Подозреваю, что жена со мной только из-за денег

Никогда не считал себя каким-то особенным. Обычный мужик, тридцать два года, работа в IT-компании, двушка в спальном районе, подержанная, но надёжная «Мазда». Ничего выдающегося, но и жаловаться не на что. Я всегда считал, что главное — это стабильность и честность. С этими принципами я и жил.

Ксюшу я встретил случайно, на дне рождения общего знакомого. Она была не из нашего города, приехала несколько лет назад, снимала комнату, работала менеджером в какой-то небольшой фирме. Меня это совершенно не волновало. Я вообще не из тех, кто оценивает людей по толщине кошелька или наличию недвижимости. Понравилась она мне сразу — весёлая, лёгкая на подъём, с заразительным смехом и какой-то особенной теплотой во взгляде.

Встречались мы полгода, потом я предложил ей переехать ко мне. Ещё через полгода сделал предложение. 

Первый год брака я вспоминаю с какой-то щемящей тоской. Это было настоящее счастье. Я никогда не требовал от неё денег. Сколько она зарабатывает — это были её личные средства, на косметику там, на какие-то женские радости. Я обеспечивал семью: оплачивал коммуналку, покупал продукты, мы вместе ездили отдыхать. Меня это полностью устраивало. Я мужчина, это моя ответственность.

И самое главное — если возникали какие-то разногласия, мы просто садились и разговаривали. Без криков, без хлопанья дверьми, без молчаливых обид на неделю. Ксюша была ласковой, понимающей, заботливой. Я думал — вот оно, нашёл свою женщину. Повезло.

А потом случилось то, что перевернуло всё моё понимание нашего брака.

На работе у меня начался конфликт с новым начальником. Он пришёл со своими людьми, начал всех прессовать, требовать невозможного. Я не из тех, кто терпит несправедливость молча. После очередной стычки я написал заявление. Может, погорячился, но возвращать было уже нечего.

Когда я рассказал об этом Ксюше, она отреагировала спокойно. Даже поддержала.

— Найдёшь другую работу, ты же специалист хороший, — сказала она тогда, обнимая меня. — Не переживай так, всё будет нормально.

Я и нашёл — буквально через неделю. Новая компания, перспективы роста, нормальный коллектив. Единственный минус — на испытательном сроке зарплата была процентов на тридцать меньше, чем на прошлом месте. Мне объяснили: докажешь, что умеешь — получишь повышение. Справедливо, в принципе. Я согласился.

Мы не скатились в бедность. Я не сидел на диване, не пил пиво перед телевизором. Просто нужно было немного поэкономнее жить: реже ходить в рестораны, отложить покупку нового телефона Ксюше, перенести запланированный отпуск в Турции на попозже. Временные трудности, ничего критичного.

Но именно тогда я впервые увидел другую Ксюшу.

Это началось постепенно. Сначала просто недовольные вздохи за ужином. Потом комментарии про то, что «подруги вон куда ездят, а мы сидим». Потом прямые претензии.

— Может, тебе подработку какую найти? — спросила она однажды вечером, когда я только пришёл с работы. — А то так и будем концы с концами сводить.

— Ксюш, мы не бедствуем. Это временно, через пару месяцев...

— Ты это уже месяц говоришь! — перебила она. — А я хожу в прошлогодних сапогах!

Я смотрел на неё и не узнавал. Это была совсем не та женщина, с которой я проводил медовый месяц. Её глаза смотрели холодно, губы кривились в недовольной гримасе. И ведь я приносил домой деньги! Не огромные, но достаточные для нормальной жизни. Просто без излишеств.

Каждый день стал испытанием. Она находила повод для недовольства буквально во всём. Купил не тот сыр — она обычно берёт дороже. Не купил ей цветы — забыл, что она женщина. Предложил приготовить ужин дома — пожадничал на кафе. Я чувствовал себя так, будто вообще ни копейки не зарабатываю, будто сижу у неё на шее, будто она меня содержит.

