Потеряла подругу из-за похода в театр

Полгода назад подруга Марина попросила помочь с дочкой. Развелась месяц назад, нужно было срочно на собеседование, а бабушка заболела.

— Ирочка, выручи! Один разочек! Дашка послушная, мультики посмотрит, — Марина умоляла по телефону, объясняя, что собеседование важное, няню найти не успела.

Я согласилась. Даше семь лет, действительно тихая, спокойная. Посидела три часа, Марина вернулась счастливая — взяли на работу.

— Спасибо огромное! Ты спасла меня! — она обнимала, благодарила.

Через неделю позвонила снова: нужно к нотариусу по разводу, Дашу не с кем оставить. Я опять согласилась. Потом ещё раз — к юристу. Потом — в банк.

Я понимала, Марине тяжело после развода. Помогала, как могла. Даша приезжала два раза в неделю, я кормила её, играла, укладывала спать, если Марина задерживалась.

Олег, мой муж, сначала не возражал. Потом начал замечать:

— Маринка опять Дашу привезёт? У нас планы были на субботу.

Я объясняла, что подруге сейчас хуже, чем нам. Олег кивал, соглашался, но я видела — его это напрягает.

Через два месяца Марина перестала предупреждать заранее. Звонила за час:

— Ир, можешь Дашу забрать? Мне задержаться надо.

Я отменяла встречи, переносила дела. Марина забирала дочь поздно, иногда в десять вечера, извинялась, говорила, что работа, пробки.

Месяц назад ситуация дошла до точки. Мы с Олегом купили билеты в театр на субботу, давно планировали. В пятницу вечером позвонила Марина.

— Ир, завтра сможешь с Дашкой посидеть? Мне на корпоратив надо, — она говорила обычным тоном, будто это само собой.

Я ответила, что не могу, у нас театр.

— Ну перенесите. Мне правда важно. Там коллеги будут, руководство, надо показаться, — она начала давить.

Я объяснила, что билеты дорогие, куплены заранее, и я не собираюсь от них отказываться. Марина вздохнула:

— Ладно. Попрошу кого-нибудь ещё.

В субботу, за три часа до спектакля, она снова позвонила.

— Ир, умоляю! Никто не может! Дашку не с кем оставить! Ну пожалуйста! — голос дрожал, она повторяла, что корпоратив очень важен.

Олег стоял рядом, качал головой.

— Откажи, — тихо сказал он. — Мы месяц эти билеты ждали.

Я глубоко вдохнула:

— Марин, правда не могу. Прости.

— То есть твой театр важнее моей карьеры?! — Марина повысила голос. — Я тебе сколько раз помогать просила, ты всегда соглашалась. А сейчас, когда мне по‑настоящему нужно, ты отказываешь! Понятно. Значит, я в тебе ошиблась.

Она повесила трубку. Я какое-то время просто сидела с телефоном в руке.

В театр мы поехали молча. После спектакля я увидела сообщение от Марины — длинное. Там было всё: "плохая подруга", "бросила в трудный момент", "пришлось брать няню за огромные деньги, которых у меня нет". В конце она написала, что не ожидала от меня такого.

Я ответила коротко, что жаль, но отменить билеты было невозможно. На это она уже не ответила.

Прошло три недели. Марина почти не выходит на связь. На редкие мои сообщения отвечает односложно или с задержкой. Вчера увидела её пост в соцсетях — фото с двумя знакомыми женщинами и подпись: "Хорошо, когда рядом есть настоящие друзья".

Даша позвонила сама, с маминого телефона, несколько дней назад.

— Тёть Ир, а почему я больше к вам не приезжаю? — спросила она тихо. — Я скучаю.

У меня сжалось горло.

— И я скучаю, — ответила я. — Приезжай как‑нибудь. Мы с тобой блинчиков напечём.

В трубке послышался голос Марины, она что‑то сказала дочке. Даша торопливо попрощалась и отключилась.

На кухне было тихо. Олег налил мне чай, сел напротив. Мы поговорили о чём‑то другом. Марина мне больше не звонит. И я ей тоже.