Мой парень продолжает общаться с бывшей девушкой у меня за спиной

Сообщение от Жени пришло в обеденный перерыв. Я сидела в офисной столовой, ковыряла салат и листала ленту новостей. Обычный вторник, ничего не предвещало.

«Слушай, не хотела лезть, но молчать не могу. Вчера видела твоего Никиту в кофейне на Пушкинской. С Кристиной. Сидели часа полтора, болтали, смеялись. Выглядели очень... близко».

Я перечитала сообщение трижды. Буквы расплывались перед глазами.

Кристина — бывшая Никиты. Они встречались три года, расстались за полгода до нашего знакомства. Он рассказывал о ней мало — «не сошлись характерами», «остались в нормальных отношениях». Я не расспрашивала. Прошлое есть прошлое.

Но «нормальные отношения» — это кивнуть при случайной встрече. Не кофе на полтора часа.

«Ты уверена, что это он?» — написала я Жене, хотя понимала глупость вопроса. Она знала Никиту, была на нашем совместном дне рождения.

«Стопроцентно. Он ещё в той синей куртке был, которую ты ему дарила».

Синяя куртка. Мой подарок на годовщину. Он пошёл на встречу с бывшей в моём подарке.

Остаток рабочего дня я провела как в тумане. Отвечала на письма, сидела на совещании, даже что-то говорила — но мысли были далеко. Крутились вокруг одного: почему он не сказал?

Мы встречались полтора года. Хорошие, ровные отношения без драм и скандалов. Никита был внимательным, заботливым, смешил меня дурацкими шутками и помнил, что я люблю орхидеи. Мы уже обсуждали совместное будущее — квартира, может быть собака, когда-нибудь дети. Я доверяла ему полностью.

Оказывается, зря.

Вечером Никита позвонил как обычно — узнать, как прошёл день. Голос был спокойный, весёлый. Рассказывал про работу, про нового клиента, который замучил правками. Ни слова про вчерашнее кофе.

— Ты вчера чем занимался? — спросила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Да ничего особенного. Работал, потом дома сидел. Сериал смотрел.

Он врал. Легко, буднично, без тени смущения. Как будто делал это не в первый раз.

— Точно дома? Никуда не выходил?

— Нет, а что? — лёгкое недоумение в голосе. — Погода мерзкая была, не хотелось.

Я сжала телефон так, что побелели костяшки.

— Ладно. Поговорим завтра.

— Всё нормально?

— Да. Устала просто.

Ночью я не спала. Лежала в темноте и прокручивала в голове наши отношения. Искала знаки, которые пропустила. Моменты, когда он отвлекался на телефон. Вечера, когда был «занят» или «на встрече с друзьями».

Сколько раз он виделся с Кристиной за эти полтора года? Сколько раз врал мне в лицо?

Утром позвонила Женя.

— Ты как?

— Не знаю, — я сидела на кухне с остывшим кофе. — Он вчера соврал. Сказал, что сидел дома.

— Вот урод, — Женя не церемонилась. — Что будешь делать?

— Поговорю с ним. Сегодня.

— Хочешь, я с тобой поеду?

— Нет. Это между нами.

К Никите я приехала вечером, без предупреждения. Он открыл дверь в домашних штанах и футболке, удивлённый, но радостный.

— О, привет! Я не ждал. Проходи.

Квартира была обычной — немного беспорядка, на кухне грязная кружка. Никаких следов присутствия другой женщины. Я не знала, успокаивает это или нет.

— Нам нужно поговорить, — сказала я, садясь на диван.

— Звучит серьёзно, — он сел рядом, попытался взять меня за руку. Я отодвинулась. — Что случилось?

— Ты вчера был в кофейне на Пушкинской. С Кристиной.

Его лицо изменилось. Улыбка застыла, глаза забегали.

— Кто тебе сказал?

— Не важно. Важно, что ты соврал. Сказал, что сидел дома.

— Я... — он потёр переносицу. — Чёрт. Ладно, да, я встречался с Кристиной. Но это не то, что ты думаешь.

— А что я думаю?

— Ты думаешь, что я тебе изменяю. Это не так. Мы просто пили кофе.

— Полтора часа. И ты «забыл» мне об этом рассказать.

— Потому что знал, что ты неправильно поймёшь! Вот как сейчас.

Я почувствовала, как внутри поднимается злость.

— Неправильно пойму что? Что мой парень тайком встречается с бывшей и врёт мне об этом? Что тут можно понять неправильно?

— Мы просто друзья, — Никита повысил голос. — У неё проблемы, она попросила совета. Я не мог отказать.

— Какие проблемы?

— С работой. Её увольняют, она не знает, что делать. Кристина всегда была... хрупкой. Ей нужна поддержка.

Хрупкая Кристина. Нуждается в поддержке моего парня. Прекрасно.

— И ты — единственный человек, который может её поддержать? У неё нет подруг? Родителей? Нового парня?

— Она мне доверяет, — Никита развёл руками. — Мы три года были вместе. Это не перечёркивается просто так.

