Муж-учитель превратил воспитание пятилетнего сына в бесконечные уроки

Вчера вечером я не выдержала и устроила мужу настоящий скандал после того, как он в очередной раз отчитал нашего пятилетнего Максима за то, что тот неправильно держал ложку. 

Мой муж Сергей работает учителем математики в школе уже пятнадцать лет, и он настолько вжился в эту роль, что перенёс все свои педагогические принципы на воспитание собственного ребёнка.

Проблемы начались практически сразу после рождения сына. Когда Максиму было всего два года, Сергей уже требовал от него идеального произношения всех слов, поправлял каждую ошибку, заставлял повторять фразы по десять раз. Я пыталась объяснить, что ребёнок только учится говорить, что это нормально путать звуки, но муж настаивал на том, что правильные привычки нужно формировать с самого начала.

- Если сейчас не научить его делать всё правильно, потом будет поздно, - повторял Сергей каждый раз, когда я пыталась возразить. Я же вижу в школе, к чему приводит попустительское отношение родителей. Дети вырастают безответственными, неорганизованными, не умеют доводить дело до конца.

Теперь Максиму пять лет, и ситуация только ухудшилась. У ребёнка нет ни минуты свободного времени, всё расписано по часам согласно плану развития, который составил Сергей. 

Утром после завтрака обязательные занятия по математике, потом чтение, днём английский язык, вечером музыка. Между этими занятиями прогулка, но и она превращается в образовательный процесс, когда отец заставляет сына считать деревья, называть цвета машин и запоминать названия птиц.

Вчерашний инцидент стал последней каплей. Максим пришёл с прогулки уставший, хотел просто посмотреть мультфильм, но Сергей сказал, что сначала нужно выполнить задание по чтению. Мальчик расплакался, стал просить дать ему отдохнуть, но муж был непреклонен.

- Нельзя потакать капризам, - объявил он мне, когда я попыталась заступиться за сына. Если он сейчас поймёт, что слёзами можно добиться своего, это войдёт в привычку. Режим должен соблюдаться неукоснительно.

Я наблюдала, как Максим со слезами на глазах пытался читать книжку, спотыкаясь на каждом слове, а Сергей строго поправлял каждую ошибку, не говоря ни одного доброго слова, не похвалив за старание. Когда сын наконец дочитал требуемые три страницы, он молча ушёл в свою комнату, даже не попросив включить мультфильм.

Я прошла за Максимом и обнаружила его сидящим на кровати с игрушечным мишкой в руках. Он не плакал, просто тихо сидел, и это молчание испугало меня больше, чем слёзы. Я обняла сына, и он прижался ко мне, прошептав тихо, что устал и хочет просто поиграть, как другие дети в садике.

Вернувшись на кухню, я решила поговорить с мужем серьёзно. 

- Сергей, нам нужно что-то менять. Ты не видишь, что превращаешь детство нашего сына в бесконечный урок? Ему пять лет, он должен играть, бегать, радоваться, а не зубрить английские слова до изнеможения.

Муж поднял на меня удивлённые глаза, явно не понимая, в чём проблема. 

- Я воспитываю из него успешного человека. Ты хочешь, чтобы он вырос неучем? Чтобы не смог поступить в хороший университет, не нашёл достойную работу?

- Я хочу, чтобы он вырос счастливым! - повысила я голос. Чтобы у него были тёплые воспоминания о детстве, а не кошмары о бесконечных занятиях и придирках. Ты хоть раз похвалил его просто так? Сказал, что гордишься им? Или только критикуешь и требуешь большего?

Сергей нахмурился и скрестил руки на груди, принимая оборонительную позицию. 

- Я не критикую, я помогаю ему совершенствоваться. Если хвалить за каждую мелочь, ребёнок перестанет стремиться к лучшему. Похвала должна быть заслуженной.

- Ему пять лет! - почти закричала я. Для него заслуженная похвала это когда он сам завязал шнурки или нарисовал рисунок! А ты даже не замечаешь этого, потому что занят своими образовательными планами. Знаешь, что он мне сегодня сказал? Что устал и хочет играть, как другие дети. Пятилетний ребёнок устал от жизни! Ты не находишь в этом ничего ненормального?

Муж встал из-за стола и начал расхаживать по кухне. 

- Я знаю, что делаю. У меня педагогическое образование, пятнадцать лет опыта работы с детьми. Я вижу, к чему приводит мягкотелое воспитание. Родители жалеют детей, не требуют от них дисциплины, а потом эти дети приходят в школу совершенно неподготовленными.

- Но Максим это не твой ученик! - возразила я. Это твой сын! Ему нужен не учитель, а отец, который любит его просто за то, что он есть, а не за правильно решённые примеры. Когда ты в последний раз играл с ним просто так? Читал сказку на ночь, не превращая это в урок чтения? Обнимал его и говорил, как сильно любишь?

Сергей остановился и посмотрел на меня с явным раздражением. 

- Я показываю свою любовь тем, что вкладываю в его будущее. Время, которое я трачу на его образование, это и есть проявление любви. Когда он вырастет, он поймёт и будет благодарен.

- Или возненавидит, - тихо сказала я. Возненавидит учёбу, книги, а заодно и тебя за украденное детство. Я видела таких детей, Сергей. Они вырастают либо сломленными, неуверенными в себе, либо озлобленными и отстранёнными от родителей. Ты этого хочешь?

Муж сел обратно за стол и потер лицо руками. Я видела, что мои слова задели его, но он всё ещё не был готов признать ошибку. 

- Так что ты предлагаешь? Отменить все занятия и позволить ему целыми днями смотреть мультики и играть?

- Я предлагаю найти баланс, - ответила я мягче. Оставить одно-два занятия в день, но короткие, по двадцать минут. Остальное время пусть будет детством. Играми, прогулками без образовательной программы, творчеством. И главное, я прошу тебя хвалить его, обнимать, говорить добрые слова. Он должен чувствовать твою любовь, а не только требовательность.

Сергей долго молчал, глядя в окно. Наконец он вздохнул и кивнул. 

- Хорошо, я подумаю об этом. Может быть, я действительно перегибаю палку. Но я просто хочу дать ему лучший старт в жизни.

- Лучший старт это счастливое детство и уверенность в родительской любви, - сказала я, беря его за руку. Всё остальное приложится. Давай попробуем по-другому?

Сегодня утром я с надеждой наблюдала, как Сергей играл с Максимом в машинки перед завтраком, не превращая игру в урок. Может быть, что-то начинает меняться. Но страх за будущее сына всё ещё живёт во мне, потому что знаю, как трудно учителю перестать учить даже дома.