Объявилась внебрачная дочь моего отца и хочет общаться, а мне новые родственники не нужны

Сидела сегодня дома и просматривала на телефоне страничку одной незнакомой дамы. Светлые волосы, родинка на щеке, чуть кривоватая улыбка… Черты лица не оставляли сомнений – мы с ней точно родственники.

Отголоски прошлого, которое мне не хотелось вспоминать.

Мне почти сорок лет, есть два младших брата. Мать с отцом уже много лет живут в браке. Я их отношения не очень понимаю, но туда не лезу – люди вроде счастливы и любят друг друга.

Заваривала чай и вспоминала, каким беспутным отец был в молодости – пропадал на несколько дней, изменял маме, даже в отпуск ездил с кем-то из своих пассий.

По этому поводу дома часто случались скандалы. Мама плакала, несколько раз выгоняла отца. Помню, что одно лето мы просто переселились к бабушке. Но папа не уходил – плакал, стоял на коленях, встречал маму с охапками цветов, умолял сохранить брак.

Папа и сейчас очень видный мужчина, а раньше и вовсе был красавцем. Черные волосы, светло-голубые глаза, широкая улыбка. Работал водителем автобуса, умел очаровать и "подсесть на уши". Молодые девушки часто велись на такое.

То, что у отца, помимо нас троих, есть и другие дети, я узнала лет в тринадцать. Просто к нам домой пришла женщина с маленьким мальчиком, который был как две капли воды похож на моего младшего брата. Потом еще несколько раз слышала о том, что отцу предъявляли детей. Мне было больно это осознавать, но в отношения родителей я не вмешивалась. Да и не стали бы они слушать подростка.

Сейчас родителям уже седьмой десяток. И мне недавно написала женщина, представившаяся моей сестрой по отцу. Сначала эта Виолетта просто писала о всякой ерунде, потом дала понять, что хочет дружбы и общения. Она пыталась выйти на моих младших братьев, но у тех закрытые странички – туда не пробраться.

«Извини, но это лишнее. Я не готова к общению». Мой простой ответ Виолетту не удовлетворил. Дамочка явно была настроена на успех. Все эти внебрачные дети отца – лишнее напоминание о моем несчастливом детстве. Мне хочется просто закрыть эту страницу прошлого и никогда не открывать.

А недавно эта Виолетта подкараулила меня возле дома. Я просто в шоке стояла и смотрела на нее. Как только умудрилась? Свой адрес никогда не светила в соцсетях!

– Я же не пытаюсь стать твоей близкой подругой, – сказала она. – Просто хочу общаться с сестрой. Это же нормально!

Но мне пришлось остудить ее пыл.

– Вряд ли это уместно, – ответила я новоявленной родственнице. – Извините, я спешу.

А чего она ожидала? Что я брошусь ей в объятия и начну рыдать? Не будет такого! В памяти еще свежи переживания и слезы мамы из-за повышенной любвеобильности отца. Да, я признаю, что где-то бродят его незаконные отпрыски, но общаться с ними я не хочу.

Не желаю ничего плохого этой Виолетте, но среди близких родственников видеть ее не горю желанием. Понимаю, что она не виновата в этой ситуации, но общения не будет. Вообще без вариантов.

Несколько лет назад я уже имела удовольствие общаться с «братом», который совершенно бесхитростно интересовался, владеет ли отец какой-то недвижимостью или машинами. Наследство этого пройдоху привлекало, а не родственные связи. Послала «братика» доказывать родство через суд, на том дело и заглохло.

– Ты всегда такая колючая? – спросила Виолетта, не давая мне пройти. – У меня вот тоже дети есть. Хотела бы познакомить их с тобой.

– Нет, это исключено, – отбрила я ее.

На том наша личная встреча и закончилась. Я думала, что вопрос исчерпан, но «сестра» оказалась упорной дамочкой. Она перешла от вежливого общения к скрытым угрозам.

– Раз ты и твой папаша меня игнорируете, я раздую грандиозный скандал, – с улыбкой произнесла она. – И наследство тоже будете со мной делить.

Я только усмехнулась на это заявление. Вот такие вот родственные связи! А мотив один – нахапать чужие финансы, оправдываясь общими генами.

– Ничего у тебя не выйдет, но можешь попытаться, – ответила я Виолетте и пошла по своим делам дальше.

Как будто она первая, кто поднимает подобный вопрос.

С отцом вроде тоже надо поговорить обо всей этой ситуации, но я всё откладываю это. Просто не по себе! Он будет опять извиняться и говорить шепотом, чтобы мама не услышала. Мы начнем прятать глаза от неловкости.

Я не снимаю ответственности со своего отца. Именно его импульсивные поступки «дарят» нам сейчас встречи с новыми родственниками. Он всё равно ничего не может с этим сделать.

– Готовьтесь к иску! – написала мне Виолетта с нового аккаунта, потому что старый был заблокирован.

Ну и ладно! Раз она такая упорная, то пусть шурует в суд и доказывает родство. Папа, разумеется, отмахиваться не будет, но вряд ли станет общаться. Да и мы с братьями тоже не горим желанием раскрывать теплые объятия.

Самое смешное, что у папы в собственности ничего нет. Мама еще лет пятнадцать назад устроила из-за этого скандал. Квартира переписана на меня, братьев и маму – отец даже не возмущался по этому поводу. Дача тоже по документам мамина, а вот машина числится на младшем брате.

Так что новым родственникам буквально нечего ловить.

Может, кто-то меня и осудит. Мол, надо общаться - не чужие же люди. А для меня это не родственники, а лишнее напоминание о не самых приятных моментах из детства и юности. Пусть живут как знают, а у меня своя семья.