Муж часто переводит своей матери деньги на дорогие брендовые вещи, а она потом ходит по китайским рынкам, покупая дешевые подделки

Мое раздражение копилось постепенно. Однажды я увидела туфли - не брендовые, на невысоком каблучке, - самые обычные, чтобы ходить на работу. Стоили они всего три тысячи рублей, всего ничего.

Мы с моим мужем Сашей сидели на кухне и пили чай, когда я листала каталог маркетплейса на телефоне и наткнулась на это чудо. Я озвучила, что понравившиеся мне туфельки идеально подойдут к осеннему пальто.

Сашка даже не взглянул на экран. Он протянул руку и погладил меня по плечу. Муж всегда так делает, когда собирается сказать что-то неприятное.

- Солнышко, давай в другой раз, - произнес он мягко. - Я вчера маме деньги перевел, ей там сумка подвернулась. Вроде скидка неплохая. Так что с деньгами у нас сейчас туговато. 

Я закрыла каталог и убрала телефон. В груди закипело глухое раздражение, но я проглотила его, как бывало уже много раз. Наглостью и умением требовать я не обладала, в отличие от моей свекрови. 

Вера Ивановна всегда безупречно выглядит. Сын ее очень любит и уважает. Еще до свадьбы Сашка предупредил меня, что обеспечивает свою мать.

Мне это показалось странным. Вера Ивановна всегда работала, у нее есть пенсия - зачем же ее обеспечивать? Она и сама прекрасно может себя содержать.

Как оказалось, пенсии и зарплаты Сашкиной матери не хватает. А все из-за ее любви к дорогим аксессуарам и обуви. Муж с гордостью рассказал мне, что его мама разбирается в брендах лучше некоторых продавцов.

- Она знает все коллекции, умеет отличить оригинал от подделки с закрытыми глазами, - почти что хвастался Санька, говоря о своей матери.

Как оказалось, свекровь не может отказать себе в покупке сапог или сумки от дорогого бренда. Такое баловство она позволяет себе раз в два-три месяца. И делает это за счет своего сына. 

Я как-то была у нее дома. Коллекция свекрови просто потрясающая: у нее есть брендовые сумки и стильная обувь на любой вкус. А уж мне хорошо известно, что одна вещица стоит не меньше двух-трех десятков тысяч рублей.

Я никогда не пялилась на вещи свекрови. Считаю неприличным разглядывать вещи людей, даже если они лежат на виду. Но все равно замечала логотипы на туфлях и сумочках Веры Ивановны. И ловила себя на мысли, что завидую этой женщине. 

Я попыталась возмутиться. Мне мы не покупаем таких дорогих вещей, но изрядная часть нашего бюджета утекает на брендовые аксессуары свекрови. Но в этом вопросе Сашка был непреклонен.

- Мама - это святое, - говорил муж, - она вырастила меня без отца, отказалась от личной жизни. Почему я должен отказывать ей в такой мелочи?

- Ничего себе мелочи! - возмущалась я. - Одна такая мелочь стоит как десять моих сумок! И обновки я себе позволяю куда реже, чем она.

- Котенок, этот вопрос мы обсуждать не станем, - мягко возразил Саша, - я все равно буду переводить маме деньги на сумки и обувь. 

- Но почему такие огромные суммы? - не унималась я. - Почему нельзя носить что-то подешевле?

- Любимая, тема закрыта, - говорил муж, давая понять, что разговор закончен.

Я хорошо зарабатываю и могу себе позволить покупать вещи, не спрашивая мужа. Но бюджет у нас общий, поэтому приходится считаться с его мнением. Тем более что обычно он мне ни в чем не отказывает. Но когда свекрови хотелось очередную сумочку, наш бюджет просто не выдерживал дополнительной нагрузки.

Сколько раз я ни заводила разговор на эту тему с мужем, это никогда не давало результатов. Все равно он переводил крупные суммы матери на покупки, а я в лучшем случае довольствовалась дешевыми ботиночками. А порой со скромным шопингом мне приходилось повременить.

Честно скажу, Вере Ивановне я завидовала. Как бы мне тоже хотелось иметь возможность вот так же, беззаботно, не думая о деньгах, покупать дорогие брендовые вещи. И точно так же, как она, задирать нос и говорить, что “ношу только фирменное”. Да-да, моя свекровь очень кичится своими вещами, да и Сашка гордится матерью.

Но однажды я стала свидетелем сцены, которая удивила меня до глубины души. Накануне муж перевел матери изрядную сумму и попытался отказать мне в покупке нового халата. Я буквально затопала ногами, сказав, что зарабатываю достаточно, чтобы не отказывать себе в таких мелочах.

За халатиком я пошла на рынок. Не в брендовый магазин, а на самый обычный китайский рынок. И кого, как вы думаете, я там увидела? Кто стоял там в своем бежевом пальто и сапогах с логотипом дорогой фирмы?

Ну конечно же, это была Вера Ивановна. И она залихватски торговалась с сердитым китайцем, который держал в руках сумку, на которой большими золотыми буквами было написано название одного европейского бренда. Надо ли говорить, что это была самая обычная подделка, а отнюдь не “фирма”?

- Скинь хоть пятьсот рублей! - требовала Вера Ивановна. - Гляди, тут строчка кривая! Я ж у тебя постоянный покупатель: все свои сумки у тебя покупала!

Китаец долго сопротивлялся, а потом наконец сдался. Моя свекровь, очень довольная собой, заплатила две тысячи рублей и пошла дальше. Но тут к ней подскочила я.

- Здравствуйте, Вера Ивановна, - широко улыбнулась я свекрови. - Сашка говорил, брендовую сумочку собрались покупать. Бренд-то китайский?

Ох, что тут началось! Эта седовласая врунишка жутко перепугалась. Она покраснела, затем побледнела, что-то попыталась сказать, но начала заикаться.

- Берете у своего сына деньги на оригинал, а сами покупаете китайскую подделку, - усмехнулась я.

- Леночка, да оригинал же стоит в десять, а то и двадцать раз дороже, - защебетала Вера Ивановна. - Это ж разориться можно.

- Так мы с вашими аппетитами скоро и разоримся, - произнесла я язвительным голосом. - Только ваш сын-то думает, что дает вам десятки тысяч на фирменные сапоги и сумки. А вы просто клянчите у него деньги!

Свекровь еще гуще покраснела и что-то защебетала. Она попросила меня не выдавать ее Сашке. 

- Стыдоба ведь какая, - вздохнула она. - Если узнает сын, что я его обманываю... Так что, Леночка, ты уж не говори ему ничего!

- Чтобы вы и дальше трясли с нашей семьи деньги? - снова съязвила я. - Нет уж, дорогая Вера Ивановна, так дальше дело не пойдет. Сашка обязательно обо всем узнает!

И тут свекровь стала просто умолять меня не выдавать ее сыну. Она поклялась никогда больше не брать у него денег. А если сам предложит, пообещала отмахнуться: мол, и так у нее много сапог и сумочек - не солить же их!

Не могу сказать, что я поверила ей на сто процентов. Все-таки она хитрая обманщица, а значит, возможно, попытается еще обвести нас вокруг пальца. 

Но я пообещала ей пока ничего не говорить Сашке. До “первого”, хотя, конечно, вовсе не первого обмана. И не дай Бог она посмеет еще раз вытворить нечто подобное - опозорю ее перед сыном, не задумываясь!