Мама сваливала на меня все обязанности, пока я не спросила про сестру с личным транспортом

Телефонный звонок в семь утра воскресенья не предвещал ничего хорошего. Мамин голос в трубке звучал встревоженно и требовательно одновременно.

— Юленька, выручай! У меня кран на кухне сломался, вода течёт ручьём. Нужно срочно сантехника вызвать и проконтролировать, а то я в этом ничего не понимаю. Приезжай, пожалуйста, как можно быстрее.

Я посмотрела на часы и почувствовала знакомое раздражение, которое копилось годами. Воскресенье было единственным днём, когда я могла выспаться после тяжёлой рабочей недели.

— Мам, а почему бы не попросить об этом Лизу? У неё же сегодня тоже выходной.

— Лизоньке же так далеко ехать! Ей через весь город добираться, а ты рядом живёшь, пятнадцать минут на метро. Не бросишь же ты мать в беде?

Этот аргумент про близость моего места жительства звучал в каждом разговоре, когда маме что-то требовалось. Неважно, что именно нужно было сделать, вызвать врача, сходить в аптеку, помочь с уборкой или просто посидеть с ней вечером, я всегда оказывалась самой подходящей кандидатурой.

— Мам, Лиза живёт в двадцати минутах езды на машине от твоего дома. У неё есть личный автомобиль, ей не нужно спускаться в метро и толкаться в общественном транспорте.

— Ну да, у неё машина есть, а пробки? Она же будет стоять в воскресных пробках, нервничать. А тебе что стоит доехать на метро, оно же быстро ходит.

Я села на кровати, понимая, что этот разговор требует моего полного внимания и ясности мышления.

— Хорошо, мам. Давай я вызову сантехника прямо сейчас, найду кого-то, кто работает в выходные, и он приедет. Тебе нужно будет только открыть дверь и показать, где течёт.

— Нет-нет, мне страшно одной впускать незнакомого мужика в квартиру! Вдруг он что-то украдёт или вообще маньяк какой-нибудь. Ты должна приехать и проконтролировать всё.

Муж ворочался рядом, явно недовольный тем, что наши планы на спокойное утро в очередной раз рушатся из-за маминого звонка.

— Мама, тогда давай я попрошу Лизу приехать. Она тоже может проконтролировать сантехника.

— Зачем её дёргать? У Лизоньки своя жизнь, ей нужно отдыхать. Она же всю неделю работает, устаёт. А ты понимаешь, что я одна, мне нужна помощь.

Эта фраза окончательно вывела меня из равновесия. Я тоже работала всю неделю, с восьми утра до семи вечера, возвращалась домой вымотанная, готовила ужин, занималась домашними делами. Но почему-то моя усталость никогда не принималась в расчёт.

— Мам, а я что, не работаю? У меня что, нет своей жизни и права на отдых?

— Ну что ты так реагируешь! Я же не каждый день тебя прошу. Вот случилась экстренная ситуация, и я обратилась к тебе за помощью. Разве это преступление?

Я встала и вышла на кухню, чтобы не будить окончательно мужа своим разговором.

— Мам, давай честно. Когда в последний раз ты просила Лизу о помощи?

Пауза в трубке затянулась. Я слышала, как мама пытается что-то вспомнить, но молчание красноречиво говорило само за себя.

— Ну, она же далеко живёт. Зачем её беспокоить по пустякам?

— По пустякам? Неделю назад ты просила меня приехать и переставить мебель в комнате. Позавчера вызывала помочь разобраться с новым телефоном. В прошлый вторник я ездила с тобой в поликлинику на обследование. А в воскресенье готовила у тебя обед на всю неделю. Это всё пустяки?

— Юля, ну ты же рядом! Тебе не сложно заскочить ко мне после работы или в выходной. А Лизоньке нужно специально время выделять, через весь город ехать.

— Маму, у Лизы машина! Ей проще добраться до тебя, чем мне на метро с двумя пересадками. Она может приехать в любое время, она не зависит от расписания транспорта.

— Но на машине же бензин тратится, это деньги. А метро дёшево стоит.

Я почувствовала, как внутри всё закипает от несправедливости ситуации.

