Мама выбрала общение с моей бывшей женой, а не со мной

С женой развелись два года назад. Сыну Артёму было четыре. Расстались тихо, без скандалов. Не сошлись характерами, устали друг от друга. Договорились об алиментах, графике встреч. Я забираю Артёма каждые выходные. Мария живёт в съёмной квартире, работает, воспитывает сына.

Полгода назад я женился на Виктории. Живём вместе, планируем ребёнка, копим на квартиру. Всё нормально. Маша знает о новой жене, относится спокойно. Общаемся по делу – про сына.

Моя мама  после развода продолжала общаться с Марией. Я не возражал. Ребёнок общий, бабушка имеет право видеться с ним. Мария периодически просила мать посидеть с Артёмом, а та соглашалась – пенсионерка, времени много, внука любит.

Постепенно это стало регулярным. Мать сидела с Артёмом два-три раза в неделю. Забирала из садика, кормила, играла. Мария платила немного – символически, за проезд и продукты. Мать не отказывалась. Говорила, что рада помочь, да и с внуком провести время приятно.

Три месяца назад Мария вдруг начала говорить странные вещи. Звонила, требовала повысить алименты. Аргумент: "Я знаю, что ты хорошо зарабатываешь. Недавно премию получил. Можешь больше платить".

Я не говорил ей о премии. Откуда знает?

Потом Мария вдруг заявила, что я должен больше участвовать в воспитании сына, потому что "у тебя времени полно, раз ты с Викторией на выходные в Питер ездил".

Я не рассказывал ей про Питер. Ездили с Викой на годовщину знакомства. Тихо, не афишировали.

— Андрей, откуда твоя бывшая знает про нашу поездку?

— Не знаю. Я не говорил.

— А кто мог?

Подумал. Никто. Кроме…

— Мама. Я при ней упоминал.

— Значит, твоя мать рассказывает Марии о нашей жизни?

Не хотел верить. Но других вариантов не было.

Позвонил матери. Зашёл издалека.

— Мам, как дела? Как здоровье?

— Хорошо всё. Вчера с Артёмкой гуляли, в парке были. Он умнеет не по дням.

— Часто сидишь?

— Да, три раза в неделю. Мария работает допоздна, я помогаю.

— Мам, а вы с Марией о чём разговариваете?

Пауза.

— О разном. О внуке, о жизни.

— О моей жизни тоже?

— Андрюш, ну иногда. Она же интересуется. Не чужие люди, в конце концов.

— Что именно рассказываешь?

— Ничего такого. Как ты, как здоровье. Она же переживает.

С чего бы Маше переживать? Мы расставались уже чужими людьми, уставшими друг от друга. Два года каждый живёт своей жизнью. Какие тут переживания?

— Мама, ты рассказала ей про мою премию?

Молчание.

— Мам, я спрашиваю.

— Ну… может, упомянула. Мы просто разговаривали.

— Про поездку в Питер говорила?

— Андрей…

— Говорила?

— Ну да. Она спросила, как ты, я и рассказала, что вы с Викторией отдыхали. Что плохого?

Я закрыл глаза. Считал до десяти.

— Андрюша, ну она же мать Артёма! Имеет право знать!

— Имеет право знать то, что касается сына. А не мои доходы и планы.

— Она не чужая! Мы с ней столько лет общались!

— Мама, она моя бывшая жена. Бывшая. Мы развелись. У меня новая семья. И я не хочу, чтобы моя личная жизнь обсуждалась с бывшей.

— Андрей, ты преувеличиваешь. Мы просто болтаем.

— Ты ей ещё что-то рассказываешь?

— Ну… о разном. О том, как вы с Викторией живёте. Что квартиру покупать собираетесь.Что Вика беременности планирует. Обычный разговор, Андрей!

— Твоя мать рассказывает бывшей жене всё о нас? Про ребёнка, про квартиру?

— Похоже на то.

— Андрей, это недопустимо. Мария теперь знает наши планы. Наши доходы.Хотя это всё её не касается.

Я с Викой был согласен, Маше о моей жизни столько знать точно не нужно.

На следующий день поехал к матери. Сел напротив.

— Мама, мы должны серьёзно поговорить.

Она занервничала.

— О чём?

— О том, что ты рассказываешь Марии. Вика против. Я тоже.