А через два месяца на новой работе я получил хорошую премию за успешный проект. Не сказать чтобы огромную, но ощутимую. И знаете что? Ксюша в тот же вечер снова стала прежней. Ласковой, нежной, заботливой. Мы сходили в ресторан, она весь вечер смотрела на меня влюблёнными глазами, говорила какой я молодец, как она мной гордится.

Я хотел поверить, что тот сложный период просто остался позади. Что она просто переживала вместе со мной, просто неудачно это выражала. Мы все неидеальны, верно?

В следующем месяце премии не было. Обычная рабочая рутина, никаких особых достижений. И Ксюша снова изменилась. Как по щелчку выключателя.

— Опять эта картошка, — бросила она, глядя в тарелку. — Надоело уже. Живём как студенты.

— Что ты хочешь на ужин? Я могу заказать что-нибудь.

— Да ладно, ешь свою картошку. Всё равно у нас денег только на неё.

А что плохого в картошке с курицей? Когда это стало "фу"? Это было несправедливо и обидно. Но я молчал. Наблюдал. Анализировал.

Сейчас я работаю в этой компании уже полгода. Неделю назад меня вызвал директор и сообщил о повышении. Том самом, о котором мы договаривались изначально. Новая должность, новый оклад — даже немного выше, чем был на предыдущей работе. Я должен был прийти домой счастливый, открыть бутылку шампанского, отпраздновать с женой.

Но я ничего ей не сказал.

Уже неделю живу с этим знанием и молчу. Наблюдаю за ней, за её поведением. Она по-прежнему недовольна, по-прежнему вздыхает и делает колкие замечания. Ждёт, видимо, когда я наконец «встану на ноги».

А я сижу вечерами на кухне, пью чай и думаю. Много думаю.

Получается, первый год нашего брака был таким прекрасным просто потому, что я хорошо зарабатывал? Её нежность, её понимание, её забота — всё это покупалось моей зарплатой? А когда денег стало меньше — любовь тоже уменьшилась?

Самое паршивое — это контраст. Если бы она всегда была такой, я бы, наверное, давно уже принял решение. Но я помню другую Ксюшу. Ту, которая обнимала меня после тяжёлого дня. Которая смеялась моим дурацким шуткам. Которая говорила, что ей со мной хорошо просто так, без всяких условий.

Была ли та Ксюша настоящей? Или это была красивая маска, которая слетает, как только заканчиваются деньги?

Вчера я задал ей вопрос. Просто чтобы проверить.

— Ксюш, а если бы я вообще потерял работу надолго? Ну, гипотетически. Ты бы осталась со мной?

Она посмотрела на меня странно, помолчала несколько секунд.

— А зачем ты об этом спрашиваешь? У тебя что-то случилось?

— Просто интересно.

— Не говори глупостей. Давай лучше подумаем, как твою ситуацию исправлять.

Она не ответила на вопрос. И это, пожалуй, и есть ответ.

Я не знаю, что делать дальше. Рассказать ей о повышении и посмотреть, как она опять станет идеальной женой? Жить в этих качелях, где моя ценность измеряется цифрами в зарплатной ведомости? Или честно признать, что наш брак — это не про любовь, а про какой-то негласный контракт, условия которого мне никто не озвучивал?

Мне тридцать два года. Своя квартира, машина, теперь снова хорошая работа. Я найду другую женщину, если захочу. Но я ведь не этого хотел. Я хотел семью. Настоящую. Где любят не за кошелёк, а просто так.

Может, я слишком многого хочу. Может, все отношения — это в какой-то степени сделка. Но чёрт возьми, разве я не заслуживаю хотя бы иллюзии, что меня любят не за деньги?

Я всё больше склоняюсь к мысли, что в моём случае поможет только развод, уйти сейчас, когда у меня будут силы это пережить, потому что если у меня всё рухнет, а в этот момент ещё и жена уйдёт, то это будет слишком тяжело. Но я уже понимаю, что такая семья меня не устраивает.