— То есть Лизины деньги на бензин важнее моего времени и сил? Получается, что её комфорт ценнее моего?

— Почему ты так всё перекручиваешь? Я просто логически рассуждаю. Ты ближе живёшь, тебе проще помогать мне. В этом же есть смысл, правда?

— Мам, а давай я тебе другую логику предложу. Лиза моложе меня на шесть лет, у неё больше энергии. У неё нет мужа и детей, значит, больше свободного времени. У неё личный автомобиль, который делает любые поездки комфортнее. Почему бы ей не помогать тебе?

— У Лизы личная жизнь насыщенная, она встречается с молодым человеком, ей нужно время на отношения. А ты уже замужем, у тебя всё устроено.

Эта фраза поразила меня своей абсурдностью.

— Погоди, мам. То, что я замужем, означает, что у меня нет права на личную жизнь? Что я должна всё своё свободное время посвящать тебе, потому что якобы у меня всё устроено?

— Ну ты понимаешь неправильно! Просто Лизе сейчас важно построить отношения, выйти замуж. А ты уже прошла этот этап, можешь уделить время матери.

Я села за кухонный стол и положила голову на руки, чувствуя, как накатывает усталость не только физическая, но и эмоциональная.

— Мам, мне тридцать восемь лет. Лизе тридцать два. Мы обе взрослые, работающие женщины. Почему всю ответственность за заботу о тебе должна нести только я?

— Потому что ты старшая! Старшие дети всегда больше помогают родителям, это нормально.

— Нет, мам. Это ненормально. Нормально, когда обязанности распределяются справедливо, с учётом возможностей каждого. А у нас получается, что я делаю всё, а Лиза живёт спокойно и не напрягается.

— Она напрягается на работе! У неё очень тяжёлая работа, она приходит домой без сил.

— У меня тоже тяжёлая работа, мам. Но ты почему-то считаешь, что я должна после неё ещё и тебе помогать, а Лиза имеет право на отдых.

Мама вздохнула с раздражением.

— Хорошо, не хочешь помогать, не надо! Я сама как-нибудь справлюсь. Старая больная женщина одна будет возиться с протечкой.

Эта манипуляция работала годами, вызывая у меня чувство вины и заставляя немедленно соглашаться на любые просьбы. Но сегодня что-то изменилось.

— Знаешь что, мам? Я сейчас позвоню Лизе и попрошу её приехать к тебе. Объясню ситуацию и скажу, что тебе нужна помощь.

— Не смей! Зачем ты будешь её беспокоить в выходной?

— Потому что она твоя дочь ровно настолько же, насколько и я. И она должна нести ответственность за твоё благополучие наравне со мной. Если ей неудобно ехать сегодня, пусть приедет завтра. Если не хочет контролировать сантехника, пусть вызовет проверенного мастера и оплатит его услуги. Но я больше не буду единственной, кто решает все твои проблемы.

— Юля, что с тобой? Ты никогда так не разговаривала со мной!

— Со мной ничего не случилось, мам. Просто я наконец-то поняла, что позволяла использовать себя, прикрываясь близостью расстояния. Ты манипулировала мной, играя на чувстве долга, и перекладывала на меня ответственность, которую должна была делить между двумя дочерьми.

— Я не манипулирую! Я просто обращаюсь к той, кому проще помочь.

— Тогда давай устроим эксперимент. Следующий месяц ты будешь обращаться за помощью к Лизе. Посмотрим, насколько ей сложнее помогать тебе, чем мне.

Мама замолчала, и я поняла, что попала в точку.

— Ладно, не приезжай. Я сама вызову сантехника и справлюсь.

— Отлично, мам. А я позвоню Лизе и попрошу её проконтролировать мастера. Уверена, она не откажет родной матери в помощи.

Положив трубку, я набрала номер сестры и коротко объяснила ситуацию. Лиза удивилась, но согласилась приехать, добавив, что даже не знала о маминых проблемах.

Вернувшись в спальню, я легла рядом с мужем и почувствовала облегчение. Впервые за много лет я отстояла свои границы и перестала быть единственной дочерью в нашей семье.