Празднование Нового Года обернулось большим скандалом. А все потому, что к нам приехал деверь с беременной женой

Мы с мужем мечтали о тихом Новом годе. После пяти лет брака и бесконечных семейных посиделок очень хотелось уюта и романтики: шампанское вдвоём, салат «Оливье» под «Иронию судьбы» и никаких гостей. Муж даже купил искусственную ёлку с золотыми шарами, хотя до этого мы обычно ставили обычную.

- Никаких иголок! - гордо говорил он, водружая её на комод. Но 30 декабря позвонила свекровь: - Костя прилетает из Москвы. Вы встретите их, правда?

Костя - младший брат мужа, вечный «душа компании», который три года назад сбежал в столицу, бросив беременную невесту. 

- Он один? - спросила я, чувствуя, как к горлу подступает ком, а планы рушатся на глазах.  

Свекровь закашлялась, немного помедлила, а потом выдала:

- С… женой. Кажется, она в положении…  

Муж молча включил громкую связь. Мы переглянулись, пока из трубки лились оправдания:

- Он же семья! Не бросишь же их в аэропорту в Новый год!  

Костя появился 31 декабря в семь вечера. За его спиной стояла девушка лет двадцати в розовом пуховике и с сумкой известного бренда. Костя хлопнул мужа по плечу, как будто они не виделись максимум пару-тройку дней. Он поспешил представить брату свою спутницу:

- Это Алинка моя. Скоро станешь дядей!  

Девушка кокетливо улыбнулась, поглаживая едва округлившийся живот. Мой муж остолбенел. Я знала, о чём он думает: о Лере, своей бывшей соседке, которая три года ходила под их окнами, умоляя рассказать о Косте хоть что-нибудь. 

У бывшей невесты непутевого Костика был уже приличный срок беременности. В шкафу висело свадебное платье, идеально скрывавшее округлившийся живот, а в голове были мечты о счастливом браке. Но им не суждено было сбыться. Жених исчез за пару дней до свадьбы.   

Алина оказалась «принцессой». Осмотрела нашу хрущёвку с видом королевы, инспектирующей казарму:  

- У вас тут… уютно, конечно. Только разве беременным можно дышать нафталином? А пыль? Вы сегодня убирали пыль? 

Мы успокоили капризную девушку, как могли. Но к ужину всё пошло наперекосяк. Алина отказалась от оливье (майонез вреден для малыша), морщилась при виде селёдки под шубой (меня от рыбы тошнит) и попросила готовить ей отдельно:  

- У меня диета. Только паровая брокколи и гречка без соли.  

Пока я металась между плитой и холодильником, Костя развалился на диване, рассказывая о своих успехах в Москве. Мол, купил квартиру, общается с успешными бизнесменами, но тоска по родине взяла свое. И вот, он приехал в наш городок. 

Муж, который нарезал рулет из индейки  к столу, слушал брата молча, но потом не выдержал:

- А Леру помнишь?Твой сын уже в садик ходит.  

Алина уронила вилку и спросила дрожащим голосом:

- У тебя… есть ребёнок?

Костя закатил глаза:  

- Да брось, это было сто лет назад!  

Но Алина уже вскочила, краснея:  

- Ты говорил, что у тебя не было отношений!  

- Ну, это не считается… - засмеялся он, но смех затих, когда она швырнула в него салфеткой. Алина перешла на крик, который был похож на ультразвук:

- Я не буду воспитывать твоего ребёнка! Я не позволю тебе тратить деньги на кого-то еще! 

Она схватила свой ядовито-розовый пуховик и поспешила к выходу. Муж встал, перекрывая ей путь к двери:  

- Ты вообще в себе? Ребёнок не виноват, что твой принц - подлец!  

Костя резко дернул его за плечо:  

- Не лезь не в своё дело!  

Дальше - как в дурном сне. Братья схватились за воротники друг друга, Алина рыдала, требуя «немедленно уехать», а я пыталась оттащить мужа, чтобы он не разнёс сервант. Вдруг Алина взвизгнула:  

- Я не могу здесь больше находиться, в этой чёртовой дыре с пластмассовой, дешёвой елкой!

Она схватила бутылку из-под шампанского и швырнула ее в ёлку. Золотые шары с грохотом посыпались на пол. Костя схватил её за руку и рявкнул:

- Всё, мы уезжаем! Спасибо за «тёплый» приём, родственнички!  

Дверь захлопнулась. Мы стояли среди осколков, ёлочной мишуры и лужи шампанского. Муж дрожащими руками поднял с пола игрушку в виде снежинки - подарок его покойной бабушки.  Он устало вздохнул и прошептал:

- Прости… Я не смог промолчать…  

Утром первого января свекровь прислала сообщение: «Как вы могли унизить Костю при его жене?!». Оказалось, Алина названивала ей всю ночь, рыдая в трубку: «Они опозорили меня перед мужем!».  

С тех пор прошло полгода. Костя заблокировал нас во всех соцсетях. Свекровь перестала звонить. Иногда я вижу, как муж пересматривает их старые семейные фото. Однажды не выдержала и спросила:

- Жалеешь о случившемся? Может стоит наладить отношения с братом и мамой?

 Он покачал головой:  

- Жалею, что не сказал Косте всего этого раньше. А мама…Она ведь тоже не признаёт ребёнка Леры. Бог им всем судья. Захочет - сама позвонит.

Общаться с родственниками мужа у меня нет никакого желания. Но если он, когда-нибудь решит помириться с ними, я, конечно же, его поддержу. Вот только неприятный осадок от испорченного праздника никуда не денется.