Родня мужа не понимает моего подхода к подаркам и дарит вечно на свой вкус

Я с детства была странным ребёнком. Пока одноклассницы мечтали о куклах и плюшевых медведях, я просила маму подарить мне новый пенал. Хороший, с отделениями для ручек и кармашком для ластика. Мама сначала расстраивалась — ей хотелось видеть, как я разворачиваю коробку и визжу от восторга. Но я визжала от хорошего пенала ничуть не хуже.

Помню, как в третьем классе бабушка подарила мне огромного розового зайца. Он был мягкий, с атласным бантом и глазами-пуговицами. Бабушка сияла, ожидая моей реакции. Я сказала «спасибо», поставила зайца на полку, и он просидел там три года, собирая пыль, пока мама не отдала его соседской девочке. А вот набор акварельных красок, который я попросила на следующий день рождения, закончился за полгода — я рисовала каждый вечер. Вот это был подарок. Вот это была радость.

К университету всё стало ещё проще. Зачем гадать, что мне нужно, если можно дать деньги? Я сама куплю учебники, оплачу курсы или отложу на ноутбук. Родители смирились. Папа даже шутил, что я — его лучшая инвестиция, потому что никогда не трачу подарочные деньги на ерунду.

Мама рассказывала подругам про мою «практичность» с таким выражением лица, будто не знала, гордиться или беспокоиться. Её подруги качали головами и говорили: «Ну, зато проблем с выбором подарка нет». Проблем действительно не было. На восемнадцатилетие я получила конверт, на который купила электронную книгу. На двадцатилетие — другой конверт, который превратился в зимние сапоги. Всё логично, всё нужно, никаких пылящихся на полках зайцев.

С Русланом мы познакомились на четвёртом курсе. Он первый год дарил мне цветы и конфеты, а потом понял систему. Не сразу, конечно. Сначала были классические ошибки: плюшевое сердце на День святого Валентина (лежит в шкафу), огромный букет роз, который завял через четыре дня (а я потом ещё неделю находила засохшие лепестки по всей комнате), и совершенно непрактичная шкатулка для украшений, хотя украшений у меня было — одна пара серёжек и крестик от крёстной.

— Юль, у тебя же день рождения через неделю, — сказал он как-то вечером, листая телефон. — Что хочешь?

— Блендер. Хороший, погружной, с насадками.

Он посмотрел на меня с такой нежностью, будто я сказала что-то невероятно романтичное.

— Господи, как же с тобой легко.

Мы поженились через два года. И всё было прекрасно — до первого семейного праздника у его родителей.

Семья у Руслана большая: родители, младшая сестра Кристина, бабушка Зинаида Павловна и тётя Марина, которая приезжает на каждый праздник из Ярославля. Все они — люди щедрые, шумные и абсолютно уверенные в своём понимании того, что такое «настоящий подарок».

Первый Новый год в их доме я запомнила навсегда. Свекровь вручила мне огромную коробку, перевязанную лентой. Внутри лежал парфюмерный набор — духи, лосьон для тела, гель для душа. Всё в одном навязчиво-сладком аромате, от которого у меня через пять минут начала болеть голова. Тётя Марина добавила шёлковый платок («Итальянский, между прочим!»), а бабушка — фарфоровую статуэтку ангела. Я улыбалась так старательно, что к концу вечера у меня болели щёки.

Свекровь Татьяна Викторовна — женщина душевная, громкая и абсолютно убеждённая, что знает лучше. За неделю до моего дня рождения она позвонила.

— Юленька, что тебе подарить? Только честно!

— Татьяна Викторовна, мы давно хотим хлебопечку. Была бы очень рада.

— Хлебопечку? — в её голосе слышалось искреннее недоумение. — Это же... бытовое. Ладно, подумаю.

На празднике она вручила мне набор французской косметики. Красивый, дорогой, в золотистой коробке с бантом. Я улыбнулась, поблагодарила, а вечером убрала его в шкаф. У меня аллергичная кожа и мне очень трудно подобраться косметику, но объяснять было неловко.

