Семейное счастье моей дочери оказалось под угрозой из-за кофе

Моя дочь Таня с зятем Максимом живут отдельно – в нашем же селе, но на другой улице. Молодые ходят ко мне в гости, внучку Настеньку приводят. Вот и сегодня забежали на чай - веселые, счастливые, за руки держатся. Как молодожены, ей-богу, хотя скоро медную свадьбу отмечать будут!

Радостно видеть эту счастливую семью. Но сегодня, глядя на них, я вспомнила одну историю, которая случилась четыре года назад. Ведь Таня с Максимом чуть не развелись тогда.

Они ведь с детства друг друга знают, а дружили еще со школы. Когда ребята поженились, жили со мной, так как своего жилья у них не было. Мы хорошо ладили, не ссорились. Максим помогал с огородом, ремонтировал в доме, что требовалось – баню, забор. Ну а молодую супругу на руках, можно сказать, носил.

В нашем селе нет новомодных заведений – ни ресторанов, ни кафе. Имеется столовка, в которой свадьбы играют да поминки устраивают. Но однажды городские открыли у нас кофейню. Так и проникли в наши места «рафы» и «капучино», авторские чаи и прочие атрибуты современной жизни.

- Что это у тебя? - спросила я как-то у дочери, когда она пришла домой с картонным стаканчиком.

- Чего-чего? - удивилась я.

- Флэт уайт, кофе такой, - повторила дочка, - в кофейне новой купила. Очень вкусно. В городе все пьют такой.

Попробовала я глоточек, и правда вкусно. Не так, конечно, как мой душистый чай с клубникой и брусничным листом, но тоже здорово. Но когда Танюха озвучила, сколько этот самый Флэт, который уайт стоит, я чуть не поперхнулась.

Ничего не сказала я дочке. Подумала, что красавица моя разок побаловалась, но больше не будет покупать кофе за бешеные деньги.

Но я ошибалась, Таня теперь постоянно ходила со стаканчиком в руках. При этом как-то изменилась – то печальная ходит, то, наоборот, сияет, улыбается. Взгляд при этом дерзкий, озорной. Я, грешным делом, подумала, что кофе на нее так действует.

А как узнала правду, плохо мне стало.  Оказалось, в этой самой кофейне молодой человек работает. Вовсе не такой, как наши местные - вертлявый, разодетый, как петух, стриженый по-модному.

Кофе продает, улыбается белоснежными зубами и подмигивает, комплименты покупательницам делает. Посмотрела я на это и мне тошно стало, противно. Но это я, баба опытом умудренная, а дочурка моя, молодая, глупая, попалась на всю эту мишуру.

Но не стала я позорить дочку прилюдно. Сквозь зубы прошипела, чтобы домой шла, а там уже устроила ей разнос, как полагается. Припомнила и кудри, которые она стала по утрам крутить и яркую помаду, которой раньше не пользовалась.

- Мам, да я всегда локоны делала и губы ярко красила, - оправдывалась дочь.

- Не ври мне! – возмутилась я. – Знаю я все, не отвертишься!

Я потребовала, чтобы дочь рассказала, что у нее за отношения с продавцом кофе. Сначала она отпиралась, а потом рассказала. Оказывается, кофейную точку в нашем селе открыл Сергей, предприниматель из города. А все из-за того, что в городе слишком высокая конкуренция.

«Вот клуша ты у меня, - подумала я, - этот прохвост тебе голову морочит, а ты всему веришь. А все, потому что Макс добрый и порядочный, мухи не обидит. Вот и думаешь, что все мужики такие».

- Мам, скучно мне с Максом, - вздохнула дочка, - а с Сергеем интересно.

Я сердилась на Таню, но по-женски понимала ее. Макса ведь даже в город погулять не вытянешь. Он охотнее в огороде поковыряется и забор покрасит. Про кафе и рестораны даже слышать не хочет – дорого это, надо ведь свой дом покупать.

- Мам, Сергей весь мир объездил, а с Максимом мы даже на море в Анапу съездить не можем, - жаловалась дочь, заливаясь слезами.

Качала я головой, не зная, что и сказать Тане. До безумия жаль мне было Макса, он хороший парень. Но и дочку жалела. Всю ночь я думала, как мне поступить, а утром приготовила завтрак, усадила дочку и зятя перед собой и заговорила.

- Елена Алексеевна, у нас и копеек-то лишних не водится, - вздохнул Сергей.

— Дам я вам эти копейки, подарком будет на предстоящие дни рождения обоим, — ответила я, — сама выкуплю, летите. Сможете отпуск взять?

- Сможем, мам! – тут же воскликнула Танюха, и глазенки у нее заблестели.

Молодые кинулись вещи собирать, а я сняла связалась с турфирмой и перевела на путевку все свои сбережения. Врала я про горящий тур, на самом деле дорого мне обошелся отдых дочери и зятя. Ведь август – это самый сезон на море.

Слали мне ребята красивые фотографии, с восторгом рассказывали, как замечательно время проводят. А я выбрала момент и пошла в кофейный киоск.

Продавец протянул мне кофе и подмигнул весьма обаятельно. Я на мгновение почувствовала себя лет на двадцать моложе. Но сделав глоток, все же вспомнила, зачем явилась сюда.

— Вот не согласен, - возразил Сергей, удивленный моим напором.

- Да кого волнует, согласен ты или нет, - нахально ответила я, - даю тебе неделю на размышления, и если ты не уберешь отсюда свой ларек, пущу слух по селу, что хлебнув твоего пойла, бабы замужние гуляют от мужиков своих.

- Да кто вам поверит! – возмутился Сергей.

- Все поверят, - хмыкнула я, - мне ж ничего не стоит сказать, что ты в кофе свои куриный помет добавляешь и козью мочу.

- Да вы в своем уме, женщина! – нахмурился продавец, явно желая, чтобы я убралась куда подальше.

- Серега, ну ты меня услышал, - сказала я и задорно подмигнула «капучинисту», - баба я авторитетная в нашем селе, слово мое здесь вес имеет.

Хлебнула я напоследок кофеек. Эх, вкусный зараза! Затем на глазах у продавца я смяла стаканчик и пошла прочь.

Уж не знаю, напугала ли я Сергея, или он сам признал свой бизнес провальным, но киоск вскоре закрылся. Это случилось как раз накануне возвращения дочери и зятя. Приехали они загорелые, красивые, счастливые.

Максим мне ракушек привез и много слов добрых говорил, благодарил за поездку. А еще сказал, что кое-что понял во время этого отпуска. Мол, на дом копить, конечно, надо, но и об отдыхе с женой забывать не стоит. А Танюха со слезами на глазах целовала меня и шептала на ухо, что муж у нее самый лучший.