— Андрей, я ничего такого не рассказываю!

— Мама, ты говоришь ей про наши доходы, планы купить квартиру, про то, что Виктория хочет ребёнка. Это наша личная жизнь. Мария не должна это знать.

— Маша – почти как дочь мне! Мы столько лет общались! Она мать моего внука!

— Была невесткой. Сейчас – бывшая.

— Для меня не бывшая! Я её люблю!

— Люби. Но не рассказывай ей про мою новую семью.

Мать сжала губы.

— Ты хочешь, чтобы я с ней не общалась?

— Нет. Общайся. Сиди с Тёмой. Но не обсуждай меня, Викторию, наши планы и деньги.

— А о чём тогда разговаривать? Только о погоде?

— О внуке. О ней. О тебе. О чём угодно, кроме моей личной жизни.

— Андрей, это смешно! Мы с Машей близкие люди! Не могу я молчать, как партизан!

— Можешь. Просто не начинай темы про меня.

Она встала.

— Андрей, ты стал чужим. Виктория тебя настроила против меня.

— Виктория ни при чём. Это я не хочу, чтобы моя личная жизнь обсуждалась с бывшей женой.

Мать села, заплакала.

— Ты меня отталкиваешь. Выбираешь новую жену вместо матери.

— Я выбираю границы. Ты можешь общаться с Марией, но не имеешь права рассказывать ей про меня.

— А если она спросит?

— Скажи, что не знаешь. Или что это не твоё дело.

— Хорошо. Я поговорю с Машей. Скажу, что ты запретил.

— Не говори, что я запретил. Скажи, что решила не обсуждать.

Она промолчала.

Через неделю позвонила Мария. Голос холодный.

— Андрей, твоя мать сказала, что ты запретил ей рассказывать мне о тебе. Это правда?

— Я попросил не обсуждать мою личную жизнь.

— Почему? Я мать твоего сына! Имею право знать, как ты живёшь!

— Имеешь право знать, как я общаюсь с сыном. Остальное – моё дело.

— Галина Фёдоровна расстроена. Говорит, ты её отталкиваешь.

— Мария, это между мной и матерью. Тебя не касается.

— Касается, потому что она помогает мне с Артёмом! И если ты её обижаешь, она может перестать помогать!

— Это её выбор.

— Андрей, ты эгоист. Думаешь только о себе.

— Я думаю о своей семье. И о том, чтобы личная жизнь оставалась личной.

Она бросила трубку.

Вечером позвонила мать. Голос жёсткий.

— Андрей, Маша очень расстроена. Говорит, ты грубил.

— Я не грубил. Просто обозначил границы.

— Ты её обидел. И меня обидел.

— Мама, я попросил простую вещь – не обсуждать мою жизнь с бывшей женой.

— Простую! Ты хочешь, чтобы я молчала, как рыба! Не могу я так!

— Значит, выбирай. Или уважаешь мои границы, или мы ограничиваем общение.

— Что?!

— Я серьёзно. Если продолжишь рассказывать Марии про меня, я перестану с тобой делиться вообще.

Мать замолчала. Потом тихо:

— Ты выбираешь между мной и Викторией.

— Нет. Ты выбираешь между уважением ко мне и Марией.

Повесила трубку.

Неделю не звонила. Потом написала сообщение: "Я выбрала Машу. Она мне ближе, чем ты сейчас. Прости".

Показал Вике. Она обняла.

— Мне жаль.

— И мне. Но я не могу жить, зная, что мать докладывает бывшей жене каждый мой шаг.

Артёма забираю по-прежнему. Каждые выходные. Мать вижу у Марии иногда – она продолжает сидеть с внуком. Здороваемся холодно. Она обиженная, я спокойный. В конце концов это она от меня отказалась, Маша ей ближе.

Виктория беременна. Узнали месяц назад. Матери не говорил. Не хочу, чтобы через неделю Мария знала.

Мать звонила один раз. Спросила, как дела. Я ответил – нормально. Она ждала подробностей. Не дождалась. Попрощались сухо.

Жалко? Да. Это моя мать. Я вырос с ней, люблю её. Но она выбрала сторону бывшей невестки. Решила, что имеет право обсуждать мою жизнь с человеком, который мне уже не семья.