на ужин?

Я посмотрела на мужа. 

– Сегодня на ужин будет серьезный разговор, – сказала я холодно. – О том, что ты отец. И о том, что пора начать им быть.

Сергей открыл рот, чтобы возразить, но я уже развернулась и пошла на кухню – готовить нормальный ужин своему похудевшему, измученному сыну, который не виноват, что ему достался такой непутевый отец.