– Он просто ребенок! – говорил мой мужчина, но потом мы все равно расстались

Когда у меня завязались отношения с Владом, который воспитывал сына в одиночку, я понимала, что просто не будет. Фактически пришлось входить в семью, где уже устоялись свои правила. Но я была готова к этому. Вернее, думала так…

– Он просто ребенок! Случайно так получилось! – очень эмоционально уверял меня Влад сегодня.

Я же продолжала молча собирать свои вещи. Да, я ухожу. Больше не хочу терпеть эти издевательства. Девяти месяцев совместной жизни хватило. Нервы ни к черту!

– Дай ему время, он привыкнет! – мягким голосом говорил Влад, когда мы только съехались.

Вообще я бесконечно уважала его. Мой мужчина в одиночку воспитывал сына – его бывшая жена бросила их, когда Никите было года два. Просто ушла в закат, изредка переводя копеечные алименты.

У меня в жизни тоже не все гладко: старший сын погиб, младший уехал учиться в другую страну. Думала, что с Владом удастся наконец почувствовать себя цельной и счастливой.

Сначала Никита настороженно ко мне относился: практически не разговаривал, контактировал по минимуму, не смотрел в глаза. Если мы оставались вдвоем в квартире, сразу же уходил в свою комнату играть на компьютере.

– Все идет прекрасно! – радовался Влад.

Я же не разделяла его энтузиазма. Видно было: Никите не нравится, что отец завел новые отношения.

Мы теперь жили в просторной трехкомнатной квартире. Свою жилплощадь я сдала коллеге. Решила, что так будет проще строить общее будущее с Владом. Из приданого привезла два чемодана вещей, коробку с книгами и рабочий ноутбук.

Первые странности начались месяца через полтора после моего переселения. Стала пропадать косметика. Сначала крем для лица, потом тушь, следом исчезла целая упаковка патчей. Я дошла до того, что, уходя утром на работу, фотографировала полку со своими косметическими средствами. Боялась, что у меня развивается паранойя.

Так и удалось выяснить, что баночки исчезают не сами собой.

– Никита, наверно, убирался и по ошибке выкинул твой тональник, – защищал сына Влад.

Его ребенок стоял рядом и просто молчал. Даже не пытался извиниться.

Потом пропал паспорт. Я точно помнила, что он был во внутреннем кармане сумки. Поиски заняли три дня, уже хотела делать новый документ. Потом паспорт нашелся – он прятался в мусорном ведре в ванной комнате.

– Да это случайность, – убеждал меня Влад. – Сама, наверно, паспорт в руках держала, а потом по ошибке выкинула.

– Извини, дорогой, но я пока не в маразме, – разозлилась на него тогда.

Тогда попыталась поговорить с Владом серьезно. Объясняла, что все эти ситуации не на ровном месте возникли. Это Никита так выражает протест против моего нахождения в квартире.

– Не выдумывай, он хорошо к тебе относится, – отмахивался Влад. – Просто не очень тактильный. Не надо придираться к моему сыну.

Когда дело касалось Никиты, у моего мужчины словно появлялась пелена перед глазами. Он просил меня проявить женскую мудрость, быть помягче с мальчиком.

Честно, пыталась. Даже уступала. И старалась влиться в этот маленький мужской коллектив. Готовила им вкусные блюда, дарила подарки, устраивала вечера с просмотром фильмов. Но отношение Никиты ко мне не менялось. Наоборот, он стал каким-то жестоким.

– Ай! – вскричала однажды, когда сын Влада проходил мимо и со всей силы наступил мне на стопу. – Аккуратнее!

Потерла ногу, мизинец очень больно пульсировал.

– Он случайно! – убеждал меня Влад. – Нина, ему одиннадцать лет. У детей еще несовершенна координация.

Умом понимала, что нужно уходить. Но все еще надеялась, что Влад начнет принимать мою сторону. Ну и любила его, чего тут скрывать. Говорила себе, что Никита свыкнется и наши отношения наладятся.

Эта иллюзия разбилась сегодня. Мне надо было срочно отправить отчет начальнику, но в дверь позвонил курьер. Когда вернулась, то ноутбук был залит холодным кофе. Точно помню, что кружка стояла на подоконнике. От него до стола почти два метра! Рядом сидел Никита с невинным выражением лица.

– Влад, это не случайность, – сказала своему любимому мужчине. – Твой сын специально это сделал.

Мальчик не выглядел расстроенным или испуганным. А его отец бормотал извинения и пытался убрать липкую лужицу.

– Нина, ты, наверно, сама сюда кружку поставила, – принялся объяснять Влад.

– Сама? Это даже не мой кофе! – не верила я своим ушам. – Ты же не допил утром. Я видела, не надо делать из меня идиотку.

За спиной отца Никита усмехался. Едва заметно, одними уголками губ. Мерзкий пакостник!

– Ладно, это Никита, твоя взяла! – согласился со мной Влад. – Но это все равно случайность. Наверно, он хотел поставить кружку в раковину и случайно споткнулся. Ты же вечно раскидываешь свои провода по полу.

Я замолчала. А смысл спорить? Все равно ничего не добьюсь. Поэтому решила просто уйти. Это самый правильный поступок, иначе скоро сойду с ума.

Когда Влад увидел раскрытые чемоданы, его раздражение сменилось растерянностью.

– Нина, ну что ты делаешь? – говорил он тихо, когда зашел в спальню. – Реально уйдешь от меня из-за такой ерунды? Я починю твой ноутбук, не переживай.

Сбор вещей занял час. Я даже успела позвонить подруге и договориться о ночлеге. Хорошо, что Влад не стал меня останавливать. Наверно, в моем взгляде было слишком много уверенности. Он скрылся на кухне, даже не вышел меня проводить. Никита тоже не показывал носа из своей комнаты.

Сейчас я полностью опустошена морально. Не знаю, что буду делать дальше. Поэтому занимаю себя решением насущных вопросов. Так проще пережить разрыв.