Новая пассия решила спасти меня от депрессии и чуть не уничтожила единственную память дочери

Так получилось, что я рано лишился жены, а моя дочь Даринка, соответственно, мамы. Благоверная умерла, когда малышке было всего 6 лет, увы. Несмотря на усилия родни, отобрать ее у меня не смогли. 

Я растил девочку самостоятельно и в гордом одиночестве. Надо сказать, получилась она человеком замечательным. Я бы сказал, передовым.

В свое время вышла замуж за итальянца и уехала в солнечный и грандиозный Рим. В гостях у меня не была, дай бог памяти, лет так 10. Нет, звонит иногда, не без этого. Раз в пару-тройку месяцев.

- Папуня, ты как там? Может, тебе что-то нужно? Только скажи, я сразу все сделаю, - лепечет в такие моменты дочка по телефону.

- Нет, у меня все хорошо. Живи своей жизнью, ни в чем себе не отказывай, - отвечаю я ей и радуюсь за кровиночку.

Все, что мне напоминает о ней – детские рисунки. Даринка раньше очень любила рисовать. Цветы, деревья, дома, людей, машины. Что попадало ей на глаза, моментально переносилось на альбомные листы. 

Вот именно их я и развесил по стенам в квартире. В гостиной, на кухне. Даже в ванной один прилепил. На нем изображена моя усопшая жена. Грустно, да?

Итак, дочь в Италии, кошек с собаками нет и не было. Таким образом, я решил бороться с одиночеством максимально радикальным методом. Познакомился в интернете с Мариной, пышногрудой дамой среднего возраста, и привел ее к себе в дом. А чего, я еще хоть куда!

Угадайте с одного раза, каким был первый вопрос моей новой пассии, когда она зашла в квартиру? Правильно – кто это все накалякал и почему я держу рисунки на стенах.

- Это дочь моя. Дарина. Когда маленькая была, карандаши с фломастерами из рук не выпускала. Вот, смотрю теперь на ее художества и радуюсь.

- Ого, - Марина увлеченно принялась рассматривать детские каракули. - А сейчас она где? Часто к тебе наведывается?

- Да уж не помню, когда последний раз была. Наверное, как замуж вышла, так и все. Она ж в Италии живет. До меня ли ей?

- Отца, стало быть, бросила? А это развесил для памяти? - Марина хмыкнула, сжав и без того тонкие губы в полосочку. - Ну-ну...

Целую неделю пассия промывала мне мозги насчет рисунков. Говорила, что истинная память должна жить в сердце, что этим я только вгоняю себя в депрессию. Даже какие-то дизайнерские доводы приводила. Мол, детские каракули, какими бы «дорогими» они ни были, портят любой интерьер.

Ну а я грудью стоял на своем. Даже прикасаться к рисункам не давал. Говорил, что почти единственная память о живой дочери и покойной жене осталась. 

Марина обижалась, фыркала, но терпела. А потом сделала такое, от чего у меня до сих пор мороз по коже пробегает и волосы приподнимаются. Честно – испугался до дрожи в коленях.

Как-то раз я приехал с работы, зашел в гостиную и обомлел. Во всей квартире не было НИ ОДНОГО рисунка Дарины. Вот как корова языком слизала! 

Вместо них на стенах висели репродукции русских классиков. Айвазовский, Репин, Шишкин. Еще чьи-то... Я уж и не помню точно. Посреди же этого великолепия на стуле восседала Марина.

- Где рисунки? Куда дела? И, главное, зачем?! - спросил я, отойдя от первого шока. - Только не говори, что ты их...

- Нет, не выкинула и не сожгла, - успокоила меня Марина. - Просто не в тему они. Сам посуди – дочь тебя, в общем-то, бросила. Предала. А ты хранишь память о ней. Пора бы уже забыть и начать жить заново. В красоте и безмятежности.

- Да как ты посмела притронуться к этим рисункам?! В них чуть ли не вся моя жизнь была!

- Пойми ты, Дарина от этого ближе не станет. И чем больше смотришь на эти рисунки, тем...

Я не дал договорить Марине. Наорал на нее, потом сорвал со стен репродукции и потребовал вернуть детские каракули на свои места. В тот момент мне было все равно, будут ли у нас отношения или нет. Уйдет ли она от меня или останется со мной. Глаза и разум затмила ненависть, смешанная с отчаянием.

Удивительно, но Марина меня не бросила, хотя и обижалась. Неделю не разговаривала, но про рисунки, снова появившиеся на стенах, не заикалась. И я тут подумал – может, она права? 

Дарина-то мне ведь даже первая звонить перестала. Пора, наверное, перестать нянчить призраков прошлого и начать жить будущим.