- Ну ничего, поживёте как простые смертные, - ядовито "утешала" меня сестра

Где-то давно уже прочитала фразу "розовые очки обычно бьются стёклами внутрь". Прочитала и прочитала, даже не вдумывалась в неё. Но сейчас жизнь повернулась так, что я не только вспомнила эту фразу, но ещё и успела поразмыслить на заданную тему. 

Что тут можно сказать? К моей ситуации данная фраза подходит. На свою семью, а именно на маму и сестру, я смотрела именно через розовые очки, отказываясь замечать, как на самом деле они ко мне относятся. 

В детстве мы с сестрой не слишком ладили. Алёна часто устраивала истерики, дралась, врала, но ей всё сходило с рук, потому что я же старше, я же должна уступать сестре, решать конфликты спокойно.

- Что ты вцепилась в эту игрушку? Любимая твоя? И что теперь? Видишь, сестра плачет! Дай ей поиграть, не беси меня! 

Сестра младше меня на три года. Вообще, я думала, что с возрастом эта разница сотрётся, ведь разница между шестилеткой и трёхлеткой - весьма ощутима, а вот разница между одиннадцатью и четырнадцатью годами уже достаточно смазана.

Но в нашей семье Алёна всегда оставалась младшей дочкой со всеми своими привилегиями. Если я за бардак на столе получала взбучку, то Алёну это не касалось. Мама словно не видела её косяков. 

- Что ты выдумываешь? Я к вам одинаково отношусь! И лучше бы за собой следила, а не за сестрой, - отмахивалась мама, когда я делилась с ней своими наблюдениями. 

Меня за оценки ругали и требовали пятёрок, а в случае с Алёной мама фыркала и говорила, что оценки вообще не главное в жизни. 

- Ну, не даётся ей эта химия! И что теперь? Её розгами сечь? - всплёскивала руками мама. 

Очень странная логика. Когда что-то не давалось мне, мама повторяла, что нет слова "не могу", но есть слово "не хочу". Говорю же, отношение к нам с сестрой было всегда разное. 

Но я, видимо, привыкла к такому отношению, не видела в нём ничего необычного, поэтому и продолжала общаться с сестрой и матерью. Хотя, если вдуматься, общение всегда было почти односторонним. 

Мне звонили, когда от меня что-то нужно, а мои дела никогда никого не интересовали. Мне же от семьи ничего особо и не было нужно. Как-то привыкла сама справляться. 

Потом я вышла замуж. Мама с сестрой хором заявили, что я лохушка и брак максимально неудачный. 

- Да что он тебе дать-то может? Будете ходить два голозадых туземца. Ни жилья своего, ни накоплений, ни перспектив, - качала головой мама. 

Такое ощущение, что я за бомжа с вокзала замуж собралась. Но мы с Костей оба были молодыми специалистами, которые работали и худо-бедно могли себя обеспечить. 

- Вот и будете ближайшие лет сорок на свою квартиру копить. Надо было правильно мужа выбирать, - хихикала сестра. 

Сама она не смотрела на своих ровесников, говорила, что с них взять нечего. Так что охотилась на мужчин постарше, которые уже при жилье и машине. Но романы все были краткосрочные и без продолжения. И её поведение мамой одобрялось, а мой брак она считала глупостью. 

Но мы с мужем не планировали сидеть на попах ровно. Много работали, изучали возможности, а потом открыли своё дело. Конечно, сразу же деньги на нас не посыпались, но мы уверенно продвигали свою фирму. 

- Ну-ну, посмотрим, что у вас получится. Сейчас прогорит у вас всё, а потом задолбаетесь кредиты выплачивать, - "поддерживала" меня мама. 

У нас хоть и шло всё не слишком гладко, но и провалом не пахло. Медленно, но уверенно мы выбирались из минуса, шаг за шагом. Мы понимали, что и зачем делаем. 

Нам с мужем удалось встать на ноги, расплатиться с долгами, купить квартиру и машину. Работы ещё было непочатый край, но первые успехи очень радовали. 

- Дуракам везёт, - фыркала сестра. 

Я как-то не обращала внимания на такую "поддержку". Привыкла, видимо, что со мной в семье всегда так общались, вот и не разрывала отношений. 

Когда у нас с мужем появились деньги, я стала дарить родным хорошие подарки. Той же Алёне не на что было жаловаться. Она в подарок получала и модные вещи, и новые гаджеты, а на тридцать лет мы ей подарили путёвку на Бали. 

И даже как-то не заострила внимание, что внезапно мама с сестрой стали сами мне звонить, звали нас с мужем в гости. Мне казалось это совершенно нормальным явлением. То ли я просто хотела в это верить, то ли дура я набитая. 

Но пока у нас с мужем бизнес шёл в гору, отношение мамы и сестры разительно поменялось. А за это время в маминой квартире был сделан ремонт, сестре я добавила денег на машину, каждый год они ездили отдыхать в хорошие места. Это всё помимо ежемесячной финансовой помощи "на булавки". 

