Пришлось несколько раз обламывать свекровь, пока до неё дошло, что на мою шею она не сядет

Я работаю косметологом уже восемь лет. У меня собственный кабинет, постоянная клиентура, запись расписана на месяц вперёд. Все знают: если хочешь попасть ко мне, записывайся заранее. Никаких исключений.

А потом свекровь решила стать моей клиенткой.

Она всегда ходила к мастеру рядом с домом. Но та переехала, а искать новую было лень. И тут свекровь вспомнила про меня.

— Региночка, а можешь мне чистку лица сделать? — спросила она как-то за ужином. — Я слышала, ты хорошо работаешь.

Конечно, могу. Родственница всё-таки. Нашла ей удобное время между постоянными клиентками, сделала приличную скидку. Мать мужа осталась довольна, кожа у неё отлично отреагировала на мои процедуры. Похвалила, рассказала подругам.

Следующий раз записалась через месяц. Всё нормально, по правилам. А потом как-то вечером звонит:

— Рега, дорогая, завтра можешь меня принять? Я забыла, что послезавтра встреча однокурсников, а хотелось бы до освежиться.

Завтра у меня четыре клиентки подряд с утра до вечера. Объясняю ситуацию, предлагаю записаться на следующую неделю.

— Ну как же так? — удивляется свекровь. — Я же не посторонняя. Неужели нельзя меня между кем-то втиснуть?

Нельзя. У меня каждая процедура по полтора часа, плюс время на подготовку кабинета. Никого никуда не втиснешь.

Свекровь обиделась, но вроде поняла. Записалась через неделю.

А через месяц история повторилась. И ещё через месяц. Свекровь звонила в последний момент и ожидала, что я моментально найду для неё время. Когда я отказывала, начинались уговоры:

— Региночка, ну что тебе стоит? Просто подвинь кого-то другого.

Подвинь кого-то другого. Как будто мои клиенты — не люди, а мебель. Как будто у них нет планов, работы, детей, которых нужно забрать из садика.

Самое интересное началось, когда я в очередной раз не смогла принять свекровь срочно. Вечером приходит домой Олег, мрачнее тучи.

— Мама говорит, ты её сегодня не приняла.

— Не смогла. У меня была запись.

— Регин, ну она же мама. Неужели нельзя было что-то придумать?

Свекровь нажаловалась сыну. Рассказывала, наверное, как невестка ставит посторонних людей выше семьи. Как не ценит родственные отношения.

— Олег, у меня работа. Расписание. Я не могу бросать других людей ради твоей мамы.

— Но иногда же можно пойти навстречу?

Иногда можно. Но у его мамы "иногда" превратилось в "постоянно". Каждый визит — срочный, каждая запись — на завтра.

Тогда я поступила просто. Позвонила свекрови и сказала честно:

— Давайте определимся. Либо вы мой обычный клиент — тогда запись заранее, никаких переносов, оплата полная. Либо родственница — тогда я вообще перестаю вас обслуживать профессионально.

— Как это перестаёшь?

— А так. Ввожу новое правило: не работать с родственниками. Слишком много проблем.

Долгое молчание в трубке. Потом:

— Хорошо. Буду обычным клиентом.

Но продержалась она недолго. Через две недели снова звонок с просьбой принять завтра вместо послезавтра. Я отказала. Свекровь повесила трубку.

Вечером опять разбирательство с Олегом.

— Мама расстроилась. Говорит, ты с ней теперь как с чужой.

— Я с ней как с клиенткой. Которой объяснила правила.

— Регин, ну нельзя же так жёстко.

— Можно. И нужно.

Через неделю свекровь нашла другого косметолога. И начался театр. При каждой встрече рассказывала, какая там замечательная девочка Света. Как внимательна, как готова подстроиться под клиента. Как можно записаться даже в тот же день.

— Вот где сервис! — говорила Галина Петровна, многозначительно на меня глядя. — Не то что некоторые.

Я молча ела суп и думала, что этой замечательной девочке Свете явно нужны клиенты. Иначе как она может принимать в тот же день?

Месяца через три свекровь стала жаловаться. Света оказалась не такой уж замечательной. То пересушит кожу, то неравномерно почистит. А недавно вообще аллергию какую-то спровоцировала.

— Наверное, опыта не хватает, — рассуждала Галина Петровна за ужином. — Не то что некоторые мастера, которые действительно умеют работать.

Я продолжала молчать. А свекровь продолжала ходить к Свете и недовольно вздыхать.

А потом, через полгода, позвонила:

— Региночка, а можно я к тебе вернусь?

— Можно. На общих условиях.

— Это как?

— Запись заранее, полная оплата, никаких переносов в последний момент.

— Но я же...

— Родственница? Да, знаю. Но или на общих условиях или никак.

Галина Петровна согласилась. Записалась через две недели, пришла вовремя, заплатила полную сумму. Довольная ушла.

А через месяц, как и ожидалось, проверила меня на прочность. Позвонила накануне записи:

— Рега, можно завтра на час попозже? У меня подружка приехала неожиданно.

— Нет, нельзя. Завтра в это время у меня другая клиентка.

— Ну тогда перенеси на послезавтра.

— Послезавтра тоже занято. Могу предложить время только на следующей неделе.

— Это невозможно! Мне нужно именно завтра!

— Тогда приходите в назначенное время. Или я отменяю запись.

Короткое молчание. Потом:

— Отменяй.

И отменила. Спокойно, без эмоций. Время освободилось — перезвонила клиентке из листа ожидания. Та с радостью согласилась прийти.

С тех пор свекровь больше не пыталась менять правила. Записывается заранее, приходит вовремя, платит полную стоимость. И довольна результатом — кожа у неё действительно хорошо выглядит.

Иногда она всё ещё рассказывает знакомым, какая я принципиальная. Но теперь это звучит скорее с уважением, чем с обидой.

А я поняла простую вещь: стой на своём, а то сядут на шею. Тем более, если это свекровь.