Не ездим в отпуск с семьёй деверя, они совершенно не умеют считать деньги

Мы с Витей живем небогато. Снимаем однушку на окраине, на работу ездим по часу в один конец. Зарплаты средние, ничего выдающегося. Откладываем на первоначалку по ипотеке. Каждый месяц откладываем фиксированную сумму, ведем таблицу. Никаких импульсных покупок, никаких доставок каждый день. Это не бедность, это дисциплина. И раз в год мы позволяем себе отпуск. Один раз. Десять дней максимум.

Но наш отпуск – это отдельная работа. Мы начинаем готовиться в январе, если ехать хотим в августе. Мониторим билеты. Ставим оповещения на сайтах по продажам билетов. Ловим акции.

Жилье ищем не на первой линии. Нам не нужна первая линия. Нам нужна чистая квартира с кухней, чтобы можно было самим готовить завтрак и не платить по три тысячи за омлет в отеле.

Выбираем места, где нет толп. Не Сочи, не раскрученная Турция. Мы были в Дагестане, в Абхазии в несезон, в Калининграде, в Карелии. Продумываем каждый день: где поесть, как добраться, что посмотреть, чтобы не переплачивать за экскурсии от турфирм.

У нас всегда есть план Б, аптечка, перекусы в рюкзаке. Мы отдыхаем и при этом не влезаем в долги. Привозим с отпуска не магниты, а ощущение, что мы отдохнули.

Артём – родной брат Вити. Его жена Наташа. Они живут по-другому. Принцип у них простой: живем один раз. Оба работают, получают не больше нашего, но тратят так, будто печатают деньги. Каждый их отпуск – это кредитка, рассрочка, займ у родителей. Билеты они берут за три дня до вылета, самые дорогие. Отель – только на первой линии, только с бассейном, только все включено. Потом приезжают и неделю ноют.

— Море было грязное, аниматоры тупые, еда невкусная, — стандартный отчет Наташи после каждых десяти дней за двести тысяч.

У них вечно какое-то ожидание лакшери-отдыха за наши с Витей годовые накопления. И каждый раз реальность не совпадает.

Три года назад Витя предложил: а давай поедем вместе. Брат все-таки. Я сразу сказала, что это плохая идея. Мы слишком разные. Но Витя уперся, мол, родня, надо попробовать, может научим их экономить. Я согласилась, дура.

С того момента организация легла на нас. Полностью. Артём с Наташей сказали:

— Вы так круто все планируете, мы вам доверяем, делайте как себе.

Я потратила две недели. Нашла билеты Москва – Владикавказ туда-обратно по 4 тысячи на человека, если брать заранее. Нашла дом – две комнаты, кухня, вид на горы, 2500 в сутки за всех. Составила маршрут: куда на машине, где пешком, где заказать гида подешевле, чтобы не платить конторе. Скинула им раскладку по деньгам – вышло по 35 тысяч на человека со всем, включая еду и бензин. Дешево.

Они согласились. А потом началось.

За неделю до вылета Наташа написала, что ей не нравится лететь с пересадкой, которую я нашла ради экономии 6 тысяч. Ей нужен прямой. Артём поддержал. В итоге они купили прямые билеты за 18 тысяч туда-обратно. В последний момент. Еще и в кредит.

Мы прилетели, заселились. И тут я поняла, что мы ошиблись.

Домик им не понравился сразу.

— Лиз, а это что за сарай? Тут даже бассейна нет, — бросил Артем, кидая рюкзак на пол. — Мы за такое деньги платили? — За этот сарай платили мы все вместе 2500 в сутки. А за отель с бассейном здесь берут 12 тысяч. Вы сами отказались смотреть варианты, — ответила я.

Витя молчал, но я видела, как у него челюсть сжалась.

Дальше было хуже. Утром надо было встать в 6, чтобы пойти в горы, пока не жарко. Мы с Витей встали, сделали бутерброды, чай в термосе. Они проспали до десяти. Потом вышли недовольные.

