Мама обещала помочь с внуком в больнице, а теперь игнорирует и придумывает отмазки

Выходили недавно с детьми из поликлиники, а мне хотелось рыдать и рвать на себе волосы. Ну почему всё так не вовремя? Как же я устала от бесконечных походов по врачам!

Мои переживания возникли не на ровном месте. Старший сын мучается с простудами и постоянными ангинами уже два года. Врач сказал однозначно: надо удалять миндалины, не дожидаясь обострения. Я так боюсь!

Все осложняется тем, что на руках у меня трехмесячная дочка. Куда ее девать на время операции? Ехали на машине, а я не переставала думать о грядущих сложностях. Как раз парковались у дома, когда позвонила моя мама.

– Ну как дела? Прививки все поставили малышке? Что врач по поводу Влада сказал? – спросила она.

Я вообще стараюсь ее особо в наши дела не посвящать, но иногда приходится. На время операции точно понадобится помощь бабушки. Другого варианта нет. Младшую дочь, которая на груди висит целыми днями, не оставить одну дома.

В двух словах рассказала, что были на приеме у лора и хирурга. Вердикт неутешительный. Нужна операция. Мы тянули с этим уже год, больше ждать нельзя!

– Мама, я буду очень благодарна, если ты ляжешь в больницу с Владом, – попросила ее об услуге.

Она без промедлений согласилась, хотя голос был не очень жизнерадостный.

Почему нельзя отправить с ребенком мужа? У нас в семье Витя сейчас работает один. Зарплата у него серая, то есть минимальный оклад, остальное - в конверте. За больничный выплатят крохи. Да и начальство у него не очень радо незапланированным отлучкам. Отпроситься полежать с ребенком в больнице недельку – это путь к увольнению.

Так как Витя работает сейчас один – ему терять доход никак нельзя. Мы тогда точно по миру пойдем.

Я как-то привыкла справляться с бытом и детьми в одиночку. Родители мужа живут далеко, к нам приезжают пару раз в год. Да и работают они до сих пор.

Моя же мама принципиально перестала помогать, когда узнала о второй беременности.

– Лиза, ну вы чем думаете с Витей? – отчитывала она меня тогда. – У вас ипотека, кредит за машину. Декретные у тебя будут смешные.

Но больше всего маму возмущало, что мы решились на второго ребенка, когда старший только-только вылез из подгузников. Для нее рождение детей с маленькой разницей в возрасте – это несусветная глупость и легкомыслие. Да и вопрос денег очень заботит мою мать. Она не раз ругалась уже со мной, не особо подбирая выражения.

– В общем, я вас предупреждаю: на меня не рассчитывайте. Я вам помогать не буду! – сказала мама перед рождением внучки.

Мы тогда несколько месяцев не разговаривали, помирились только после родов.

Честно говоря, мама и с Владом особо не нянчилась. Она хоть и на пенсии, но ведет активный образ жизни – постоянно куда-то ходит, встречается с подружками, гуляет.

Моему сыну три, а бабушка оставалась с ним наедине только пару раз, но не больше часа. И то - это были экстренные ситуации: я была в роддоме с младшей, а потом мы с Витей ездили оформлять документы на машину. Всё!

А тут эта операция. Мы с врачом пытались лечить ребенка более щадящими методами, но Влад уже стал странно дышать по ночам. Видно, что ему не хватает воздуха. А это страшно! Можно, конечно, и дальше прятать голову в песок, но чем это аукнется сыну в будущем?

– Ладно, посмотрю за ребенком в больнице, – нехотя согласилась мама.

Но и не преминула пройтись по нашим родительским качествам.

– А я вам говорила, что нужно было с самого рождения Влада закалять и водить к моему знакомому врачу, – съязвила она. – Довели ребенка до операции, а мне теперь расхлебывать. Вас надо родительских прав лишить!

Я не стала тогда с ней ругаться. Человек помогает как умеет. Да, она не сильно следит за языком, но мне сейчас нужна поддержка. Даже несколько раз ее переспросила – точно ли она сможет лечь с внуком в больницу.

– Лиза, чего ты ко мне пристала? Я же ответила уже! – злилась мама.

Я вся такая окрыленная галопом помчалась по врачам за направлениями, анализами и другими документами. Даже дату операции назначили.

– Мама, двадцатого числа надо быть в больнице, – сообщила ей. – Тебе нужно взять справку у своего терапевта и пройти флюорографию.

Ее ответ меня чуть не прикончил на месте.

– Ой, Лиза, а это точно необходимо? – спросила она с тяжелым вздохом. – Я так не люблю по больницам ходить. Как представлю, что в стационаре нужно провести несколько дней, сразу сердце колотится.

Ну и понеслось… Ни к какому терапевту она идти не хочет, флюорографию делала в прошлом году – зачем снова облучать грудную клетку!

– Я не думала, что будет так хлопотно, – процедила мама и положила трубку.

Пыталась ей потом объяснить, что справка нужна не ради прихоти врачей. Это подтверждение, что она не болеет и не заразит других пациентов.

– Ты же в курсе про мое повышенное давление? – напомнила мама. – Меня точно не пропустят.

Да никому и дела нет до ее гипертонии! Я чуть мозоль на языке не заработала, когда в сотый раз пыталась достучаться до мамы.

– Нет, лучше ты с сыном побудешь. А мне спокойнее дома. Вдруг там что-то не то сделаю, да и сложно в моем возрасте за трехлеткой бегать, – заявила мама.

Вот такой внезапный отказ, когда у нас вовсю идет подготовка к операции.

Мама еще добавила, что детей мы с Витей рожали для себя. Вот и должны крутиться самостоятельно.

– Не надо на меня перекладывать свои проблемы! – твердила мама, когда я снова попросила ее подумать.

Теперь я считаю себя ужасной матерью. И сыну требуется врачебная помощь, но и грудную дочку не могу ни с кем оставить. Мама точно не согласится. Да и я теперь не хочу ее ни о чем просить. Подвела она нашу семью! Сначала «да-да-да», а потом дала заднюю. Взрослый и ответственный человек так не будет делать.