Невестка объявила о своей беременности и теперь вообще ничего не делает по дому
Когда же закончатся эти дожди? Пока дошла от остановки до дома, успела промочить ноги. Хорошо, что зонтик спас всё остальное. Дома было необыкновенно тихо и темно.
Захожу на кухню, а там - картина маслом. Обеденный стол заставлен чашками с недопитым кофе и чаем, тарелки с остатками пирога, крошки. На плите стоит немытая сковородка.
Ну сколько можно напоминать, что нужно убирать за собой!
Постучала в комнату, где сейчас обосновались сын с женой. Никакой реакции. Пришлось заглянуть. Ульяна лежала на кровати в наушниках и что-то смотрела в телефоне.
– Уля, мы ведь договаривались насчет порядка на кухне? – напомнила невестке.
Та нехотя повернулась в мою сторону и поджала губы.
Снова эти отговорки, связанные с беременностью. Как мести всё из холодильника, так у нее всё со здоровьем в порядке, а вот как приходит время убирать бардак - сразу тошнота, ломота и хромота.
Вова с Ульяной живут в моей квартире временно, хотя это уже слегка затянулось. Ну а что поделать, если ребята наняли каких-то проходимцев для ремонта в своей новостройке? Четыре месяца прошло, теперь еще минимум два уйдет на переделку того кошмара.
Но пару месяцев назад Вова и Ульяна объявили о беременности.
– Поздравляю, мам, ты станешь бабушкой, – сиял сын как начищенная монета.
Вот это новость! Визжать от восторга я не стала, слезы радости тоже скрыла. Мне вообще казалось, что эта беременность совсем не вовремя. Но кто б меня слушал! Сыну уже тридцать пять лет, жене его - на два года меньше. Взрослые люди, сами должны думать.
Вообще я думала, что они отложат вопрос деторождения на потом, когда въедут в собственную квартиру и закроют кредит, взятый на ремонт. Ну, раз уж случилось, что ж. Пусть будет. В общем, пожала плечами, сказала: "Поздравляю". Смотрю, у них лица вытянулись: не такой реакции они ожидали, видимо. Обиделись!Я наивно полагала, что дальше наша жизнь потечет в том же русле: ведь до родов оставалось чуть больше пяти месяцев. Как бы не так!
Однажды заскочила домой на обед и застала Ульяну в комнате. Она смотрела телевизор и что-то жевала.
– А ты чего не на работе? – поинтересовалась у нее.
– Я взяла отпуск за свой счет, – буднично ответила Ульяна. – Беременность же, беречь себя надо!Сын уже потом со мной поделился, что у жены его нет никаких сил работать.
– Улечка с трудом соображает из-за беременности: голова болит от постоянного сидения перед компьютером, – объяснял Вова. – Да и начальник теперь на нее косо смотрит из-за беременности.
Невестка потом добавила, что ей не хочется сидеть рядом с офисной техникой.
– Там же излучение! – ужасалась она. – А если это навредит ребенку? Да и тошнит меня постоянно.
– Мы с Вовой решили, что здоровье будущего малыша нам важнее! – улыбалась невестка.
Хотя по сыну было видно, что ничего он уже не решает. Жена им крутит как хочет, прикрываясь деликатным положением.
Я от решения уйти в неоплачиваемый отпуск, когда нужно платить ипотеку и кредит, была в шоке. Впереди же еще куча расходов – переезд, покупка мебели и вещей для ребенка, в конце концов.
– Почему нельзя оформить больничный, раз так тяжело проходит беременность? – спросила я у невестки. – Пусть это небольшие деньги, но лучше, чем ничего.Но она оправдывалась несговорчивостью своего врача. Мол, он никаких причин для больничного не видит.
– А мне правда плохо, Тамара Сергеевна! – говорила Ульяна. – Еле ноги таскаю, а этот токсикоз уже достал.
Так что с недавнего времени Вова пашет уже на двух работах, чтобы оплачивать счета.
Ульяна же начала доставлять мне неудобства. Готовить на кухне я теперь могу с огромным трудом. Любой запах ее раздражает. Сидит весь день в своей комнате за плотно закрытой дверью. Я думала, что будущим мамам нужно больше гулять, но невестка редко выходит на улицу.
И домашние дела перестала выполнять.
– Уля, вы там натоптали в прихожей. Возьми тряпку и вытри, пока грязь не подсохла, – попросила ее недавно.
– Мне плохо: не хочу наклоняться, – последовал уже привычный ответ.
И так во всем. Полы протереть – нет, сантехнику вымыть – нет, вещи сложить после стирки – нет…
Зато как поесть, так Ульяна первая бежит на кухню. Раньше за ней такого зверского аппетита я не замечала. Сейчас еда в холодильнике у нас почти не задерживается. Мне не жалко, но невестка съедает даже те продукты, которые я откладываю на завтрак. Вот так встаешь утром, а ни яиц для омлета, ни колбасы для бутербродов нет.
– Я же беременная, мне надо хорошо питаться, – оправдывается Ульяна.
Эти упоминания о беременности на каждом шагу бесят уже неимоверно. Вове уже давно сказала, чтобы перестал скакать перед женой на задних лапках.
– Улечка, тебе нужно побольше двигаться, – советую невестке. – Ты уже третий день из дома не выходишь. Сходи хоть в парк, свежим воздухом подыши.
Но ей тяжело! Четыре месяца беременности, а уже тяжело! Что будет после родов?
Вова с ней проводить много времени не может – у него две работы. Иногда сын по ночам помогает мне с бытовыми делами, но мне его жалко. Приходит в десять вечера без сил, а еще полы мыть или стиркой заниматься. Беременная принцесса же ничего не может. Ей тяжело!
Закидоны Ульяны у меня уже в печенках сидят. Готова выгнать молодых в необустроенную квартиру. Но Вову жалко. Он и так на пределе: один пашет на ипотеку, да еще пытается отложить деньги на ребенка. Если ему сейчас еще и комнату снимать придется, будет вообще полный швах.
Комментарии