Отец перестал разговаривать со мной, потому что я ушел из семейного дела

Основателем нашего маленького семейного бизнеса был еще мой дед, отец моего отца. Почему-то у них так в семье повелось, что готовила по большей части не бабушка, а дед. 

Лучше всего у него получалась выпечка: хлеб, булочки, пирожки. Дед рассказывал, что его едва ли не каждую неделю кто-то из соседей просил то пирог на день рождения испечь, то пирожки со свежими ягодами, то даже просто хлеб. И долгое время это было вполне себе хорошим дополнительным источником дохода в их семье. 

К этому искусству дед пытался приобщить моего отца и тетю. И, видимо, в нашей семье, это что-то генетическое, что передается по мужской линии. Потому что тете все эти пироги были совершенно безразличны. А у папы все получалось с первого раза. 

Позже именно отец основал маленькую семейную пекарню. Они с дедом там были главными пекарями, а остальная семья им помогала. 

Позже и мы с братом работали в этом бизнесе, выполняя поручения и изучая секреты приготовления хлеба и кондитерских изделий.

Лично мне первое время идея продолжения семейного дела казалась привлекательной. Приятно было видеть радость людей, пробующих наши свежие булочки и пироги.  

Я даже разные курсы кулинарные проходил. Как и мой брат. Только вот со временем я стал понимать, что семейный бизнес это не то, чем я хочу заниматься всю свою жизнь. 

Когда я женился, и у нас с супругой родились дети, мы стали путешествовать. И в какой-то момент я понял, что такая жизнь мне очень нравится. Можно сказать, что Таня, моя супруга, открыла мне новую жизнь. Она уже много лет работает в удаленном формате, поэтому часто путешествовала еще до того, как мы познакомились.

Я же мало куда ездил. А потом вдруг понял, как это здорово – смотреть мир, бывать в разных местах и так далее. Но, конечно, делать я это мог только в отпуске. А после того, как я стал часто путешествовать, мой отец и брат начали возмущаться.

— Тебе бы только отдыхать! — как-то сказал мне папа. — А семейное дело — это не про отдых. Нельзя постоянно куда-то уезжать!

И чем дальше, тем меньше удовольствия я получал от пекарни. Как-то поделился своими переживаниями с женой. 

— А чем бы ты хотел заниматься? — спросила она.

— Да было бы здорово удаленно работать, как и ты, — ответил я. — Я бы, например, мог маркетологом для каких-то компаний работать. Не зря же образование получал.

— Ну так давай это сделаем! — поддержала меня супруга. 

Я подумал и решил, что готов к этому шагу. Первым делом поговорил с братом. Он, конечно, такому решению не обрадовался, но с моим решением смирился. Сказал, что давно видел, что мне уже не очень интересно семейное дело.

А вот с отцом все прошло не так гладко. Поначалу он даже верить не хотел, что я действительно ухожу.

— Что это ты придумал! — возмущенно говорил он мне. — Брось эти глупости! Что за подростковый бунт? Тебе не семнадцать лет!

— Папа, я с тобой серьезно разговариваю, — вздохнул я. — И действительно больше не хочу этим заниматься.

— Как ты можешь так со мной поступить! — воскликнул отец. — Еще твой дед начал наше семейное дело, я тебя и Костика с детства всему учил, думал, умру спокойно, семейное дело передам…

Я пробовал объяснить отцу, что на этом ведь наше дело не закончится, брат-то мой никуда не уходит! Но ему было все равно. Почему-то по мнению отца, раз я не хочу продолжать его традиции, то я предатель.

Первое время я думал, что папа поворчит и успокоится. Только вот чем дальше, тем хуже все становилось. Отец практически перестал со мной разговаривать. Более того, у него испортились отношения и с моей женой, которую он до этого очень любил.

А теперь стал считать, что я изменился под ее влиянием. И всем родственникам об этом рассказывает. А у меня, по его мнению, кризис среднего возраста, раз я решил “бросить все и уйти в никуда”.

Только вот мне хорошо. После того, как я перестал работать под контролем отца и стал сам себе хозяином, я спокойно вздохнул. Кроме того, мы с женой стали проводить больше времени вместе.

Но, конечно, я не хочу быть с отцом “в контрах”. Только вот пока он игнорирует мои шаги к примирению. Как будто я обязан продолжать его традиции, а мои желания ничего не стоят!