- Пусть она испытает то, чего была лишена я! - объяснила дочь, зачем каждый год пихает внучку в лагерь

Моя дочь никак не может отпустить детские обиды, причём высосанные из пальца, хотя я ей миллионы раз объясняла причины одного своего давнего решения.

А ведь Оле - так зовут мою дочь - уже почти сорок, у неё подрастает своя дочка. За это время можно было поумнеть и понять, почему я так поступила. 

Но нет, Оля старательно культивирует свою обиду и переносит её на внучку. Мол, дам ей то, чего не было у меня! Хотя Лизоньке, моей любимой внучке, это совершенно не нужно, но кто бы к ней прислушался?

Нашим яблоком вечного раздора стали летние лагеря, куда дочь каждый год пихает Лизу. Внучке там не нравится из-за строгого графика, постоянных занятий и невозможности посидеть в тишине. 

У Лизы есть одна подружка в школе и две у меня на даче. Общения с ними ей хватает за глаза. В остальное время внучка предпочитает тихонько рисовать или читать в одиночестве. А в лагере же всегда многолюдно, из-за чего Лиза возвращается оттуда ещё более уставшей, чем была до этого.

- Оль, ну хватит мучить Лизу! Не нужен ей этот лагерь. Пусть лучше всё лето проводит у меня на даче! - часто твержу я дочке.

- Тебе кажется, что Лиза устала. Пусть хоть она испытает то, чего была лишена я! Песни у костра, купание всей гурьбой, обмазывание товарищей пастой, в конце концов! - упрямо отвечает Оля.

- Ты ничего не понимаешь! Лизе очень нравится в лагере, просто она скромничает и не говорит об этом вслух. Просто ты почему-то предвзято относишься к такому виду досуга, - из раза в раз упрекает она меня.

А я, наверное, уже стёрла язык, объясняя дочери, что по-другому было никак. В те далёкие времена лагеря в нашей и ближайших областях были так себе. 

И порядки в этих учреждениях царили ужасные. Вожатые толком за детьми не следили, из-за чего те учились пить и курить. А некоторые и вовсе воровали вещи у товарищей. 

Ну и как оставлять любимую дочь в таких кошмарных условиях?! Между прочим, я ей честно рассказывала об этом кошмаре, а она топала ногой: мол, они всё врут, и какой-то там её подружке всё понравилось. Ну, это скорее ошибка выжившего.

В какой-то момент Оля начала говорить о других своих подружках, которые побывали в лагере на юге. Дескать, там шикарно. Я решила узнать цены и ахнула. Приличный лагерь я не тянула, поскольку растила Олю одна, а моя мать к тому моменту уже была на пенсии.

Я её водила в кино, ездила с ней на электричках в красивые города. Несколько раз мне удавалось накопить на поездки к морю - в плацкарте, тесных гостевых домиках, но всё равно. Нельзя сказать, что дочь тухла в четырёх стенах целое лето. И общению со сверстниками я не мешала.

Увы, мои старания Оля так и не оценила. Как бы я ни разбивалась в лепёшку ради её отдыха, этот волчонок всё равно смотрел в сторону лагеря. С Лизой, повторюсь, ситуация обратная.

Вообще-то я не одобряю детско-подростковых истерик, так как много таких хлебнула с Олей. Но внучку можно понять: она и раньше часто пыталась как можно вежливее попроситься остаться у меня или поехать куда-то вместе с родителями.

Да внучка от отчаяния дошла до истерики! Само собой, я встала на её защиту. Дескать, что ты творишь, Оля?! Лиза прямым текстом говорит тебе, что её тошнит от лагеря, а ты и сейчас скажешь, что она так выражает удовольствие от предстоящей смены?

Дочь вместо внятного ответа попыталась перевести стрелки на меня:

- Для особо непонятливых повторяю ещё раз: на достойный лагерь денег не было, а в местных лагерях тебя могли загнобить, обокрасть и споить! - ответила я на повышенных тонах.

- Не начинай эту свою шарманку. Ты лишила меня мечты, это неоспоримый факт! - накричала на меня Оля.

- И теперь ты остервенело навязываешь её бедному ребёнку. Это ненормально! Если у тебя так свербит, поищи какой-нибудь лагерь для взрослых. Уверена, сейчас и такое есть, - предложила я ей.

- Мне это нужно было в детстве. Сейчас я не смогу испытать такие же эмоции, - горько усмехнулась дочь.

К счастью, в этот раз вмешался зять. Раньше муж Оли предпочитал молча соглашаться с ней во всём, но, увидев, до чего она довела Лизу, даже он не выдержал. Поэтому поездку в лагерь Оля, скрепя сердце, отменила, и вместо этого внучку отправила ко мне, пока они с зятем работают. 

Вот и славно, что лёд тронулся! Но я боюсь, что это разовая акция: Оля ведь упрямее целого стада баранов. Но я ещё побьюсь за право внучки на отдых, который ей действительно по душе.