Кристина, сестра Руслана, оказалась не лучше. Она моложе меня на пять лет, работает в салоне красоты и искренне не понимает, как можно жить без контурирования и бьюти-боксов. На каждый праздник она дарит мне что-нибудь «для ухода за собой»: маски для лица, сыворотки, палетки теней. Однажды я честно попробовала использовать подаренную ею маску с золотом — лицо покрылось красными пятнами на два дня. С тех пор все её подарки отправляются в тот же шкаф, к духам и статуэткам. Косметику потом аккуратно раздаю по подругам. Чего она пылиться будет?

На следующий год я попросила хорошее постельное бельё. Получила серьги. Ещё через год — робот-пылесос. Получила дорогущие духи, стоимостью как раз в тот робот-пылесос.

Самым странным был подарок от тёти Марины на прошлый Новый год. Она торжественно вручила мне коробку в блестящей обёртке, и внутри оказался набор для создания бижутерии. Бусины, лески, какие-то металлические застёжки. Я никогда в жизни не делала украшений и не выражала ни малейшего интереса к этому занятию. Но тётя Марина сияла:

— Я подумала, тебе понравится! Это так творчески, так женственно!

Я поблагодарила. Набор до сих пор лежит нераспечатанный. Иногда я смотрю на него и пытаюсь понять логику: я прошу пылесос, а мне дарят бусины. Где связь? Какой мыслительный процесс привёл к этому решению?

Однажды я не выдержала и попыталась объяснить. Мы сидели на даче у свекрови, пили чай, и она снова спросила про подарок к годовщине.

— Татьяна Викторовна, я правда буду рада чему-то для дома. Мы с Русланом давно хотим мультиварку. Такая вещь — ею же каждый день пользуешься, она...

— Юля, — мягко перебила она, — подарок должен быть праздником. Сюрпризом. Чем-то красивым. Мультиварку вы себе сами купите.

Я замолчала. Она искренне не понимала. Для неё подарок — это блеск упаковки, это «ах, какая прелесть», это вещь, которую ставят на полку и любуются. А для меня подарок — это забота. Это когда человек слышит, что тебе нужно, и даёт именно это.

Однажды я поделилась этой проблемой с подругой Аней. Она выслушала меня, посочувствовала, а потом сказала:

— Слушай, но ты же понимаешь, что они не со зла? Для них это традиция такая. Женщине — что-то красивое, блестящее, ароматное. Они так воспитаны. Для них это лучший подарок, значит, и для тебя тоже.

Я это всё прекрасно понимаю. Но почему тогда они спрашивают, что мне подарить? Зачем этот ритуал, если ответ всё равно игнорируется? Можно же честно сказать: «Юля, мы подарим тебе что-нибудь на свой вкус» — и я буду морально готова к очередному флакону духов. А так каждый раз есть эта секунда надежды, когда разворачиваешь упаковку и думаешь: «Может, в этот раз?..» И каждый раз — нет.

Самое обидное, что подарки, которые они мне дарят, на самом деле стоят дорога, косметика там качественная, но мне это всё не подходит, о чём я уже говорила, но мои слова пролетают мимо их ушей. 

Недавно я провела ревизию этого шкафа. Духи, косметика, украшения, шкатулки, статуэтки, шарфики. Если всё это продать, хватило бы на хороший робот-пылесос, ту самую хлебопечку и ещё осталось бы на мультиварку. Ирония судьбы. Я сфотографировала содержимое ящика и долго смотрела на снимок. Всё это — проявления любви. Дорогие, красивые, бесполезные проявления любви.

Иногда я открываю этот ящик и думаю: может, это тоже любовь? Просто на другом языке. Языке, который я так и не выучила.

А хлебопечку мы всё-таки купили сами. Печём хлеб каждые выходные. И каждый раз, доставая тёплую буханку, я думаю — ну вот же, вот оно, счастье. Тёплое, простое, с хрустящей корочкой.

Руслан намазывает масло на горячий ломоть, откусывает и говорит с полным ртом: «Вот это — подарок». И я смеюсь, потому что он понимает. Хотя бы он понимает.

Но попробуй объясни это Татьяне Викторовне.

В следующем месяце у меня день рождения. Свекровь уже звонила, спрашивала, что подарить. Я сказала: «Набор хороших кастрюль». Она помолчала и ответила: «Ладно, подумаю». Я точно знаю, что получу: духи или что-то другое из косметики. И я улыбнусь, поблагодарю, а вечером открою свой шкаф и положу подарок к остальным. Туда, где живёт любовь, которую я так и не научилась принимать.