- Мне виднее, я жизнь прожила, - заявила свекровь, сделав жуткую перестановку в нашей квартире

Если старшие пытаются влезть в жизнь молодых, дают советы и стремятся скорректировать их быт в соответствии со своими представлениями, хорошо ли это? Смотря с какой стороны посмотреть. 

Если дети с внуками извлекают пользу, то почему бы и нет. Однако чаще всего ситуация складывается, мягко говоря, иначе.

Моя свекровь Мария Филипповна всегда была бабушкой, прямо скажем, не очень договороспособной. Она все и всегда делала по-своему, начиная ведением домашнего хозяйства, заканчивая работой на заводе. 

Думаю, что именно из-за этого ее карьера не заладилась. Не сумела перебороть себя и прогнуться под начальство, вот и осталась у разбитого корыта.

Впрочем, речь не об этом. В прошлом году мы всей семьей собрались на две недели на теплый морской бережок. Квартиру же, как это водится, оставили под присмотр свекрухи. Больше некому, откровенно говоря. Да и человек она, несмотря на недостатки, ответственный. Так что в каком-то смысле были полностью спокойны.

А когда вернулись, увидели, что почти вся мебель в доме передвинута. Причем не просто на несколько сантиментов, а прямо капитально – от стены к стене. Мария Филипповна же смотрела на нас с улыбкой. Будто так и надо.

- Перестановка – дело хорошее, - сказала я, - но надо было бы с нами ее согласовать. Вам не кажется? А то все-таки мы тут живем, а не вы.

- А чего тебе не нравится? Смотри, как хорошо стало! Вот тут солнышко теперь светит, здесь пыль скапливаться не будет. А у этой стеночки можно…

- Ничего нельзя у этой стеночки. Давайте договоримся, что без нашего прямого согласия вы больше ничего не будете делать у нас дома. Ни перестановок, ни ремонтов. А что, это справедливо!

Филипповна поворчала немного, но согласилась, что перегнула палку. Даже помогла нам мебель назад поставить. Кстати, хорошо, что в детской ничего не трогала. Там мебель очень тяжелая, стоит на пушистом ковре. Задолбались бы потом исправлять свекровины «преобразования».

Прошло полгода. Мы всей семьей снова собрались на отдых, только не на теплый берег, а ближе к северным краям – где снег и стужа. Ну а куда еще под Новый год отправляться? Надо, чтоб все атмосферно и со вкусом! 

Опять привлекли к присмотру за квартирой свекровь. Не думали ни о чем плохом. Мы ж договорились, ага. Она ведь даже раскаялась.

Вернулись после десятидневного отсутствия и ахнули. Снова перестановка! Причем куда более глобальная, чем в первый раз – Мария Филипповна добралась-таки до детской, чем повергла меня в ужас. И смотрела она на нас не с улыбкой, как тогда, а испытующе. Даже жестко. Видимо, мысленно уже приготовилась к скандалу – ей не впервой.

Нет, честно – я хотела сдержаться. Но когда увидела кровать сына, переставленную в другой угол, не выдержала. Заорала сразу, громко и расстановкой:

- Какого черта вы опять тянете свои руки к нашей мебели?! Она стоит так, как надо НАМ! У себя дома делайте все, что понравится. Хоть слонов разводите. А у нас ничего не трогать!

- И не надо так орать, - спокойно, но строго ответила Мария Филипповна. - Я не просто так это сделала. Тут солнце должно быть, а шкафчики его загораживают.

- Мне лучше знать, где в МОЕЙ квартире должно светить солнышко! Да я…

- Мне виднее. Потому что жизнь прожила и точно знаю, как должна стоять мебель в разных комнатах. Не спорь со мной!

Спустя полчаса мы на пару со свекровью пили успокоительные, потому как разругались в щепки. Муж же мой крутил пальцем у виска и причитал: «Во дуры, во отбитые на голову».

Мария Филипповна так и не признала, что сделала фигню. До сих пор убеждена, что без ее советов наша квартира превратится в филиал ада. Но настаивать, впрочем, ни на чем не стала. Даже помогла переставить мебель обратно, хоть и с ворчанием.

Знаете, что самое интересное? Перестановка свекрови, если посмотреть на нее с практической точки зрения, ужасна. Такое чувство, что она абсолютно не чувствует ни площадь комнат, ни габариты предметов, ни углов освещения.

Быть может, не просто так она у своего разбитого корыта-то на старости лет осталась? Ни карьеры, ни признания… Лишь дурацкий гонор!