Мать пришла к моей жене, чтобы убедить, как важно подавать мне жидкое и горячее каждый день

Сижу я в гостиной и слушаю, как жена гремит у плиты - кастрюлями, сковородками. Но толку-то? Суп, наверное, опять не сварит. А спрошу - так взглядом пригвоздит, будто я чего-то несусветного прошу.

Жена моя, Татьяна, - человек хороший. Я ее люблю, и нет у меня к ней претензий, кроме одной. Суп она мне не варит. Точнее, варит, но редко.

- Позавчера был бульон с вермишелью! - возмущается она. - Что тебе еще надо?

- Так то было позавчера, - обиженно отвечаю я, - тогда же он и закончился. А мне надо, чтобы каждый день было первое блюдо.

Мне еще мама в детстве говорила: "Алешенька, запомни: суп надо есть каждый день. Не будет жиденького в организме - будет животик болеть".

Да, да, вот так и говорила. А бабушка еще добавляла, что без горячего бульона в желудке всё склеится и высохнет. И тогда пиши пропало.

Ах, какие мама варила супы... Вспоминаю порой и плакать хочется оттого, что всего этого великолепия я лишился, женившись на Татьяне. 

У мамы не супы были, а произведения искусства - каждый день разные. По субботам она готовила наваристый, золотистый куриный супчик с домашней лапшой. Матушка сама ее катала, тоненько нарезала - лапшинка к лапшинке. 

А какой борщ у нее был! Густой, бордовый, с фасолью и такой сахарной косточкой, что мясо само отваливалось. Зимой обязательно - гороховый с копченостями, чтобы погреться. А весной бабуля варила щавелевый - со сметанкой и вареным яичком.

Вот тогда я ощущал, что живу в заботе. Потому что дома пахло зажаркой и лавровым листом. А сейчас никакой заботы о себе я не ощущаю.

Зря наговаривать на Таню не хочу - хозяйка она неплохая. И котлеты у нее сочные, и пироги с капустой пышные. Плов вот научилась делать профессионально - даже в узбекском ресторане такой вкуснятины не отведаешь.

А вот с супами - беда. Сварит борщеца раз в неделю, и всё. А кончается-то борщ за два дня. Я уже на третий день, считай, помираю.

Вчера я жене намекнул, что жидкого хочется. Дал понять, что мне для пищеварения жидкое очень даже требуется. А она спиной ко мне стоит, лук режет и отвечает нахально:

- Воды попей, Леш. Вода ведь - чистая жидкость, - слово в слово вот так говорит она.

- Да нет, Танюш, горяченького мне надо. Чтобы внутри всё согрелось, - настаиваю я.

- Так чаю налей или кофе свари, - отвечает супруга, не отрываясь от лука.

От такой черствости у меня даже в боку закололо. Я за живот схватился, присел на стул и жалобно так смотрю.

- Гастрит обострился, - вздыхаю я, - это всё из-за сухомятки. 

- Таблетку выпей, - говорит жена и всё режет да режет свой проклятый лук, - и не придумывай про сухомятку. Час назад ты три котлеты с пюре съел. А потом компотом запил. В животе никакой сухомятки у тебя нет.

- Так болит же, - обиженно говорю я.

- А чтоб не болело, меньше пива пей, - пожала плечами Таня и взглянула на телефон. Ей звонила подруга, и я понял, что теперь супруге будет не до меня.

Терпел я долго, а потом матери пожаловался. А она у меня - святая женщина, бросила свои дела, приехала со своей кастрюлькой и книжечкой про здоровое питание, датированной шестидесятыми годами. Присела она к Тане, а та сразу поставила перед ней тарелку с голубцами.

- Вкусненько, Танюша, - сказала матушка, наяривая голубцы, - а всё ж не о том я с тобой хочу поговорить. А о супе. О том, как важно всегда иметь "жиденькое-горяченькое" для домашних.

- Глупости всё это, - с усталым лицом ответила жена, - нет никаких научных доказательств в необходимости ежедневных бульонов. И те же нутриенты можно получить другими способами. Клетчатку - через овощи, белок - через отварное мясо.

Матушка будто бы даже обиделась. Не ожидала, что сноха возражать решится в таком важном вопросе. Это ж издавна повелось, что суп нужен. А откуда Танюхе, которой едва тридцать лет исполнилось, знать, что там было издавна?

В общем, обидела жена мою матушку отказом поставлять мне суп с ежедневной регулярностью. Родительница затаила на Танюшку зло и вторую порцию голубцов ела, вздыхая и сопя себе под нос. Чтоб осознала негодница свою неправоту.

Напоследок матушка еще одну попытку предприняла. Положила книжечку аккуратно Тане на стол и сказала, что надо бы готовить в соответствии с рекомендациями, что там изложены. И там тоже написано, что мужчине суп необходим, так как это основа семейного очага. А жена моя как с цепи сорвалась.

Стала ругаться и кричать, что у нее тоже работа, что не нанималась она супы целыми днями варить. Добавила, что у нас дети, и им тоже нужно разнообразное питание - особенно мясо и овощи.

- Некогда мне скакать вокруг вашего избалованного дитяти! - воскликнула она, нахмурившись. - Нужен ему суп - пусть сам и варит!

Мне, конечно, за себя очень обидно стало. Дитятей назвала меня. Я, между прочим, мужчина в самом расцвете сил, и во мне уже девяносто килограммов имеется. Какой же я дитятя?

Но еще больнее стало мне за матушку. Она побледнела, услышав, что сноха предложила, чтоб ее сын сам себе суп варил.

- В нашей семье мужчины никогда к плите не подходили, - с гордостью и достоинством заявила мама, - и это наша, женская заслуга.

- Мне кажется, я сейчас в дурдоме нахожусь, - вдруг покачала головой Таня.

Матушка моя из последних сил продолжала меня защищать. Сказала, что я мужчина и мое дело - мамонта добывать. Добавила, что в офисе за компьютером по восемь часов очень устаю. А имея такую нагрузку, мужчине очень важно, чтобы в желудок попадало что-то горяченькое, жиденькое, сваренное любимой женой.

- Вот тогда мой сыночка почувствует о себе настоящую заботу, - подытожила мать, - как когда-то в детстве от меня и от бабули.

Так хорошо она сказала, что я чуть не прослезился. Слово в слово - всё верно! Вот только Танька моя бессердечная, не тронуло ее душу мамино красноречие.

- Если вашему сыну так важно ощущать заботу, как в детстве, - заявила она, - пусть перебирается к вам на постоянное место жительства. Думаю, вы сможете обеспечить его супами, а заодно и заботой. А мне некогда: я сама работаю.

Почему-то после этих слов матушка сразу ушла. Хотя я немного надеялся, что заберет она меня с собой хотя бы на время. И супами откормит, и Таньке нос утрет. Чтобы опомнилась и забрала меня обратно, заманивая ухой и щами.

Но мама ушла, оставив меня с женой. А я в тот день супа так и не получил.