Мама решила выйти замуж во второй раз, и ей все равно, что ее дочка до сих пор в девках ходит

Мама стала странной в октябре. Я заметила это не сразу, только когда она в третий раз за неделю отказалась прийти ко мне на обед под разными предлогами.

— Мам, ты чего меня избегаешь? — спросила я в телефон, стараясь звучать легко.

— Да что ты, Танечка, не избегаю, — ответила она слишком быстро. — Просто дел много. Вот в субботу обязательно приду.

В субботу она снова отменила встречу за час до назначенного времени. Написала сообщение, что подруга попросила помочь с покупками, и они поедут в торговый центр. 

Маме шестьдесят три года, она вдова уже восемь лет, живёт одна в двушке на окраине. Обычно она скучает, часто звонит мне, жалуется на одиночество. А тут вдруг дела, подруги, торговые центры.

Я приехала к ней без предупреждения в воскресенье утром. Позвонила в дверь, мама открыла в халате, волосы растрёпаны, лицо заспанное.

— Таня? — она явно не ожидала меня увидеть. — Ты что так рано?

— Одиннадцать утра, мам, — ответила я, входя. — Решила проведать. Давно не виделись.

Мама суетливо завязала халат поплотнее, прошла на кухню ставить чайник. Я огляделась. Квартира была чище, чем обычно. На подоконнике стояли свежие цветы, которых раньше не было. На столике в гостиной лежал какой-то журнал.

Я подошла, взяла журнал. Глянцевый, про моду и красоту для женщин старшего возраста. Мама никогда не читала такое, она предпочитала детективы и кроссворды.

— Мам, это что? — спросила я, показывая журнал.

— А, это мне Светка дала, — ответила мама, не оборачиваясь. — Почитать.

Я полистала журнал. Статьи про уход за кожей после пятидесяти, про стильные образы для зрелых женщин, про отношения в серебряном возрасте. На одной странице был загнут уголок. Статья называлась «Новая любовь после шестидесяти: как не бояться начать сначала».

Мы пили чай, мама рассказывала про соседей, про ремонт в подъезде, и всё это время я чувствовала, что она о чём-то умалчивает. В её глазах была какая-то новая искорка, которой я давно не видела.

Разгадка пришла через две недели. Я снова приехала к маме, на этот раз предупредив заранее. Она встретила меня при полном параде: волосы уложены, лёгкий макияж, новая кофта, которую я видела впервые.

— Мам, ты вырядилась, — заметила я. — Собираешься куда-то?

— Нет, просто решила за собой следить, — ответила она и отвернулась к плите, но я успела заметить румянец на щеках.

После чая мама вышла в ванную, а её телефон на столе завибрировал. Я машинально глянула на экран. Сообщение от «Вячеслава»: «Жду тебя в семь у фонтана, как договаривались».

Вячеслав. У мамы нет знакомых с таким именем. Я взяла телефон, разблокировала его, пароль мама не ставила. Открыла мессенджер, нашла переписку с Вячеславом.

Сообщения шли уже месяц. Мама писала ему про свой день, он отвечал про свой. Они обменивались фотографиями, обсуждали фильмы, строили планы на встречи. В последних сообщениях он писал, что скучает, что хочет её увидеть, что она особенная.

Я пролистала в начало переписки. Первое сообщение было от мамы: «Здравствуйте, меня зовут Алевтина, увидела ваш профиль на сайте знакомств и решила написать».

Мама вышла из ванной и увидела телефон в моих руках. Лицо её вытянулось.

— Таня, ты что делаешь? — спросила она, и в голосе прозвучала не вина, а какая-то робкая надежда.

— Мам, кто такой Вячеслав? — спросила я прямо.

Она села напротив, сложила руки на коленях.

— Мой знакомый, — ответила она тихо. — Я познакомилась с ним на сайте знакомств месяц назад. Мы переписываемся, встречаемся иногда. Танечка, он хороший человек.

Я посмотрела на неё и не узнала. Это была не моя мать, которая восемь лет носила траур по отцу и жаловалась на одиночество. Это была женщина, которая краснеет от сообщений в телефоне и ходит на свидания.

— Затем, что я устала быть одна, — ответила она, и в голосе появилась твёрдость. — Танечка, я восемь лет прожила вдовой. Я скучаю, мне не хватает общения, тепла. Вячеслав внимательный, добрый. Мне с ним хорошо.

Внутри меня начало закипать. Моя мать ходит на свидания как подросток. В её возрасте это выглядит нелепо.

— А что соседи скажут? — спросила я. — Что подруги?

Мама пожала плечами.

— Они уже знают. Светка меня поддерживает, даже статьи присылает, как правильно знакомиться в интернете.

Я поняла, что нужно действовать аккуратнее. Напрямую запрещать бесполезно, мама упрямая.

— Мам, ну хорошо, познакомилась, — сказала я примирительно. — Это твоё дело. Просто будь осторожна. Мало ли кто там в интернете сидит.

Мама кивнула с облегчением.

— Я осторожна, доченька. Мы пока просто общаемся.

Я уехала с тяжёлым чувством и сразу позвонила подруге Оксане.

— Представляешь, моя мать на сайте знакомств зарегистрировалась, — пожаловалась я. — В шестьдесят три года! Нашла себе какого-то Вячеслава и переписывается с ним как школьница.

Оксана выслушала и сказала:

— Таня, ну и что? Люди и в восемьдесят влюбляются. Пусть твоя мама радуется жизни.

— Но это же стыдно, — возразила я. — Мне тридцать пять, я не замужем. А моя мать ходит на свидания. Как это выглядит?

— А при чём тут ты? — не поняла Оксана.