Муж на всю эту благотворительность смотрел сквозь пальцы. Ему моя родня не нравилась, но он сказал мне об этом только один раз, ещё до свадьбы. 

- Я лучше в комнате с настоящими змеями посижу, чем с твоими родственницами. Ты извини, но я не понимаю, зачем ты с ними общаешься, - сказал мне как-то муж. 

Мне тогда казалось, что тут имеет место привычное отношение зятя к тёще. Доказывать что-то мужу я не стала, а он больше эту тему не поднимал. Но когда у него была хоть малейшая возможность, он старался избегать общества моих родственниц. 

Конечно, мне хотелось, чтобы семья ближе общалась, но принуждать мужа к общению я не стала. Зачем, если он не хочет? Мне скандалы на ровном месте не нужны. Мне общаться с родными не запрещает и ладно. 

Семь лет всё у нас с мужем шло хорошо. Бизнес развивался, я ребёнка родила, мы дом построили. Маме и сестре я продолжала помогать по мере своих возможностей. 

Алёна успела сходить замуж, но после года в браке разочаровалась в супруге, который так и не достал ей звёзд с неба, и решила развестись. Потом забеременела от другого мужчины, который уже был женат. 

Сестра свято верила, что её избранник разведётся, чтобы создать семью уже с ней, но прогадала. Ни о каком разводе речи не шло. А когда Алёна стала истерить, то ей доступно объяснили, что в случае развода мужик останется с голым хвостом, потому что почти всё нажито стараниями тестя, на него же и оформлено. 

- Не переживай ты так! Родишь, воспитаешь ребёнка для себя, а мы поможем, - гладила я по спине рыдающую Алёну. 

- Ты ничего не понимаешь! Я не хочу жить на подачки, - уже икала от собственной истерики сестра. 

И опять я не обратила внимания на её слова. Мало ли, что человек в таком состоянии может сказать? Ну, назвала она мою искреннюю помощь подачками, что уж теперь?

Своё обещание я выполнила. К родам у сестры было всё необходимое из вещей для малыша, да и потом я не забывала помогать Алёне. Всё-таки она одна ребёнка поднимала. 

Но где-то год назад у нас с мужем в бизнесе возникли проблемы. Как-то всё разом навалилось, и проблемы с логистикой, и рост закупочных цен, и по мелочи всякие неурядицы были. 

Вроде как и на дно пока не идём, но и работать очень и очень сложно стало. Пока муж решал текущие проблемы, я ломала голову над тем, как можно избежать подобного, что можно придумать, чтобы улучшить ситуацию. 

Конечно, это всё нервы, постоянные мысли в голове, плохой сон. Я уже не подросток, по которому и не скажешь - спала она ночью или гуляла. У меня уже всё на лице написано. 

- А ты чего выглядишь как зомби? Под глазами такие мешки, что хоть крупу храни. Заболела, что ли? - поинтересовалась мама, когда я привезла к ней погостить внука. 

- Да проблем выше головы, спать некогда, - коротко ответила я, не желая вдаваться в подробности. 

- Что за проблемы? Что-то серьёзное? - тут же влезла сестра. 

Я не стала сильно углубляться в детали, но в общих чертах о проблемах рассказала. 

- Да уж. Вот и схлопнулся ваш бизнес. Ну ничего, поживёте как простые смертные, - ядовито "поддержала" меня сестра. 

- Ищи нормальную работу, - поддакнула мама. - Жена бизнесмена - это не работа. 

Мне кажется, если бы в тот момент кто-то из них плюнул бы на пол, плитку мгновенно прожгло насквозь. Столько яда было в этих словах, как будто я их злейший враг. 

Тогда я просто поёжилась от их слов и собственных мыслей, но с мужем этой историей поделилась. 

- Ты сама знаешь, что я про них думаю. Для проверки можешь им рассказывать и дальше, как у нас всё ужасно, не стесняйся сгущать краски и посмотри, как они будут реагировать, - посоветовал он мне. 

Сестра с мамой на самом деле стали частить со звонками, очень уж их наши дела стали интересовать. А я тяжко вздыхала, рассказывала, как у нас всё плохо, чем вызывала шквал ехидных замечаний и подколок. 

- Нам в компанию уборщица нужна. Хочешь, спрошу за тебя? - елейным голоском предлагала сестра. 

- Ты работу-то ищи, а то твой муженёк сейчас обанкротится и пить начнёт, а вам с ребёнком на что-то жить надо, - вторила ей мама. 

У нас с мужем дела не так плохи, как я рассказывала родственницам. Уж точно не обанкротимся, а даже если и обанкротимся, то сможем встать на ноги, знания и связи у нас никуда не делись. 

Но вот отношение к сестре и маме я точно пересмотрю. Стоило бы это ещё в восемнадцать лет сделать, но я, видимо, тормоз, только к сорока годам до этого дошла.