— А где завтрак? Почему нас не разбудили? — возмутилась Наташа.

— Потому что договаривались встать в шесть. И завтрак у нас — это то, что мы сами себе сделаем на кухне, — сказал Витя.

Они не хотели идти пешком. Им было тяжело, жарко, неудобно. Хотели такси до каждой смотровой. Такси в горах стоит как крыло от самолета. Мы отказались платить. Они вызвали сами, потом всю дорогу ныли, что все дорого.

Еда – отдельный ад. Мы нашли столовую, где местные едят. Хычины по 150 рублей, суп по 200. Вкусно, много. Наташа скривилась.

— Я не буду есть в этой забегаловке. Давайте найдем нормальный ресторан, — заявила она.

— Тогда ищи и плати сама. У нас бюджет, — ответила я.

Она нашла ресторан. Счет на двоих – 5 тысяч. Они заплатили, потом весь вечер ходили с лицами жертв.

Каждый наш продуманный шаг для экономии они воспринимали как личное оскорбление. Пеший маршрут – издевательство. Дом без кондиционера – нищета. Еда в контейнерах с собой – позор. Они хотели сервис, как в их турецких пятерках, но по цене эконома. Так не бывает.

На третий день Витя не выдержал. Мы сидели вечером на террасе. Я считала расходы в заметках. Артём подошел.

— Вить, ну че вы как крохоборы? Отдыхать надо нормально, а вы все жметесь. Мы так не привыкли.

— А вы привыкли жить в кредит и потом полгода его отдавать за десять дней говноотдыха. Мы так не хотим. Мы вас позвали, чтобы отдохнуть, а не содержать вас, — отрезал Витя.

Было громко. Наташа заплакала, что мы испортили ей отпуск. Что она ожидала другого. Что она вообще не так себе это представляла.

А мы представляли именно так. Тишина, горы, дешево и спокойно. А получили двух взрослых детей, которые не умеют сами купить себе билет и ждут, что их будут обслуживать.

Оставшиеся дни мы уже почти не пересекались. Мы вставали рано и уходили в горы. Они спали, потом ехали куда-то на такси, тратили деньги, возвращались недовольные. В последний день они сказали, что больше с нами никуда не поедут. Мы выдохнули. Мы тоже больше не поедем.

Мы вернулись домой. Подсчитали. Наш отпуск на двоих обошелся в 68 тысяч. Их – в 170 с лишним, плюс кредит на полгода. И они еще сказали, что отдохнули хуже нас.

С тех пор прошло три года. Мы по-прежнему ездим экономно. Были в этом году в Мурманске, смотрели китов. Билеты взяли в феврале, квартиру сняли у бабки за 2 тысячи в сутки. Было холодно, круто и дешево.

Артём с Наташей каждый год зовут нас с собой. Типа в Турцию, отель на первой линии.

— Давайте вместе, будет веселее! — говорит Артём.

Мы отказываемся. Вежливо сначала, потом уже прямо. Потому что мы не хотим быть бесплатным турагентством и спонсором их капризов. Мы не хотим слушать, как им все не так. Мы не хотим после нашего тщательно спланированного бюджетного отдыха чувствовать себя виноватыми, что не обеспечили им лакшери.

В прошлом году Наташа обиделась и сказала маме Вити, что мы зазнались и не хотим общаться с родней. Свекровь звонила Вите, пыталась стыдить. Витя объяснил цифрами. Показал нашу табличку накоплений. Показал их кредитные истории, которые Артём сам ему кидал, когда просил занять. Свекровь замолчала.

Я не против родни. Я против того, чтобы родня садилась мне на шею и потом еще и возмущалась, что шея недостаточно мягкая.

Мы с Витей копим на квартиру. Медленно, но копим. Отпуск для нас – это перезагрузка, а не понты. И мы не собираемся менять свой подход, чтобы кому-то угодить. Хотят отдыхать дорого и в долг – пусть. Только без нас.