Я не ответила, но внутри точно знала, при чём. Мне тридцать пять лет, я живу одна, последние отношения закончились два года назад. Все вокруг спрашивают, когда я выйду замуж, когда рожу детей. Мама тоже спрашивала, деликатно, но регулярно. А теперь она сама нашла себе мужчину и, похоже, счастлива. А я одна.

Следующие два месяца я наблюдала за мамой. Она светилась, хорошела на глазах, купила себе новую одежду, записалась в бассейн. Мы виделись реже, она всё время была занята. То с Вячеславом в театр, то на выставку, то просто гулять.

Я встретила его случайно в декабре. Зашла к маме без звонка и застала их на кухне за чаем. Вячеслав оказался мужчиной лет шестидесяти пяти, седым, подтянутым, в очках. Он встал, когда я вошла, протянул руку.

— Здравствуйте, вы, наверное, Танечка, — сказал он приятным голосом. — Алевтина много про вас рассказывала.

Я кивнула, пожала руку. Мама суетилась, наливала мне чай, предлагала торт. Я сидела молча и смотрела, как они перебрасываются взглядами, как он передаёт ей сахарницу раньше, чем она попросит.

Вячеслав ушёл через полчаса, вежливо попрощавшись. Когда дверь за ним закрылась, мама повернулась ко мне с сияющим лицом.

— Нормальный, — сухо ответила я. — Мам, долго вы ещё будете встречаться?

Мама села рядом, взяла меня за руку.

— Танечка, Слава сделал мне предложение, — сказала она тихо, и щёки её залились краской. — Он хочет, чтобы мы поженились.

Внутри всё оборвалось.

— Поженились? — переспросила я. — Мам, вы знакомы три месяца!

— Четыре, — поправила мама. — Танечка, я понимаю, что это быстро. Но мне шестьдесят три. У меня нет времени встречаться годами. Слава хороший человек, он вдовец, у него взрослая дочь, своя квартира. Он предложил переехать ко мне или я к нему, как удобнее.

— Мама, ты не можешь выходить замуж, — сказала я, и голос зазвенел. — Это неправильно.

— Почему неправильно? — мама отстранилась. — Таня, я имею право быть счастливой.

— Имеешь, — согласилась я. — Но не замужем. Живите так, встречайтесь, ходите куда-то. Зачем жениться?

— Потому что мы хотим быть вместе, — ответила мама просто. — Жить в одной квартире, просыпаться рядом, заботиться друг о друге.

— Ты забыла про отца? — я нащупала больное место. — Восемь лет прошло, и ты уже готова заменить его другим?

Мама побледнела.

— Я не заменяю, — сказала она тихо. — Танечка, я любила твоего отца. Но он умер. И я продолжаю жить. И хочу прожить остаток жизни не одна.

— А как же я? — не выдержала я. — Мам, мне тридцать пять, я не замужем. Если ты выйдешь замуж раньше меня, это будет позор. Все будут говорить, что дочь засиделась в девках, зато мать в шестьдесят жениха нашла.

Мама посмотрела на меня долгим взглядом.

— То есть ты хочешь, чтобы я отказалась от своего счастья ради того, чтобы тебе не было стыдно? — спросила она медленно.

— Я хочу, чтобы ты подождала, — ответила я. — Поживите с ним без штампа в паспорте год, два. Проверьте чувства. А там видно будет.

— Тогда ты эгоистка, — бросила я и ушла.

Мы не разговаривали месяц. Мама звонила, я сбрасывала. Писала сообщения, я не отвечала. В конце января она приехала ко мне сама.

— Таня, нам надо поговорить, — сказала она, стоя на пороге.

Я пропустила её, мы сели на кухне.

— Мы со Славой решили расписаться в феврале, — сказала мама без предисловий. — Тихо, только мы вдвоём и свидетели. Я хотела, чтобы ты знала.

— И ты не передумаешь? — спросила я.

— Нет, — твёрдо ответила мама.

— Даже если я попрошу подождать?

— Даже если, — мама посмотрела на меня. — Танечка, я тебя люблю. Но моя жизнь не может зависеть от того, вышла ты замуж или нет. Это моё решение.

— Тогда иди, — сказала я. — Выходи за своего Вячеслава. Но я на свадьбу не приду.

Мама встала, взяла сумку.

— Жаль, — сказала она. — Я надеялась, что ты порадуешься за меня.

Она ушла. Я осталась одна на кухне и смотрела на закрытую дверь.

Прошло три недели. Мама больше не звонила. Я узнала от подруги мамы Светки, что они расписались в пятницу, в маленьком загсе, были только они, дочь Вячеслава и Светка со своим мужем. Потом поехали ужинать в ресторан.

Я не приходила. Принципиально.

Сегодня мне позвонила Светка.

— Таня, твоя мама счастлива, — сказала она без предисловий. — Они со Славой живут у него, он возит её на дачу, готовят вместе ужины, ходят на концерты. Я её такой довольной не видела никогда.

— Хорошо, — ответила я коротко.

— Но она скучает по тебе, — продолжала Светка. — Танюш, ну хватит дуться. Съезди к ней, помиритесь.

— Это она должна извиниться, — возразила я. — Она вышла замуж, не послушав меня.

Я повесила трубку.

Сейчас я сижу у себя дома, одна, и смотрю на телефон. Последнее сообщение от мамы было неделю назад: «Танечка, если захочешь поговорить, я всегда рада».

Я не ответила. И не отвечу. Потому что если я приму её замужество, то признаю, что была неправа. А я не неправа. Я просто хотела, чтобы она подождала. Чтобы не выставляла меня в дурном свете перед всеми, кто знает, что её дочь в тридцать пять одна, а она в шестьдесят три замужем.

Пусть живёт со своим мужем. Пусть радуется. Но без меня. Потому что я не могу простить ей то, что она посмела быть счастливой раньше, чем я.