— А полтора года со мной — перечёркиваются?

Он замолчал. Я видела, как он подбирает слова.

— Я не хотел тебя расстраивать. Поэтому не сказал.

— Ты соврал, Никита. Это разные вещи.

— Ладно, соврал. Был неправ. Но это не повод устраивать сцену.

Сцену. Я устраиваю сцену.

— Сколько раз вы встречались?

— Что?

— За эти полтора года. Сколько раз ты виделся с Кристиной?

Он отвёл взгляд.

— Несколько.

— Сколько — несколько?

— Не помню точно. Может, раз в месяц. Иногда реже.

Раз в месяц. Восемнадцать встреч, минимум. И ни об одной я не знала.

— Вы переписываетесь?

— Иногда.

— Покажи телефон.

Он замер.

— Это уже перебор. Ты мне не доверяешь?

— После того, что я узнала — нет. Не доверяю. Покажи телефон.

Никита не двинулся с места. Это было ответом само по себе.

— Там есть что-то, чего я не должна видеть?

— Там личные разговоры. Кристина рассказывала мне вещи, которые не хотела бы, чтобы кто-то читал.

— А как насчёт вещей, которые ты ей рассказывал?

Молчание. Долгое, тяжёлое.

— Никита, — я говорила тихо, но чётко, — я не идиотка. Ты полтора года тайно общаешься с бывшей. Врёшь мне в лицо. Отказываешься показать переписку. Что я должна думать?

— Что я люблю тебя, — он наконец посмотрел мне в глаза. — И что Кристина — это прошлое. Просто... прошлое, которое не до конца отпустило.

— Кого не отпустило? Её или тебя?

Он не ответил.

Я встала с дивана. Взяла сумку, куртку. Руки не дрожали — я была странно спокойна.

— Что ты делаешь?

— Ухожу.

— Подожди, — он вскочил, схватил меня за локоть. — Давай поговорим нормально. Я всё объясню.

— Ты уже объяснил. Кристина — хрупкая, ей нужна поддержка. А я — устраиваю сцены и не понимаю. Всё ясно.

— Я не это имел в виду!

— Никита, — я повернулась к нему, — я не буду бороться за тебя с твоей бывшей. Не буду проверять твой телефон и выспрашивать, где ты был. Это не те отношения, которые я хочу.

— Чего ты хочешь?

— Честности. Которой у нас, как выяснилось, нет.

Он стоял посреди комнаты, растерянный, непривычно беспомощный. Часть меня хотела обнять его, сказать, что разберёмся. Но другая часть — та, что не спала всю ночь — знала: нельзя.

— Я удалю её номер, — сказал он вдруг. — Прямо сейчас. Перестану общаться.

— А через неделю заведёшь новый телефон для переписки?

— Нет! Я серьёзно. Если это важно для тебя — я прекращу.

— Если это важно для меня, — повторила я. — А для тебя?

Он открыл рот, закрыл. Не нашёлся, что ответить.

— Вот видишь, — я горько улыбнулась. — Ты готов отказаться от неё ради меня. Но не потому что считаешь это правильным — потому что я заставляю. А завтра появится новый повод, новая «хрупкая» знакомая, которой нужна поддержка. И всё повторится.

— Не повторится.

— Откуда мне знать? Я полтора года думала, что у нас честные отношения. А ты полтора года мне врал.

Он молчал. За окном темнело, в комнате стало сумрачно. Мы стояли в двух метрах друг от друга — и в километрах.

— Мне нужно время, — сказала я наконец. — Подумать. Понять, могу ли я тебе снова доверять.

— Сколько времени?

— Не знаю. Неделя. Месяц. Пока не пойму.

— А если ты решишь уйти?

— Значит, так тому и быть.

Он проводил меня до двери. Хотел поцеловать — я отвернулась.

— Я люблю тебя, — сказал он в спину.

Я не ответила. Вышла на улицу, где моросил мелкий дождь, и пошла к метро. Телефон в кармане молчал — Никита не писал, не звонил. Наверное, тоже думал.

Дома я налила себе вина и села у окна. Город мерцал огнями, где-то внизу гудели машины. Обычный вечер, обычная жизнь — только мир больше не был прежним.

Женя написала: «Как поговорили?»

«Взяла паузу. Не знаю, что дальше».

«Правильно. Пусть побегает, подумает».

Но дело было не в том, чтобы он побегал. Дело было в доверии, которое не склеить извинениями. В честности, которая либо есть, либо нет.

Никита мог удалить номер Кристины. Мог прекратить встречи. Мог клясться в вечной любви. Но он уже показал, кто он — человек, который врёт, когда ему удобно. Который держит запасной аэродром на случай, если основной не сработает.

Хочу ли я строить жизнь с таким человеком? Ответ я знала уже сейчас. Просто пока не была готова его произнести.

Но пауза — это хорошо. Пауза даст время смириться с тем, что полтора года оказались иллюзией. И начать сначала. Без него.